Мистер

– Скажи.

– Я бы хотела поговорить с Магдой.

Ну разумеется! Магда – ее единственный близкий друг здесь. Как я мог забыть?

– Конечно. Вот, возьми. – Я отсоединяю телефон от зарядного устройства, набираю номер Магды и передаю Алессии. Она благодарно улыбается мне.

– Магда… Да, это я…

Я изо всех сил стараюсь не подслушивать. Впрочем, мне и так ясно, что Магда испытывает облегчение от того, что Алессия жива.

– Нет. Все хорошо. – Алессия смотрит на меня сияющими глазами. – Очень хорошо.

Она широко улыбается, и я невольно улыбаюсь ей в ответ. Я готов слушать ее «очень хорошо» хоть каждый день. Алессия смеется, и у меня щемит сердце – она так редко смеется. Я не могу отвести от нее глаз. Рассказывая Магде о море и своем невольном купании, она неосознанно наматывает на палец выбившуюся из косы прядь волос.

– Нет. Здесь красиво. Напоминает мне о доме.

Алессия снова смотрит на меня, и я тону в ее глазах.

«Дом. Это место может стать ее домом…» У меня пересыхает во рту.

«Эй, приятель, не дели шкуру неубитого медведя!» – одергиваю я сам себя и отвожу глаза. Обеспокоенный ходом своих неожиданных и самонадеянных мыслей, я уделяю внимание вину.

– Как там Михал? А Логан? – спрашивает Алессия, вскоре погружаясь в оживленное обсуждение укладки вещей, Канады – и свадьбы.

Тон ее голоса меняется, становится мягче, душевней. Она разговаривает с Михалом, и я понимаю, что он ей дорог. Для ревности нет причин – он еще ребенок, но я, кажется, все равно ревную. Мне не нравится это доселе незнакомое – и нежеланное – чувство.

– Веди себя хорошо, Михал… Скучаю… Пока. Хорошо, постараюсь… До свидания, Магда.

Она со счастливым видом отдает мне телефон.

– У них все хорошо? – спрашиваю я.

– Да. Спасибо.

– Как поживает Магда?

– Пакуется. Ей немного жаль уезжать из Англии – и спокойней от того, что рядом охранник.

– Отлично. Наверное, она мечтает поскорей начать новую жизнь.

– Да. Ее жених – хороший человек.

– Чем он занимается?

– Чем-то компьютерным.

– Я куплю тебе телефон, чтобы ты могла звонить Магде, когда пожелаешь.

– Нет-нет, это слишком! – ужасается она. – Не надо.

Я выгибаю бровь.

Алессия тоже недовольно выгибает бровь. От спора меня спасает звон таймера.

– Ужин готов.



Форма для запекания стоит рядом с собственноручно приготовленным салатом. Йогуртная заправка превратилась в золотисто-коричневую корочку. Максим впечатлен.

– Выглядит аппетитно.

Наверное, он ей льстит.

Алессия накладывает ему порцию блюда и садится за стол.

– Здесь баранина, рис, йогурт и еще несколько секретных… э-э… ингредиентов. Мы называем это блюдо tav? kosi.

– Англичане не запекают йогурт. Мы кладем его в мюсли.

Алессия смеется.

Максим откусывает немного и закрывает глаза, прислушиваясь к ощущениям.


– М-м-м… – Открыв глаза, он восторженно кивает. – Вкусно. Ты действительно умеешь готовить!

Под его теплым взглядом Алессия краснеет.

– Можешь готовить для меня, когда захочешь.

– Я согласна, – шепчет Алессия.

Она с большой охотой будет готовить для Максима.



Мы разговариваем, пьем и едим. Я подливаю Алессии вино и засыпаю ее вопросами. О детстве и школе. О друзьях и родителях. То, что я прочел об Албании, меня увлекло. Сидящая напротив Алессия меня тоже увлекает – она полна жизни, выразительные глаза сияют. Рассказывая о своей родине, девушка бурно жестикулирует.

Она обворожительна.

Машинальным жестом Алессия заправляет выбившуюся прядь волос за ухо.

«Хочу, чтобы эти пальчики ласкали мое тело».

Я предвкушаю, как расплету ее косу и пропущу сквозь пальцы роскошные шелковистые волосы. Приятно видеть Алессию беззаботной и разговорчивой. Судя по румянцу на щеках, причиной этому может быть вино. Я отпиваю итальянское «бароло», которое сотворило с Алессией маленькое чудо.

Насытившись, я отодвигаю тарелку и наполняю бокалы.

– Расскажи, как обычно проходит день в Албании.

– Мой день?

– Да.

– Почти не о чем рассказывать. Я работаю, отец отвозит меня в школу. Дома я помогаю маме. Мою посуду, убираюсь – все то же самое я делала для тебя. – Глаза цвета эспрессо украдкой бросают на меня обезоруживающий и чертовски сексуальный взгляд. – Вот и все.

– Довольно скучно.

Слишком скучно для такой яркой девушки. Подозреваю, ей к тому же было одиноко.

– Так и есть. – Она смеется.

– Я прочел, что Северная Албания довольна консервативна.

– Консервативна. – Нахмурившись, Алессия отпивает глоток вина. – Ты имеешь в виду, у нас сильны традиции?

– Да.

– Там, откуда я родом – да. – Она встает и убирает со стола посуду. – Но Албания меняется. В Тиране…

– Тирана?

– Столица. Современный город. Тирана не так консервативна. – Она ставит тарелки в раковину.

– Ты была там?

– Нет.

– А хочешь побывать?

Алессия садится, склоняет голову набок и задумчиво проводит указательным пальцем по губам. На миг ее глаза затуманиваются.

– Да. Когда-нибудь.

– Ты вообще путешествовала?

– Нет. Только в книгах. – Она лучезарно улыбается. – Я путешествовала по книжным мирам. И по Америке, когда смотрела телевизор.

– Американские программы?

– Да. Фильмы компании «Нетфликс», кабельное телевидение.

– В Албании?

Она смеется.

– Удивлен, что у нас есть телевидение?