Башня Нерона
– Ага. Эти ребятки прямо как я, понимаешь? У них было мало радостей в жизни. Но я хоть могу показать им, что они для кого-то важны. К тому же у некоторых явный талант к механике.
– А разве тебе не нужны инструменты? – удивился я. – И мастерская?
– Фестус! – пояснил Лео. – Из бронзового дракона получается лучшая мобильная мастерская на свете. Большинство ребят видят вместо него фургон – Туман, все дела, – но есть парочка… они секут фишку.
Мимо прошла Джо, направляющаяся к гнездам грифонов, и потрепала его по плечу:
– Молодец мальчишка. У него большой потенциал!
– Спасибо, мам, – ответил Лео.
Джо фыркнула, но вид у нее был довольный.
– Как Калипсо? – спросил я Лео.
На его лице отразилось сразу много эмоций, по которым я понял, что Лео еще больше, чем прежде, влюблен в бывшую богиню и что в их отношениях по-прежнему много сложностей.
– Да с ней все хорошо, – наконец сказал он. – Никогда раньше не видел, чтобы кто-то на самом деле любил школу. Но расписание, домашка, люди… Ей все нравится. Наверное, просто это очень отличается от безвылазного сидения на Огигии.
Я кивнул, хотя то, что прежде бессмертная девушка обожает школу, и мне казалось странным.
– А где она сейчас?
– В музыкальном лагере.
Я изумленно уставился на него:
– Где-где?
– Она вожатая в музыкальном лагере, – объяснил Лео. – Он для обычных смертных детей, которые играют на инструментах. Что-то такое. Укатила на все лето. – Он покачал головой, явно волнуясь за нее и явно по ней скучая. Возможно, ему даже снились кошмары о том, как Калипсо тусуется с толпой других старост, скажем, красавчиков-кларнетистов. – Все нормально. – Он выдавил улыбку. – Знаешь, небольшая разлука, чтобы обо всем подумать. Мы справимся.
Рейна, оказавшаяся рядом, услышала последнюю фразу:
– Вы про Калипсо? Да уж, мне нужно поговорить кое о чем с mi hermano [44]. – Она сжала плечо Лео. – Нельзя называть девушку mamacita. Будь уважительней, entiendes? [45]
– Я… – Лео хотел было запротестовать, но передумал. – Ладно, хорошо.
Рейна улыбнулась мне:
– Вальдес вырос без матери. Никто его этому не учил. Теперь у него есть две замечательные приемные мамы и старшая сестра, которая не побоится задать ему трепку, если он будет вести себя неприлично. – Она шутливо щелкнула пальцами возле его щеки.
– Что правда, то правда, – пробормотал Лео.
– Выше нос, – сказала Рейна. – У вас с Калипсо все наладится. Порой ты ведешь себя как балбес, Вальдес, но у тебя сердце из имперского золота.
Следующая остановка – Лагерь Юпитера.
Меня не удивило, что Хейзел и Фрэнк стали самой деятельной и уважаемой парой преторов, которые когда-либо руководили Двенадцатым легионом. В рекордные сроки они организовали восстановительные работы в Новом Риме, устранили весь ущерб, нанесенный битвой с Тарквинием и двумя императорами, и вместе с волками Лупы затеяли поиски полубогов во внешнем мире, чтобы доставить их в лагерь. За время моего отсутствия появилось минимум двадцать новичков, и я задумался, где же они скрывались и насколько насыщенную жизнь, должно быть, вели мои собратья-боги в последние пару десятилетий, раз у них родилось столько детей.
– Мы хотим построить вон там новые казармы, – поделилась со мной Хейзел, и они с Фрэнком устроили мне грандиозную экскурсию по восстановленному лагерю. – Мы расширили термы и возводим на главной дороге к Новому Риму триумфальную арку, чтобы увековечить память о победе над императорами. – Ее янтарные глаза восторженно сверкнули. – Она будет покрыта золотом. Полностью, сверху донизу.
Фрэнк улыбнулся:
– Да. Насколько мы можем судить, проклятие Хейзел окончательно снято. Мы устроили гадания авгуров в храме Плутона, и результат был благоприятным. Она может призывать драгоценные камни и металлы… и распоряжаться ими без страха навлечь проклятие.
– Но мы не станем злоупотреблять этой силой, – поспешно добавила Хейзел. – Будем ею пользоваться, только чтобы улучшать лагерь и почитать богов. Мы не планируем покупать себе яхты, или частные самолеты, или огромные золотые ожерелья с брильянтовыми кулонами «Х+Ф навсегда», правда, Фрэнк?
Фрэнк надулся:
– Наверное, не станем.
Хейзел передразнила его.
– Конечно не станем, – исправился Фрэнк. – Это безвкусно.
Фрэнк по-прежнему ходил вперевалочку, как добрый мишка-гризли, но стал более расслабленным, смешливым, будто начал наконец осознавать, что его судьба больше не зависит от маленькой деревяшки. Для Фрэнка Чжана, как и для всех нас, были открыты все дороги.
Он оживился:
– Кстати, зацени, Аполлон! – Он завернулся в свой пурпурный преторский плащ, словно собирался, как вампир, обратиться летучей мышью (и Фрэнк был вполне на это способен). Но вместо этого плащ просто превратился в большую теплую накидку. – Я понял, как это делается!
Хейзел закатила глаза:
– Дорогой, милый мой Фрэнк. Давай обойдемся без накидки?
– А что?! – возмутился Фрэнк. – Она непробиваемая и удобная.
Позже в тот же день я навестил и других своих друзей. Лавиния Асимов исполнила угрозу/обещание научить Пятую когорту чечетке. Ее подопечных теперь боялись и уважали во время военных игр, потому что они умели выстроиться «черепахой», танцуя шаффл.
Тайсон и Элла с радостью вернулись к работе в книжном магазине. Единороги по-прежнему оставались боевыми. Замысел Джейсона Грейса претворялся в жизнь, и каждую неделю возводились новые святилища.
А вот что меня по-настоящему удивило: Перси Джексон и Аннабет Чейз приехали в Новый Рим и поселились там, чтобы за два месяца привыкнуть к новому окружению, прежде чем начнется учеба в колледже.
– Архитектура, – сказала Аннабет, серые глаза которой сияли так же ярко, как и глаза ее матери. Слово «архитектура» в ее устах звучало как ответ на все проблемы мира. – Хочу заниматься дизайном среды в Калифорнийском университете в Беркли и параллельно поступить в Университет Нового Рима. К третьему курсу, наверное…
– Так, постой-ка, Всезнайка, – запротестовал Перси. – Сначала ты должна помочь мне сдать английский за первый курс. И математику. И историю.
Улыбка Аннабет озарила комнату пустого общежития:
– Да, Рыбьи Мозги, знаю. Основы пройдем вместе. Но ты сам будешь делать домашнее задание.
– Фу. – Перси посмотрел на меня в поисках сочувствия. – Домашка.
Я обрадовался, что у них все отлично, но был согласен с ним насчет домашки. Богам ее никогда не задавали. Нам она была не нужна. Мы сами раздавали задания в виде смертельно опасных квестов.