Убегай!

На Саймона.

И это тоже неудивительно: он очень полюбил Ласло. Он обожал эти прогулки с ней, особенно те минуты, когда к концу дня он появлялся в дверях и Ласло приветствовала его с такой бешеной радостью – так может радоваться заключенный на пожизненный срок, которого неожиданно выпустили из тюрьмы, причем так было каждый день без единого исключения. И она с таким энтузиазмом тащила его в парк, словно никогда прежде там не гуляла.

Ласло сейчас двенадцать лет. И шаг у нее уже не такой быстрый. И слух пропал, так что иногда даже не чует, что Саймон уже возвращается, пока он не войдет в дом, и это Саймона очень огорчает, даже больше чем следует.

– И кроме этого, ни за чем не выходили, только гулять с собакой?

– Да.

– Значит, весь вечер вы втроем пробыли дома?

– Я этого не говорил.

Фагбенл откинулся на спинку стула и развел руками:

– Так говорите.

– Потом моя жена ушла на работу.

– Она работает педиатром в Нью-Йоркской пресвитерианской больнице, правильно? Полагаю, у нее было ночное дежурство. И вы всю ночь оставались вдвоем со своей дочерью Аней.

Саймон притормозил. Значит, этот полицейский знает, где работает жена. И знает, как зовут дочь.

– Детектив…

– Зовите меня Айзек.

Фиг тебе, как сказали бы его дети.

– Так кого же убили? – спросил Саймон.

Дверь в кабинет распахнулась. Телосложения Эстер Кримстайн, может, была и хрупкого, но шагала широко. В кабинет она ворвалась как вихрь и коршуном набросилась на Фагбенла.

– Ты что, блин, издеваешься надо мной?

Фагбенл и бровью не повел. Медленно встал и, возвышаясь над ней, как башня, протянул руку:

– Детектив Айзек Фагбенл… провожу расследование убийства. Приятно познакомиться с вами.

Эстер впилась взглядом ему в лицо.

– Уберите свою руку, иначе рискуете потерять… вместе с работой, – прошипела она, повернулась и перевела испепеляющий взгляд на Саймона. – Вами я тоже недовольна.

Она сказала что-то еще в том же духе. Потом потребовала перейти в помещение для переговоров, где нет окон. Сменить место. Тут, наверное, был какой-то психологический ход, но Саймон не понял, какой именно. Впрочем, как только они вошли в эту комнату, Эстер взяла быка за рога. Велела Фагбенлу сесть с одной стороны длинного стола для заседаний, а сама с Саймоном села с другой.

И только когда все расселись, Эстер повелительно кивнула Фагбенлу:

– Итак, я вас слушаю.

– Саймон… – начал было тот.

– Прошу называть моего клиента «мистер Грин», – оборвала его Эстер. – Перед вами не ваш приятель.

Фагбенл, кажется, хотел что-то возразить, но передумал.

– Мистер Грин, – с улыбкой сказал он, полез в карман и достал из него фотографию. – Вы знаете этого человека?

Эстер положила ладонь на руку Саймона. Он не обязан отвечать или вообще как-то реагировать, пока она не скажет, что все в порядке. И ее ладонь на его руке была как напоминание об этом.

Фагбенл подвинул к ним по столу фотографию.

На ней был Аарон Корвал. Этот мерзавец улыбался своей ужасной, самодовольной улыбочкой, точно такой же, какая играла у него на губах перед тем, как кулак Саймона размазал ее по морде этого подонка. Он стоял на каком-то поле, за спиной деревья, а рядом слева кто-то еще, Фагбенл этого человека вырезал, видно было только плечо, которое Аарон обнимал, и у Саймона сразу, конечно, мелькнула мысль, уж не Пейдж ли это стоит рядом.

– Я его знаю, – сказал Саймон.

– Кто это?

– Его зовут Аарон Корвал.

– Дружок вашей дочери, так?

Эстер сжала его руку.

– Клиент не обязан обсуждать с вами их отношения. Продолжайте.


Фагбенл ткнул пальцем в самодовольное лицо Аарона:

– Откуда вы знаете Аарона Корвала?

– Вы это серьезно? – снова встряла Эстер.

– Проблема, миссис Кримстайн?

– Да, проблема. Вы тратите попусту наше время.

– Я спрашиваю…

– Стоп. – Она подняла руку. – Вы ставите себя в глупое положение. Мы все знаем, откуда мой клиент знает Аарона Корвала. Давайте сделаем вид, что вы уже убаюкали бдительность мистера Грина и мою тоже, что благодаря вашей изощренной и столь же тривиальной технике допроса мы расслабились. Из нас уже можно веревки вить, детектив, так что давайте перейдем прямо к делу, договорились?

– Хорошо, согласен, – сказал Фагбенл и наклонился вперед. – Аарон Корвал убит.

Саймон был готов к этому, и все же эти слова прозвучали так весомо, что он вздрогнул.

– А моя дочь?..

Эстер сжала его руку.

– Мы не знаем, где она сейчас находится, мистер Грин. А вы?

– Нет.

– Когда вы в последний раз видели ее?

– Три месяца назад.

– Где?

– В Центральном парке.

– В тот самый день, когда вы напали на Аарона Корвала?

– Ну надо же! – сказала Эстер. – Вы так задаете вопросы, будто меня вообще здесь нет.

– Спрашиваю еще раз, – сказал Фагбенл. – Какие-то проблемы?

– А я еще раз отвечаю: да, есть проблема. Мне не нравится, как вы выбираете слова.

– Вы имеете в виду, что я использую слово «напасть» для описания того, что произошло?

– Именно так.

Фагбенл откинулся назад и положил руки на стол.

– Насколько я понимаю, обвинения по этому делу были сняты, – сказал он.

– Мне без разницы, что вы там понимаете.

– И тем самым вы пытаетесь уйти от ответа. Несмотря на всю очевидность ситуации. Интересно.

– Мне также без разницы, что вам интересно или неинтересно, детектив. Мне не нравится, какими словами вы характеризуете этот инцидент. Прошу вас поменять лексикон.

– Ну и кто из нас попусту тратит время, советник?

– Я хочу, чтобы наша беседа проходила надлежащим образом, мистер умник.

– Прекрасно. Предполагаемое нападение. Происшествие. Как вам будет угодно. Ваш клиент может теперь отвечать на вопрос?

– Да, я не видел свою дочь с тех пор, как случилось то происшествие в Центральном парке, – сказал Саймон.

– А Аарона Корвала? Вы его видели с тех пор?

– Нет.

– Значит, за последние три месяца вы не имели никаких контактов со своей дочерью или с мистером Корвалом, я правильно вас понял?

– Вы сами ответили на собственный вопрос, – со злостью в голосе проговорила Эстер.

– Прошу вас, пусть он ответит сам.