Жаркий, ты достал!

– Жаркий, какого хрена? – прокричала ему в спину, запуская обувь в полет. Снаряд угодил в широкую спину. Данил остановился и развернулся. Воспользовавшись моментом, Евка запустила вторую туфлю, попав по груди. – Давай, как настоящий мужик, свали от проблемы!
Господи, время заполночь, а она устраивает скандал посреди улицы. Да и плевать! Выбесил, гад!
– А нет проблемы, Евочка! – зло проговорил Данил, оборачиваясь и разводя руками. – Какая проблема, ты о чем? Встретились, потусили и хватит, – он, вместо того чтобы уйти прочь, двинулся на Заучку. – Что я должен решить, когда ты все можешь решить сама? Какое тебе дело до мнения приложения?
– К-какого приложения? – изумилась Ева. Она отказывалась понимать происходящее, да и на деловом ужине ограничилась безалкогольными напитками. То есть была трезва как стеклышко, но это не помогало понять ситуацию.
– Наверное, секс? А больше вариантов нет.
Евка от такого оскорбления дар речи потеряла. Нет, ну мужики часто несут всякую фигню, это она достоверно знает, работая с ними много лет, но чтобы Данил? Да после всего, что было? Совсем обалдел, что ли?
– Жаркий, а тебе ничего не жмет? – Ева, прищурившись и уперев руки в бока, сверлила гневным взглядом оболтуса, которого, совершенно по недоразумению любит еще школы. – Потому что другого объяснения у меня нет! Только что там, – она перевела взгляд на его ширинку, – жмет, поэтому тут, – вновь посмотрев в глаза Данилу, постучала пальцем по своей голове, – туго соображается.
– Зато тебе нигде ничего не жмет, – держать себя в руках становилось все труднее, Данилу хотелось орать на вредную Заучку, сейчас ковыряющую иголкой в его сердце. – Ев, скажи честно, на кой черт я тебе сдался, а? Ну вот честно? Зачем тебе я, когда тебя по ресторанам водят всякие директоры? – не подумал, как прозвучат злые слова, даже предположить не мог, что она воспримет все на свой счет.
Евка молчала. Жаль, что туфли валяются в нескольких метрах, а то сейчас бы зарядила каблуком в лоб!
– Ты тупица, Каланча, – прикрыв глаза в попытке сдержать слезы, Ева говорила тихо, голос почему-то перестал слушаться. Кому-то явно эго жмет между ног. – Ты сейчас хоть понял, что сказал? Ты с кем меня сравнил? А главное, с кем сравнил себя? – асфальт тротуара неприятно холодил ступни, и она переступила с ноги на ногу. – Данил… – но договаривать не стала, что толку объяснять, если у него такое мнение. Досадливо махнув рукой, пошла за туфлями, ноги уже замерзли по самые коленки. – Уходи… Убирайся к черту из моей жизни… Ты же меня шлюхой в лицо назвал, – ошарашенно произнесла она. – Ладно Машка, она всегда была недалекого ума, но ты…
Ей было все равно, слышит ли ее Данил. Она просто рассуждала вслух, мысли рвались наружу, и молчать она была не в состоянии. Поднимая туфли, зацепилась взглядом за тонкий браслет, украшенный желтым камнем. Подарок. Красивый, изящный, дорогой. Для нее не по цене, а потому что видно, что выбран не за пять минут. Выпустив из рук туфлю, с остервенением принялась дергать чертову застежку. Едва вообще не порвала.
– Забирай, – швырнула ему под ноги украшение. Браслет звякнул об асфальт. – Сдай в ломбард. Подари следующей. Мне не надо… Мне ничего не надо. И зачем ты только тогда приперся? Девок тебе во всем городе мало? – она села на попу, было все равно, что испачкает красные брюки. Брюки – это вообще не проблема, такого добра полные магазины. – Ну ладно я, дура такая, со школы еще по тебе сохну, тебе-то какое дело до меня? Ведь есть же девки красивее и проще.
Бросив бесполезные попытки надеть туфли, взяла их в руки и поднялась. Мысли о такси просто не было места в ее голове. Вот вроде бы не хитрила, не обманывала, не требовала много, честно говорила куда идет и с кем, жили вместе, спали вместе, занимались обычными делами, а теперь она – шлюха, гуляющая с директорами. Докатилась.
– Ев… – сзади послышался тихий голос и быстрые шаги. – Ева…
Она лишь отмахнулась. Хватит с нее оскорблений, наслушалась. Отказаться от продления и уехать – самое верное решение!
– Ев, – крепкая хватка горячих пальцев на локте, а она держится из последних сил. Еще одно его слово и разревется прямо здесь. – Ев, я не это имел в виду…
– Данил, достаточно, – она не могла, просто не могла посмотреть ему в глаза. – Если тебе так тяжело было, нужно было просто сказать. Расстались бы спокойно, а сейчас… Просто отпусти меня…
Хватка с локтя исчезла. Она была свободна, только это совершенно не радовало. Ну да, он оскорблен и ущемлён, а она… Боже, какая мерзость…
Потекла первая слезинка, оставляя некрасивый след от туши.
    
Глава 28
Она даже успела сделать целых два шага, прежде чем пальцы Данила вновь сомкнулись на ее локте.
– Ашшш, – зашипела она, когда ее резко развернули и асфальт больно ожёг босые ступни. – Отвали! Достал! – размах был небольшим, поэтому удар туфлями по руке получился не очень сильным.
– Ев, нам нужо поговорить, – Данил не собирался отпускать Заучку. Ну как же так? Он ведь говорил сосем другое!
– Наговорились уже! Проваливай! – Евка была настроена решительно.
Редкие прохожие обходили парочку стороной. Ну ссорятся или мирятся, с кем не бывает? От такого здоровяка если в глаз получить, то и сотрясение заработать можно. Или вообще, может, девица напилась и бузит, иначе зачем туфли сняла?
– Ев, поехали… – он хотел сказать домой, но осекся. Какой дом? Живут в ее съемной квартире. – Ев, прости, я не хотел… тебя обидеть, – пришлось крепко держать ее за руки, иначе она его этими туфлями в самом деле покалечит.
– Ты понимаешь, что ты сделал? – в свете фонаря хорошо было видно, как блестят от слез глаза Евы, какая в них боль. – Ты примчался, чтобы поймать меня на горячем. Хотя знал, куда я иду и с кем. Ты что надеялся увидеть, что мы в номере уже? Данил, это каким придурком надо быть, чтобы примчаться по звонку этой… этой… Ааа, как же противно. Ты мне противен, – она снова закрыла глаза, не в силах видеть его.
– Ев, послушай…
– Не хочу, не хочу я тебя слушать. Достаточно, – перебила она Данила. А он впервые сильно жалел, что нет машины – сейчас бы закрылись от посторонних глаз и ушей. Пусть посылает его в пешее эротическое, имеет право. Но ему тоже больно. А без Евы будет еще хуже. Права Алка, в голову он только ест.
– Хорошо, – покладисто согласился, – тогда я послушаю тебя. Но не здесь.
Данил чувствовал, если уйдет сейчас, то потом вернуться уже не сможет. У Евы несгибаемый характер – вычеркнет и не обернется. Резкая, вредная, но честная. Так, вроде у гостиницы всегда дежурит пара-тройка такси.
Подхватив Еву на руки, Данька пошел обратно. Она, притихнув, даже не сопротивлялась. В этом вся Ева – выдержка у нее железная.
Водитель очень удивился, когда увидел такую колоритную парочку. Но мнение предпочел оставить при себе, габариты парня не располагали к трепанию языком.