Моя прекрасная ошибка

— Ну, привет. Ты, должно быть, Лиззи?

Я сначала предположила, что пациенткой была старшая девочка, лежащая на каталке, но у малышки, которую держал Кейн, на лице и шее была сыпь.

Очаровательная малышка кивнула, ее нижняя губка задрожала. У нее была всклокоченная голова, вся в рыжих кудряшках.

Я протянула руку и потрогала одну из них.

— Мне нравятся твои кудри. Они напоминают мне принцессу Мериду из мультика «Храбрая сердцем». Ты знаешь, кто такая Мерида?

Лиззи кивнула.

— Держу пари, ты такая же храбрая, как она.

Я убрала с ее лица длинный локон, прилипший к мокрой щечке. Браслеты на моем запястье звякнули, привлекая ее внимание.

— Тебе нравится?

Она снова кивнула.

— Я — Рэйчел, подруга твоего дяди Кейна. Хочешь поносить?

Ее глаза загорелись, и она снова кивнула, только на этот раз быстрее.

Я сняла с запястья два браслета и протянула ей. Малышка улыбнулась и позволила мне надеть их на себя. Тогда-то я и разглядела поближе, что было надето на бедняжке.

— М-м-м… Кейн? Почему ее подгузник приклеен скотчем?

— Я никак не мог заставить эту чертову штуку держаться на нужном месте.

Я едва сдержала смех. Было очевидно, что этот образец совершенства, обычно такой невозмутимый, оказавшись в непривычной для него ситуации, был совершенно сбит с толку, растерян и полностью измотан.

Протянув руки, я ласково улыбнулась Лиззи.

— Можно взять тебя на ручки? Возможно, я смогу починить тебе подгузник и правильно надеть маечку.

Кейн, нахмурившись, посмотрел на свою племянницу. Очевидно, для него было новостью, что ее рубашка была надета неправильно. Лиззи сначала испугалась, но, в конце концов, потянулась ко мне, и я взяла ее из рук дяди.

— У вас есть сумка с подгузниками?

— Нет. Я выскочил из дома так быстро, что даже не подумал о подгузниках. — Он посмотрел на голые ноги племянницы. — И про штанишки, видимо, тоже.

Я улыбнулась.

— Ничего страшного. Уверена, мы можем попросить подгузник у медсестры.

Вторая девочка вдруг села на каталке и посмотрела на меня.

Кейн представил нас друг другу.

— Это Элли. Ей бы тоже не помешало надеть подгузник так, чтобы он на ней остался.

Мы с Лиззи зашли на пост медсестры, и одна из санитарок была настолько любезна, что сходила в педиатрическое отделение и принесла нам несколько подгузников и небольшой пакет салфеток. Еще она захватила нам пижамные штаны детского размера. Приведя Лиззи в порядок в ванной, я вернулась к Кейну и Элли.

— Все улажено. — Лиззи теперь улыбалась. — И, как мне кажется, сыпь у нее уже начала проходить.

Кейн внимательно осмотрел племянницу.

— Вы правы. — Он запустил пальцы в волосы. — Слава богу! Последнее, что нужно моей сестре сегодня, это ехать к ребенку в больницу. В двадцать лет у нее был рак, ей удалили щитовидную железу. На прошлой неделе она обнаружила опухший лимфатический узел под мышкой. Доктор не думает, что это что-то серьезное, но она все равно напугана. Ей сейчас делают биопсию в качестве меры предосторожности.

— Мне жаль это слышать. Надеюсь, все будет хорошо.

Кейн кивнул.

— Спасибо вам.

Доктор зашел проверить Лиззи, которая все еще была у меня на руках. Он задернул раздвижную штору, прикрепленную к потолку, превратив открытый уголок в отдельную процедурную комнату.

— Как тут наша маленькая принцесса?

Ответил Кейн:

— Похоже, сыпь начинает понемногу исчезать.

— Давайте посмотрим. — Он осмотрел лицо, живот, ноги и руки Лиззи. — Бенадрил начинает действовать. Позвольте мне через полчаса осмотреть ее еще раз, а потом мы отправим вас домой. Она очень быстро заснет от лекарства. — Прежде чем выйти из-за занавесок, он добавил: — Или не заснет. Иногда бенадрил может оказывать на детей противоположный эффект.


Менее чем через час нас выписали с кучкой бумаг. Я проводила Кейна до машины, помогла ему расположить девочек на сиденьях и пристегнуть их.

— Моя сестра настояла, чтобы я взял эти штуки на тот случай, если мне придется куда-то ехать с детьми. Я сказал ей, что она чокнутая и что я никуда не собираюсь ехать, но она все равно засунула их в мою машину.

— Похоже, ваша сестра приняла верное решение.

— Похоже, — проворчал Кейн, — она будет командовать мной до тех пор, пока нам не стукнет восемьдесят.

После того как я еще раз проверила, хорошо ли девочки пристегнуты, Элли спросила, не могу ли я поехать вместе с ними к дяде Кейну, чтобы поиграть с ней. Я уже начала произносить, что никак не могу, но тут вмешался Кейн:

— Я сделаю макароны с сыром, если вы голодны. Может быть, я все же смогу убедить вас? У нас снова могут возникнуть инциденты с подгузниками, а у меня почти закончилась клейкая лента. Боюсь, мне тогда придется воспользоваться мгновенным клеем Krazy Glue.

Я улыбнулась. Искушение было велико, но, когда Кейн, уже не шутя, с серьезным выражением лица посмотрел мне в глаза и сказал: «Я прошу вас», я не смогла сказать «нет».

— Я поеду за вами.

Его лицо просияло, и мое чертово сердце радостно забилось в ответ.

«Успокойся, — сказала я себе. — Он приглашает тебя вовсе не на романтический ужин. Он только хочет, чтобы ты помогла ему с племянницами. Надевать подгузники, а не раздеваться самой».

Всю поездку до дома Кейна я пыталась справиться со своими эмоциями, успокаивая сердечко, разволновавшееся от неожиданного приглашения. Разумом я понимала ситуацию, но сердцу до этого не было никакого дела, и оно продолжало биться в радостном предвкушении.





Глава 17. Рэйчел





Огромный черный лабрадор радостно бросился ко мне, чуть не сбив с ног. Я наклонилась, чтобы поприветствовать его.

— Привет, большой парень. Ты такой милый. Как тебя зовут?

— Это Мёрфи, — ответил Кейн. Он обратился к псу, пытаясь говорить строгим голосом: — Сидеть.

Но пес его проигнорировал, пытаясь зарыться в мои колени своей лобастой башкой.

Я почесала Мёрфи за ухом, пока он продолжал меня судорожно обнюхивать.

— Вижу, он вас не слушается.

— Это все из-за вас. Он не будет слушаться, когда от вас исходит такой запах.

— Запах? — Я не поняла, на что он намекал.

— Нюх у собак в тысячу раз острее, чем у человека.

— И чем же я, по-вашему, пахну?

Пес по-прежнему наскакивал на меня, и Кейн, подойдя к нему, резко дернул его за ошейник.

— Хватит, Мёрфи. Дай девушке передохнуть, приятель.

В конце концов ему удалось оттащить от меня собаку настолько, что я смогла уверенно стоять на ногах.

Кейн наклонился ко мне и с закрытыми глазами демонстративно обнюхал мою шею.

— Летом. Вы всегда пахнете летом. — Потом он отстранился и подмигнул мне. — Мое любимое время года.

Мое сердце предательски заколотилось. Все аргументы, которыми я увещевала себя, пока мы ехали в машине, улетучились. Кейн усмехнулся, возможно, при виде выражения на моем лице.

— Прошу, проходите. Я дам Мёрфи лакомство, чтобы отвлечь его от вашего умопомрачительного запаха.

Я прошла за Кейном, и при виде обстановки его квартиры все сразу вылетело у меня из головы.

Здесь оказалось все совсем не так, как я ожидала.

Квартира Кейна была просто невероятной. Я предполагала, что там будет что-то потрясающее, но не настолько. Не успели мы войти, как маленькие племянницы Кейна побежали за дисками с мультфильмами, которые они хотели посмотреть, а я стояла, благоговейно осматривая все это великолепие. Гостиная была больше, чем вся моя квартира. Не говоря уже о том, что имелась просторная прихожая. Только представить себе — прихожая в манхэттенской квартире! Она одна стоила, наверное, не менее пятисот баксов в месяц. Кейн заметил мое удивление.

— Мой прадед основал инвестиционную компанию. Каждое последующее поколение Уэстов увеличивало состояние на порядок. За исключением меня. Но я все же унаследовал двадцать пять процентов акций компании от моего деда. И это приносит мне чуть больший доход, чем зарплата преподавателя.