Клятвы мертвых птиц
Над водой появились три чёрные макушки, а затем и три пары бледных глаз. Мавки. Василиса отступила на шаг и потянулась к мечу. Финист тоже заметил гостей, заулыбался и перехватил поудобнее нож.
Мавки продолжали приближаться: вот уже над водой появились прямые носы, зеленовато-серые щёки, лишённые румянца, сизые губы, шеи, плечи, обнажённые груди. Мавки двигались практически бесшумно, не сводя неподвижных глаз с гвардейцев.
Василиса вытащила меч, готовая сражаться. Кирши толкнул большим пальцем гарду катаны, выпуская лезвие, но не спешил извлекать её из ножен полностью.
Мавки наконец достигли лодки, белые, худые, с длинными чёрными волосами, что прикрывали их наготу. Две из них остановились у трупа Мешко, принюхиваясь, третья вышла на берег.
– Мы не хотим драться, – сказала Василиса, опуская меч и выставляя перед собой руку.
– Да почему же… – хмыкнул Финист.
– Ради богов, заткнись! – рыкнула Василиса.
Мавка склонила голову набок, будто силясь понять сказанное. Лицо её не выражало никаких эмоций – застывшая фарфоровая маска с немигающими рыбьими глазами. Она сделала ещё несколько шагов навстречу, и Василисе стоило огромных усилий не вскинуть меч и не броситься в драку. Но что-то – едва различимое предчувствие – заставляло её этого не делать. Остановившись в шаге от Василисы, мавка разомкнула сизые губы, запрокинула голову и запустила три пальца в рот. Горло её забугрилось в такт движениям пальцев внутри. А спустя мгновение она извлекла изо рта жемчужину и протянула её Василисе. Немного помедлив, чародейка подставила раскрытую ладонь. Увязшая в слизи жемчужина была холодной и воняла гнилью и тиной, и Василиса постаралась превратить гримасу отвращения в вежливую улыбку.
– За пищу, – пробулькала мавка. – Съешь и вернёшь утраченное.
– С-спасибо, – сказала Василиса, а мавка развернулась и пошла обратно к реке. Её сёстры за ноги волокли труп Мешко на глубину.
– Эй, убил его я, а награда тебе? – возмутился Финист, недовольно цокая языком.
– Хочешь? – Василиса протянула ему подарок, а Финист скривился и зажал нос.
– Пожалуй, можешь оставить себе. От мавок всё равно не жди ничего хорошего.
Василиса с сомнением посмотрела на жемчужину, стряхнула с неё слизь и убрала в карман. Странный подарок, но вдруг пригодится, решила она, вытирая руку о штанину. Какого рода утраченное она возвращала, оставалось загадкой, а мавка уже скрылась на глубине. Впрочем, вряд ли что-то могло бы заставить Василису проглотить непонятно что, да ещё и воняющее тухлой рыбой. Хотя, если бы жемчужина могла вернуть ей чары? Василиса приложила ладонь к карману. Мерзкая слизь и удушающий запах уже не казались ей такими противными.
* * *
В Тёмные Леса гвардейцы вошли уже после заката. И, к удивлению Василисы, лес встретил их влажным, приятным теплом. Зима осталась позади, уступив место застывшей весенней ночи. Вместо снега на земле расстилался ковёр из сосновых игл, а темноту освещали зелёные огоньки светлячков, то появляясь, то исчезая в тумане. Время замерло, запутавшись в колючих ветвях, и оставалось только гадать, какая из бесчисленных вёсен заснула здесь навсегда.
Все дороги в Тёмных Лесах вели к Белому камню, и при этом никто точно не знал, где именно он находится. А после камня дороги исчезали, оставляя редких путников один на один с лесом.
Тишина поглощала звуки шагов и шелест дыхания, и Василиса не отрывала взгляда от спины шагающего впереди Кирши, чтобы не терять ощущение реальности, и то и дело вздрагивала, когда в поле зрения бесшумно возникал ускоривший шаг Финист, который замыкал их маленькую цепочку.
Вскоре на пути вырос Белый камень, предупреждая, что дальнейший путь опасен. Но Василиса, как и в прошлый раз, прошла мимо, в глубь леса, тихо радуясь, что теперь она не одна.
– В прошлый раз путь нам с Атли преградили лешие, – сказал Кирши, когда они углубились в чащу. – Смотрите в оба.
Будто бы заслышав его слова, тьма между деревьями зажглась зелёными угольками глаз. Первый леший напал сзади и впился бы когтями Василисе в спину, если бы Финист не отразил его удар. Василиса выхватила меч, встречая лезвием рогатую голову. Зазвенели и упали на землю колокольчики с перерубленной ленты, а леший едва не вспорол когтями Василисе живот, но она успела отскочить. Поднырнула под его ветвистой лапой и вогнала меч лешему в бок. Лезвие утонуло в тьме, служившей чудищу плащом, и нисколько лешему не навредило.
Василиса выругалась, запоздало вспоминая уроки. Единственный способ задержать лешего – снести ему голову. Единственный способ убить – сжечь останки.
Отбежав на приличное расстояние, расчищая пространство для манёвра, Василиса развернулась. Кирши уже отрубил голову первому лешему, Финист заканчивал со вторым. Всего чудищ было семь.
Василиса взвесила в руке меч, поудобнее перехватила рукоять и ринулась в бой. Она отбивалась от быстрых ударов когтистых лап, с досадой понимая, что её умений не хватает для лёгкой и уверенной победы. Краем глаза она видела, как Кирши срубил уже третью голову, когда она ещё не справилась с первым лешим. Финист же вообще справлялся одним ножом.
Что ж, чудище хотя бы ни разу ещё не сумело её достать – уже хорошо. Но стоило Василисе об этом подумать, как лапа ударила её по икрам, выбивая почву из-под ног. Василиса упала, перекатилась, уворачиваясь от когтей. А потом снова ушла от удара – уже в другую сторону.
Кирши с Финистом закончили бой и стояли в стороне, наблюдая за поединком.
– Нужна помощь, красавица? – крикнул Финист.
– Нет! – гаркнула Василиса, сцепив зубы. Взмахнула мечом перед собой почти наугад и срезала несколько колокольчиков. Леший недовольно заклокотал, отвлекаясь на их звон.
Василиса времени не теряла, вскочила на ноги и рубанула по рогу. Леший взвыл и замотал головой, а чародейка наконец смогла нанести последний удар. Олений череп покатился по земле, звеня колокольчиками, а Василиса, тяжело дыша, опустила меч.
Довольный Финист захлопал в ладоши. Кирши обшарил Василису напряжённым взглядом, и чародейке показалось, что, если бы мог, он забрался бы им под одежду.
– Не ранена?
Василиса мотнула головой.
– Только моя гордость, – хмыкнула она, пряча меч. – Без магии я ни на что не гожусь.
– Если будет время, поработаем над техникой, – улыбнулся Кирши. – С магией или без, ты не должна позволить себя убить.
– Да уж, одного раза мне, пожалуй, хватило.
Осмотрев поле боя, гвардейцы собрали головы леших, забросили их подальше от тел, чтобы выиграть время, и двинулись дальше. И с каждым шагом внутри у Василисы становилось всё холоднее и холоднее, словно кто-то отбирал тепло, что поддерживало в ней жизнь. Она шагнула ближе к Кирши, чтобы хоть немного согреться. Когда из-за деревьев показалась воронка, в груди у Василисы потяжелело, а когда из тумана выступила разинутая пасть пещеры, сердце пронзила острая боль.