Потому что нас много
Я, как и положено, поприветствовал всех, подвигав ушами. Диана даже не дернулась, и я расслабился.
Я заметил, что Диана выглядит старой и хрупкой, и это подтвердило мою догадку, что Архимед стареет гораздо медленнее, чем среднестатистический дельтанец. Я с облегчением подумал о том, что Дианы, возможно, скоро не станет — и эта мысль тут же заставила меня устыдиться. Да, Диана мне не нравится, но она — партнерша, с которой Архимед связал себя на всю жизнь, а ведь он — мой друг.
Дети — я вдруг понял, что это внуки Бастера — начали играть в салочки, и один из них врезался в меня. Взрослые прервали разговор; повисло напряженное молчание. Я рассмеялся и легонько ткнул в ребенка пальцем. Напряжение спало, и Диана принялась раздавать всем вяленое мясо.
Просто семья.
72
Битва
Билл. Февраль 2217 г. Дельта Павлина
«Война — это путь обмана».
Сунь-цзы, «Искусство войны»
До прибытия команд, которые должны были держать оборону, оставалось менее недели, и их скорость уже снизилась до того значения, при котором можно нормально общаться. Вместо того чтобы просить их поднять частоту, мы сами замедлимся. Поскольку число участников выросло, я проводил встречу в ВР, которую мы обычно использовали для проведения совета.
— Во-первых, и самое главное, — начал я, — мы разобрались в том, как работает маскировочная техника. На это понадобилось больше времени, чем я предполагал, поэтому Жак модифицировал только половину своих бомб. Вы ничего сделать не успеете, поэтому все незамаскированные машины — и в том числе Бобы — будут считаться ложными целями.
Я посмотрел на мрачные лица собравшихся. Все мы заранее настроились на то, что эта операция — самоубийство. Да, теперь мы могли копировать себя, но все равно… Боб, которого загрузят из сохраненки — уже не тот, кто ее создал. Мысль о том, что твои воспоминания не пропадут, утешала, но не более того.
Я посмотрел на открытое окно: в нем отображался статус армады Других. По нашим данным, мы опережали ее всего на два дня. На то, чтобы выстроить оборону, оставалось совсем мало времени.
— Так что будем делать? — спросил Эндрю, командир одного из подразделений.
Я кивнул, давая понять, что услышал вопрос.
— Я обсудил нашу стратегию с Баттеруортом. К сожалению, в космосе была всего одна война, поэтому стратегия космических войн в основном — чистая теория. Мы с ним рассмотрели разные варианты, и полковник дал несколько советов о том, как строить боевые порядки. Он, конечно, живет по своему биологическому времени и поэтому не может лично участвовать в битве. Будем считать, что я — его посредник.
Собравшиеся закивали. Я добавил на экран стрелки и значки.
— Ваша группа подходит с этой стороны, а группа Джека — отсюда и отсюда. Мы атакуем с трех сторон — по очереди, чтобы не бить по своим. Надеюсь, Другие не успеют перестроить свою оборону, и им придется разделить свои силы.
Я включил анимационный ролик, который служил иллюстрацией моим словам.
— Пока Другие отражают наши атаки, стелс бомбы двинутся прямо на них. Мы надеемся, что они сумеют подойти поближе и нанести значительный урон.
Откинувшись на спинку кресла, я подпер рукой подбородок и посмотрел на рисунок. Никаких уловок. С другой стороны, план был простой и аккуратный, с минимумом неизвестных факторов.
* * *
Другие обнаружили первую ударную группу через пять минут после ее старта. Траектории группы и вражеской армады пересекались под углом в тридцать градусов. В окне суддара я увидел, что Другие создают первый оборонительный редут из беспилотников. На таком расстоянии было сложно рассмотреть все подробности, но мы предполагали, что они направили в нашу сторону и «астероиды смерти».
Подходя к полю боя, мы почти не общались друг с другом. Каждый Боб, вероятно, потратил это время на то, чтобы обрести внутреннее спокойствие. Или обновить свою сохраненную копию. Одно из двух.
Когда до позиций оставалось минуты три, кто-то из дредноутов завопил.
— В меня только что попал луч смерти, — объявил он. — Полетели искры, но значительных повреждений нет.
Я улыбнулся, но ничего не сказал. На таком расстоянии выжил бы даже корабль «Парадиз» третьей версии. Либо Другие невероятно уверены в себе, либо это было что-то вроде проверки. Ясно одно: по крайней мере один «астероид смерти» разрядился и вряд ли успеет восстановиться и принять участие в битве.
За минуту до выхода на позиции я включил общий канал связи.
— Парни, шоу начинается. Выпустить все снаряды и ядерные бомбы. Устроим световое шоу!
Бобы выполнили приказ, и семьдесят пять кораблей превратились почти в четыреста целей. Теперь Другим придется реагировать. Уничтожить нас одними лучами смерти не удастся.
И точно: суддар показал, что огромная масса кораблей перестраивается. Теперь нам придется разбираться с парой сотен беспилотников. Мы сможем прорвать эту линию обороны, пожертвовав половиной наших сил, но того, что останется, не хватит на то, чтобы сбить главные суда Других. Я был уверен: Другие злорадно улыбаются — или что они там делают — глядя на жалкую кучку наших кораблей.
И, наконец, контакт. Группа Эндрю первой прошла через армаду Других. Они шли на такой скорости, что ни о каком визуальном обнаружении не было и речи. Что бы там ни показывали в «Звездных войнах», корабли не летали кругами, словно истребители Второй мировой. Все произошло за несколько микросекунд, и результаты отразились только на экранах состояния.
В ходе первой атаки мы потеряли около половины снарядов и бомб, а также восемь дредноутов, но уничтожили приблизительно вдвое больше вражеских кораблей. Неплохой результат, который должен стереть улыбки с эквивалентов лиц Других.
Похоже, Другие придерживались того же мнения, потому что половина «астероидов смерти» выпустили свои заряды по нашей армаде.
— Доложите о своем состоянии, — сказал я в общем канале связи.
Послышались ответы. Больше ни один Боб не погиб, хотя паре дредноутов пришлось заняться аварийным ремонтом. Они, должно быть, угодили в самый центр луча.
Однако бомбы и снаряды не обладали особой защитой, и любая машина, которой коснулся луч смерти, была уничтожена. Учитывая такую возможность, мы приняли решение оснастить их только обычной радиосвязью — никаких суддаров, никаких УППСов, никаких шансов выдать наши секреты врагу.
Вторая группа пошла в бой сразу же, не давая Другим шансов перестроиться. Они тоже подходили под углом в тридцать градусов к траектории Других, но по вектору, повернутому на 120 градусов. Я наблюдал за происходящим благодаря картинке, которую транслировал командир группы.
Вторая группа прошла через армаду Других так же быстро, как и мы, но не столкнулась с таким же организованным сопротивлением. Нам удалось всадить несколько ядерных бомб в пару больших грузовых кораблей и даже в один «астероид смерти». Бомба, похоже, угодила во что-то вроде заряженного аккумулятора, потому что салют был воистину легендарным — значительно мощнее, чем тот, который создала бы атомная бомба с небольшим зарядом. Из корабля в противоположных направлениях вылетели два потока раскаленной добела плазмы, сияющие в рентгеновском спектре. Поверхность «астероида смерти» разошлась, затем он полностью разрушился; его фрагменты полетели во все стороны. В окнах видеочатов раздались радостные вопли.
В ответ Другие дали по уменьшающейся ударной группе залп — возможно, беспилотниками, а может, ракетами. Запущенные боеприпасы летели с просто невероятным ускорением в несколько сотен g. Мы очень быстро выяснили, что это.
Термоядерные бомбы.
Вторая ударная группа шла плотным строем — никто не видел причин, чтобы рассредоточиваться — и теперь ее расплавили в шлак. Мы в один миг потеряли двадцать пять дредноутов и пару сотен беспилотников. Бобы потрясенно переглянулись.