Жаркий, ты достал!

Ева за всю дорогу не проронила ни слова, лишь отползла на сиденье в самый угол, чтобы быть как можно дальше. Еще и замерзшие ступни саднили. Кажется, на камешки наступила, потому что возле пальцев на левой ноге болело уже как-то очень сильно.
– Так и будешь молчать? – в ответ ноль реакции. Еще, как специально, таксист долго искал сдачу, а Ева уже выбралась из машины. Бросив: – Не надо, – поспешил за Заучкой.
Не дожидаясь, пока Данька к ней снова прикоснется, Ева похромала к подъездной звери, шипя и матерясь, как не пристало культурному человеку. Забыла совсем, что ключи у Данила, ведь он же оставался дома и открыл бы ей.
– Ев, у тебя брюки грязные, – зачем-то сообщил Данька, открывая дверь. В ответ получил такой взгляд, что чудом от него не осталась кучка пепла.
Евка сосредоточилась на том, что у нее впереди еще подъем по отвратительно-холодным ступенькам, а этот предатель раздражает своим присутствием. Но, похоже, Жаркий решил строить из себя благородного рыцаря, потому что до квартиры донес на руках.
Как только поставил на ноги, Евка попыталась сбежать в ванную.
– Пусти, – дернула рукой. – Из-за тебя я теперь еще и заболею! Как же ты меня достал!
– Точно заболеешь, – поддакнул Данил. Почему-то его волновала стрелка на капроновом носочке, а потом дошло – расползлось снизу, значит, там дырка. – А черт! – не стал снимать кеды, пофигу на грязь.
Потом разговор, сначала нужно позаботиться о ногах Евы. Усадив ее на диван, Данька пошел за тазиком с горячей водой и полотенцем. Потом, матерясь тихо и не очень, отмывал реально ледяные ноги от грязи. Капроновые носочки – вообще фиговая защита, особенно от камней.
Евка только шипела, отказываясь разговаривать, ну хоть дала обработать повреждённую кожу. Острый камешек проткнул кожу, и там теперь приличная рана. Каждый Евкин стон больно бил по нервам – это ведь из-за него она шла босиком, из-за него порезалась до крови. Вместо того, чтобы заботится, довел вот до такого состояния.
– Ев, ты переодеваться будешь? – мягко спросил, заканчивая медицинские процедуры.
– Пошел к черту, – раздраженно прилетело в ответ.
– Понятно, – Данька пожал плечами и встал. Нет, никуда он не пойдет, просто выльет воду и выкинет рваные носочки. Они сейчас полностью отражали его поступок.
Все убрав, Данил вернулся в комнату. Ева, кажется, даже не пошевелилась за все это время, как отвернулась к стене, так и продолжала сидеть. Он не знал, с чего начать, но никто жизнь облегчать ему не собирался. Единственное проявление хоть каких-то эмоций – пощечина, которую от души ему влепила Ева, когда принялся раздевать ее. Рука очень даже тяжелая.
Завернув злую Заучку в одеяло, усадил к себе на колени и крепко обнял. Теперь осталось самое сложное, найти правильные слова.
– Ев, я поступил как полный идиот…
– И я должна кинуться доказывать, что это не так? – ее голосом можно было гранит резать.
– Ев, я…
– Ты, Данил, именно ты, – выпутавшись из кокона одеяла, Ева перебралась на другой конец дивана. Снова поднималась злость. В любом случае, это лучше, чем лить слезы. – Именно ты черт знает какую хрень обо мне подумал! Ты! Хотя у меня причин в тебе сомневаться гораздо больше!
– Да ни с кем я за твоей спиной не встречался, – вскочив с дивана, Данил заходил по комнате. Да мать вашу! – Ева, со дня нашей первой встречи в “Кристалле” я ни на кого больше даже не посмотрел!
– Ах утешил! – съязвила Ева, прикладывая руку к груди. – Прям капец как благодарно! – рявкнула она. – Что тебе было не так? Что каждое твое слово не ловила и не бегала за тобой “Данечка, Данечка”? Так извини, у меня тоже работа. Ты знаешь, как в телекоммуникациях сложно пробиться женщине? Я пашу как лошадь, постоянно учусь, а ты одной фразой опустил меня до содержанки, которой за постель выдали должность!
– Ева, я не сомневаюсь, что тебя назначили за мозги…
– Так какого хрена, Жаркий? Какого хрена вместо звонка ты примчался? – соскочив с дивана, Ева решительно подошла к шкафу и выхватила оттуда халат. Натянула на себя и рывком завязала узел. – Что тебе не так стало? Бытовухой не гружу, денег не прошу, в сексе не отказываю!
– Да ты ни о чем меня не просишь! – Данил тоже снова завелся. – Тебе плевать на мое мнение с высокой колокольни. Завела себе мальчика для утех, вроде породистый, а людям показать стыдно. Зачем тебе я, кроме секса, если вокруг тебя полно состоятельных мужиков? На кой черт тебе сдался бюджетник?
– Охренел? Какие состоятельные мужики? И когда это я не спросила твоего мнения?
– А когда спросила? Всё сама-сама-сама. Ева, у тебя день рождения скоро, ты собралась праздновать с родней, а потом с подружками в клуб. Евочка, мое место в твоих планах где? Сама заказала, сама оплатила. Мне ты что ответила. Ой, Дань, я уже решила вопрос!
– Ну так если решила, – Ева была возмущена. – Это мой день рождения, я поспрашивала, где приличные места, и выбрала.
– Правильно, потому что я типа таких мест не знаю. Только кафешки с пластиковыми стульями. У тебя все удобно: квартира рядом с работой, доставка к твоим услугам. Надеюсь, в постели я отвечаю твоим высоким требованиям? Потому что вне ее я твоим запросам явно не удовлетворяю.
– Нет, тебе точно яйца на мозги давят, – грубо проговорила Ева и пошла к дивану. Сев, поставила локти на колени и, опустив голову, сжала виски. – Жаркий, ты реальный дебил. При чем здесь состоятельный или бюджетник? – мозг начал обработку поступивших данных. Она молчала, прокручивая в голове разговор. Мужики, это же трындец что такое. Любая мелочь плохо действует на их нежную психику, ущемляет выдуманную мужественность, признаки которой… – Данил, – она подняла взгляд и твердо посмотрела ему в глаза, – только не говори, что ты из тех, кому жмет, если женщина зарабатывает больше.
Вместо ответила Данил вздрогнул и покраснел. Заучка всегда дружила с мозгами, поэтому сейчас попала в точку.
– Жаркий, то есть вот эта вся… – проглотив рвущееся матерное слово, продолжила, – хрень только потому, что я получаю больше? Я в ах… в шоке. То есть я не давлю на него, не таскаю на встречи с подругами, чтобы ты не подумал, будто спешу всем тебя продемонстрировать как трофей, что мне срочно подгорает замуж, чтобы сам определился, нужна я тебе или серьезные отношение тебе не уперлись, а тебе просто причиндалы жмут.
– Ничего мне не жмет, – Данилу стало неловко.
– Жмет, – тяжело вздохнув, Ева продолжила уже гораздо тише: – Проще оказалось меня выставить шлюхой, чем честно сказать, да? Дань, ты и меня оскорбил, и себя опустил до проститута. А ведь я тебя люблю. Угу, вот такая дура. Ничуть не лучше остальных. Думала, тебе интересно со мной, надеялась, что сложится, ведь ты сам предложил… А я ведь уже согласилась продлить контракт… Ой, дураааа… Я вот тебя сейчас прям ненавижу.
– Я тоже, – Данилу было просто стыдно. – Ев, ну мужчина должен обеспечивать свою женщину, иначе он…