За стенами Атерраса

— Что ты задумал? — спросила я.
— Не стоит пока об этом, — отмахнулся маг. — Розалин, эту книгу мы заберем с собой. Думаю, в ней можно найти много интересного. Икс, нам надо найти что-то о печатях и подобрать такую, которая удержит всю мощь Атерраса. За дело!
А я мысленно попросила духов помочь, если им известна такая книга. И на голову Идену едва не спланировал увесистый том.
— Розалин! — взревел он.
— А почему сразу я? — смутилась, увидев результат.
— Я ощутил, как ты повлияла на духов. Имей совесть! Я тоже хочу дожить до конца Атерраса.
— Прости, — отвела взгляд.
— Да ничего, просто будь осторожнее со своей магией. Здесь источник близко, все может случиться.
Жаль, что моя магия так бесполезна. Мне хотелось бы быть светлой, чтобы исцелять. Но, увы, у меня какой-то странный тип. Видимо, Люцианом владели те же мысли, только он выбрал темную сторону и поплатился за это. Стоит принимать то, что есть.
А Икс и Иден уже склонились над книгой, подсказанной духами. И вскоре оба забыли обо мне, обсуждая печать. Я же задремала в кресле — усталость взяла свое. А проснулась от прикосновения к плечу.
— Розалин, тебе тут, конечно, уютно, — склонился надо мной Иден, — но нам лучше вместе вернуться на седьмой верхний. Да и духи без тебя появляться не желают.
— Я позову Николь, — ответила, едва сдержав зевок. — Она проводит.
Николь действительно пришла по первому зову, и мы снова шли вверх по лестнице, чтобы добраться до комнат Армана.
— Вижу, вы нашли то, что искали, — сказал дух.
— Да, — ответила я. — Спасибо за помощь.
— О, это была не я, — улыбнулась девушка. — Но пожалуйста, Розалин. Надеюсь, у вас все получится. Мы очень хотим обрести покой.
— Мы постараемся, — пообещала я ей.
— Я в вас верю.
И Николь растаяла белесоватым дымом, а мы очутились перед моей комнатой. Свернули в коридор, и сразу же услышали рык Бриста. Побежали вперед, чтобы увидеть, как перед псом замерла Стела. Она пыталась прорваться в комнату Армана, но Брист рычал и щелкал зубами. Дух отлетал, но возвращался снова. Странно. Раньше она с легкостью проходила сквозь стены. Видимо, сорванная печать изменила все.
Я обернулась. Иден замер в дверях, не проходя в коридор. Его лицо покрывала смертельная бледность.
— Иден? — Я позвала тихонько.
Но он уже взял себя в руки и подошел ко мне.
— Зачем ты пришла? — громко спросил у Стелы. — Тебе мало этих лет? Никак не уймешься?
— А, братишка пожаловал! — радостно воскликнула она. Сейчас лицо мертвой супруги Армана выглядело и вовсе безумным. — Я всего лишь соскучилась, Иден. И хотела проведать мужа.
— Он тебе больше не муж. Ты умерла, Стела. Тебя нет.
— Как жестоко! — Призрак покачал головой, а на ее теле проступили страшные раны, полученные при падении. — А еще брат.
— Ты тоже была мне сестрой, но выдала Люциану! — выпалил Иден.
Стела? Выдала его Люциану? Я замерла. Иден все время говорил, что это сделал Арман, да и сам мой любимый не отрицал свою причастность к случившемуся.
— Ты разрушаешь все, к чему прикасаешься. — Стела развела руками. — Я так и знала, что из-за тебя мы с Арманом окажемся в опасности, поэтому ни о чем не жалею. Ты все равно привел нас в Атеррас.
— Не слушай ее, — вмешалась я. — Она безумна, ты сам видишь. И пытается укусить больнее.
Но Иден даже на меня не посмотрел.
— Убирайся! — приказал он сестре. — Оставь Армана в покое. Для него ваша история закончена.
— Он мой! — воспротивилась Стела. — И я дождусь его, вот увидишь! Что тогда скажешь, Иден? Это ведь из-за тебя Арман стал тюремщиком Атерраса. Из-за тебя он перешел дорогу Люциану. Ты виноват в моей смерти!
Теперь уже не выдержала я.
— Пошла вон! — воскликнула, направив на Стелу всю магию, которую только смогла в себе найти. Призрак закричал и растаял. В коридоре воцарилась тишина. Однако мгновение спустя тюрьма снова захлопала окошками, заохала, словно живая, но Стела не вернулась.
— Спасибо, — пробормотал Иден, убирая волосы со лба. — Думаю, ничего не случится, если мы отдохнем немного, да? Икс, жду тебя утром. А сейчас мне надо побыть одному, простите.
И Иден прошел в гостиную, тщательно закрыв за собой дверь.
— До завтра, Розалин, — сказал Икс и тоже покинул меня.
Сначала я хотела пойти к Идену, но, возможно, ему действительно нужно побыть одному? Есть такие минуты в жизни каждого человека.
— Брист, составишь ему компанию? — спросила у пса.
Тот потрусил к двери. Я приоткрыла ее, и Брист вошел в комнату, а дверь вернулась на место. Послышался голос Идена. Он что-то говорил Бристу, но я не собиралась подслушивать. Вместо этого прошла в спальню.
Арман все так же спал. В отличие от безумия, которое творилось здесь после спасения кухарок, сейчас его сон был тихим, а лицо — спокойным и умиротворенным. Я легла рядом, прижалась к его плечу и закрыла глаза. Мое место здесь, рядом с ним, и нигде больше. Это осознание не явилось для меня открытием.
А когда пришел сон, я видела в нем маму. Она никогда мне не снилась, а в этом видении стояла на лугу, молодая и красивая. Перед ней замер мужчина, в котором мне страшно было узнавать Люциана. Но мама не злилась на него. Она, как и говорила, давно простила. Я бы, наверное, не смогла. Только мертвые знают больше живых, и мамочка протянула руку своему избраннику. Он робко сжал ее пальцы и пошел за ней. Вскоре они оба растаяли, а я провалилась в глубокий сон без сновидений.
    
ГЛАВА 31
Иден
— Видишь ли, дружище Брист, — говорил я псу, — иногда кажется, что у тебя все получается, еще немного, и ты достигнешь любых целей. А на самом деле всего один шаг отделяет от гибели. Вот скажи, о чем думала моя сестра, когда выдала меня Люциану? Не знаешь? А я догадываюсь. Думала, что это убережет ее будущий брак. Боялась, что я втяну Армана в свои исследования. Можно подумать, я бы это сделал. Арман сам в состоянии решать, как быть. Правда?
Брист рыкнул, как будто понимал. А может, так оно и было — все-таки этот малец вырос в Атеррасе, здесь возможны любые отклонения.
— Вот и я так думаю, — потрепал пса по ушам. — Хороший мальчик. И кому она лучше сделала, скажи? Неужели не понимала, что Арман не угомонится? И что мне теперь со всем этим делать? Стелы нет, злиться на Армана глупо, а десять лет жизни мне никто не вернет. Еще и эта тюрьма… Если Арман перестанет быть тюремщиком, ты поедешь с ним в столицу?
Брист молчал. Наверное, его запас «болтливости» был исчерпан. А мне не с кем было поделиться тем, что накипело за это время. Я вообще отвык от мира, людей. И за стенами Атерраса ощущал себя лишним. Призраком — таким, как духи тюрьмы.