Потерянная

Я закусила нижнюю губу. Теперь весь Город магии против нас, и это из-за меня? Все это чертовски нелепо.
– Твой папа и я вышли на пробежку в волчьем обличье этим утром. – Она улыбнулась. – Рада сообщить, что я все еще быстрее, чем он.
– Я споткнулся! – прокричал отец из открытых ворот, и я развернулась, увидев его и Сойера выходящими из гаража и направляющимися в сад.
Мой взгляд скользнул по карманам Сойера, проверяя, нет ли там выпирающей коробочки с кольцом.
Ничего.
– Проверили работу батарей? – непринужденно спросила мама, но мы обе проследили за выражением лица Сойера.
Папа кивнул.
– Такая причудливая система, даже панелей не видно. – Он показал на крышу. – Они встроены в кровельную черепицу!
Я поникла, и мама бросила на меня взгляд, который говорил: «Мне жаль».
Черт.
– Готова возвращаться, Деми, или ты хотела бы провести побольше времени с родителями? Я могу приехать и забрать тебя позже, но мне нужно попасть на несколько встреч, – сказал Сойер.
– Я поеду. Хочу подготовиться к завтрашним занятиями и наверстать то, что пропустила.
Я крепко обняла маму и папу, и была удивлена, когда мама притянула Сойера к себе, чтобы тоже обнять. Пожав руку моему отцу, Сойер потянул меня на улицу, где стоял Уолш, облокотившись на капот своей машины. Сейдж стояла перед нашим «Рендж Ровером», вглядываясь в улицу, словно ожидая нападения в любой момент.
Когда мы подошли, она слегка улыбнулась мне, а потом посмотрела на своего кузена.
– Ты получил сообщение о маленькой бреши в южной стене?
Сойер кивнул.
– Об этом позаботились. Группа темных фейри.
Темные фейри пытались прорваться через южную стену Города вервольфов? Я сглотнула.
Может, помолвка сейчас не самый приоритетный вопрос.
 
Глава десятая

Я вернулась к занятиям, словно ничего не случилось. Ощущать себя нормальной было прекрасно. Спустя первые несколько дней люди перестали пялиться и шептаться о моем отсутствии. Из положительного: никаких нападений за восемь дней. Отрицательный момент: Сойер вообще собирался сделать мне чертово предложение? Или само собой разумеется, что я собираюсь выйти за него? Мы ведь жили вместе. Он даже переделал гостевую спальню в мою фотостудию, пока мы встречались с архитектором, чтобы начать строить для нас дом на четырех гектарах первоклассной земли в Городе вервольфов.
Я вышла с последнего занятия на сегодня, меня ожидал Юджин. Каждый день после учебы у нас были уроки вождения. Поначалу они проходили обычно, и я полностью освоилась за рулем, но потом они превратились в безумные уроки по «экстремальному вождению». Иногда это означало, что Сейдж разгонялась рядом со мной на шоссе и резко дергала руль в мою сторону, пока Юджин объяснял мне, как реагировать в такой ситуации.
Мои нервы не выдерживали, но, видимо, это было то, чему мне требовалось научиться, чтобы стать женой альфы.
– Что мы сегодня делаем? Попытаемся обезвредить бомбу на скорости сто тридцать километров в час?
Верхняя губа Юджина изогнулась.
– Нет. Ты будешь отрабатывать параллельную парковку без остановки.
Я нахмурилась.
– Что?
Юджин вздохнул, пока мы шли через двор.
– Тебе нужно будет разогнаться до скорости в шестьдесят пять километров в час, резко вывернуть руль в сторону парковки, а потом ты вылезешь и побежишь в полицейский участок или в место, которое находится под охраной. Все это за несколько секунд.
Я вытаращила глаза.
– Черта с два я это сделаю.
Юджин остановился и посмотрел на меня.
– Когда Сойера похитили в детстве, он был со своей матерью. Они думают, что женщина – слабое звено, когда пытаются совершить попытку похищения.
Я зарычала.
– Юджин, я могу ловить пули и становиться невидимой. Хотелось бы мне посмотреть на того, кто придет за моими будущими детьми.
Он усмехнулся хитрой улыбкой. Это что, гордость в его взгляде? Он всегда мне нравился.
Прежде чем он ответил, из громкоговорителя во дворе донеслась музыка. Нежная, романтичная и странная, чтобы играть из школьных колонок. Люди за моей спиной зашептались, и я обернулась, чтобы оценить обстановку.
Мое сердце остановилось, когда я увидела Сойера, идущего ко мне с микрофоном в руке. Но заставили меня прирасти к месту не он, микрофон или музыка, а футболка, сделанная на заказ, которую он надел.
С надписью: «Будущий мистер Каллоуэй-Хадсон».
Сначала я захихикала, но постепенно, пока до меня доходило, что происходит, становилась серьезнее. Он делал мне предложение? Это оно? Юджин отступил назад с ухмылкой, когда толпа расступилась.
Сойер поднес к губам микрофон.
– Я в здравом уме и твердой памяти, на мне нет никакого любовного приворота, – заявил он, и все разразились смехом, включая меня. – И я выбираю тебя, Деми Каллоуэй. Я выбираю тебя. – Смех застрял в горле, когда он встал на одно колено и вытащил кольцо с сверкающим бриллиантом из кармашка своих джинсов. Без коробочки. – Я унизил тебя на глазах у всех, поэтому, думаю, будет справедливо, если я сделаю то же самое с собой, надев эту нелепую футболку.
Толпа зааплодировала, и я улыбнулась. Мне нравилась эта футболка, нравился он, все это очень нравилось.
Сойер поднял на меня взгляд, стоя на одном колене, и я заглянула в его яркие голубые глаза.
– Я выбираю тебя, Деми. И теперь, если ты выберешь меня в ответ, я буду самым счастливым мужчиной на свете. Выйдешь за меня?
Из моих глаз покатились слезы. Он заставил меня полностью забыть публичный позор, который навлек на меня, и это многое для меня значило. Сойер не боялся выглядеть дураком ради тех, кого любил, и это делало его еще более совершенным.
Я постучала пальцем по подбородку, разглядывая кольцо.
– Мне нужно подумать.
Несколько студентов хмыкнули, и Сойер отреагировал на это рыком, прежде чем я рассмеялась сквозь слезы. Я ощущала себя сумасшедшей.
– ДА! Да, огромное да, мистер Каллоуэй-Хадсон.
Он бросил микрофон на землю, а студенты разразились аплодисментами, когда он заключил меня в объятия и его губы оказались на моих. Мы жадно поцеловались, прежде чем отстраниться, чтобы он смог надеть кольцо мне на палец.
Оно было размером с тостер.
– Я знаю, что тебе наплевать на дороговизну, но хочу, чтобы каждый знал, насколько сильно я люблю тебя и буду заботиться о тебе.