Легенда о яблоке. Часть 2

– О-о, ты святая наивность, Фисо!– улыбнулся крестный.– Послушай меня: не все мужчины способны говорить вслух слова, за которыми стоят что ни на есть самые серьезные чувства. Ты должна читать это между строк.
– Мне не нужны легкомысленные отношения на пару месяцев. Я хочу вечности… Не понимаю, как может быть иначе, ведь у вас с мамой именно такая любовь. И я так хочу! Не могу же я его спросить: «Сколько мы будем вместе, и когда я перестану тебя привлекать?» – цирк, да и только.
Бен тихо рассмеялся. София отстранилась от крестного, утерла слезы с щек и подбородка и сопя продолжила:
– А почему ты так в нем уверен?
– Я помню Ахматова, когда они с Брайаном приходили ко мне в гости. И, хоть Эл был совсем юным, признаюсь, что и сейчас редко встречаю людей, тем более мужчин, у которых проявление внешнего благородства не уступает внутреннему. А жизненные ценности, идеалы складываются именно в юности.
– Иногда я считаю его самовлюбленным красавцем, не уступающим манерам ловеласа. Если бы ты видел, как он внимателен и галантен с любой из сотрудниц ФАМО. Всегда великодушен, доброжелателен – неспроста это все! И неспроста все женщины, даже замужние, так откровенно желают его внимания.
– Я думаю, что мужчине, у которого нет комплексов и других проблем, да к тому же образованному, воспитанному, энергичному, с высоким положением в обществе и красивому, наконец, ничего не стоит вести себя именно так и при этом быть истинным джентльменом. Ведь ты обратила на него внимание не за то, что он красив?
– Значит, ты его защищаешь?
– Мне нет нужды это делать. Я его понимаю, вот и все.
– И что, такой тип мужчины может всерьез испытывать привязанность к одной женщине, остаться ей верным и навсегда?
Взгляд крестного был проницателен, и от него София почувствовала себя неловко. Если бы сейчас был день, он увидел бы ее покрасневшие щеки.
– Тебя это беспокоит?
София нервно засмеялась и, с фальшивым безразличием отводя глаза, высказалась:
– Почему меня это должно беспокоить? Это его проблемы – пусть он беспокоится. Честно говоря, с моим характером и его привычками вряд ли у нас что может получиться. Слишком все просто. По прошлому опыту я поняла, что такой девушкой, как я, интересуются либо неудачники, либо сексуально озабоченные мужчины, которым наплевать, что у тебя на душе и какая у тебя внешность…
– Фисо, боюсь, что ты не в состоянии объективно себя оценить. Такой импозантный утонченный мужчина, как Алекс, как мне показалось при нашей недавней встрече, открыл в тебе то, что ты сама в себе еще не рассмотрела. И по его взгляду на тебя нетрудно было догадаться, что он к тебе испытывает.
– Это было так заметно, или ты успокаиваешь меня?– с умоляющим взглядом спросила София.
– О-о, поверь: разве я, человек, который безумно дорожит твоим счастьем, вводил бы тебя в заблуждение? Мне вообще нет смысла навязывать тебе этого мужчину. Я стараюсь судить объективно.
– Знаешь, что меня действительно бесит? Мне двадцать пять, а я маленькая, глупая, неопытная девчонка, которая захотела поиграть во взрослую жизнь, а ума-то не хватает! Все остальное – работа, отношения с коллегами, бытовые дела – все как у взрослого, а как дело доходит до личных отношений, становлюсь просто смешной! Мозг отключается, и я овечка…
Бен сочувственно улыбнулся девушке и подбодрил:
– Перед сильными чувствами мы все глупцы. Так что не вешай нос, маленькая, глупая девчонка. Все придет, когда ты сама будешь готова. Вот увидишь… В один прекрасный день все станет на свои места.
– Какой ты у меня замечательный!– искренно призналась София и обняла крестного за шею.– Что бы я без тебя делала?
– Тебе полегчало?
– Немного…
– Может, пойдем спать?
София ласково потерлась щекой о щеку крестного и устало кивнула.
***
Свет приглушили. На большом экране появилась карта-схема тридцать четвертого этажа ФАМО. Оперативная группа и директор Макстейн сосредоточенно рассматривали карту и обсуждали варианты проникновения Леди в зону головного терминала для установки программы «Цербер».
София же с отсутствующим видом сидела за другим концом стола и пальцем рисовала бессмысленные узоры на полированной поверхности. Она никак не могла включиться в их рассуждения и не осмысливала, что ей предстоит. Она бесцельно переводила глаза с экрана на проектор, с проектора на затемненные окна и снова возвращалась к лицам агентов.
София не ощущала предстоящей угрозы, не задумывалась о результате ее действий, даже не делала попыток рассуждать вместе с группой, когда взгляды присутствующих обращались к ней. Словом, она была обескуражена и в скверном настроении.
Она не видела и не слышала Ахматова уже два дня. Возможно, он был обижен и не хотел видеть ее, возможно, его не было на работе, но об этом она не решалась спросить даже у Андерсона. У нее был телефон Алекса, и она могла проявить инициативу, но не могла найти серьезных оснований и смелости, чтобы объяснить ему свой звонок. Впереди были два выходных, и ей не хотелось провести их в одиночестве.
«Почему же он не попросил мой телефон? Хотя, конечно, он знает адрес, но мог бы позвонить и спросить, хочу ли я прогуляться с ним и его ужасной собакой? Я бы не отказалась. А может, мне позвонить Элен? Встретиться с ней, поболтать? Все равно в выходные у меня нет дел. Мы могли бы позагорать на пляже? Она рассказала бы мне о брате. Она знает его лучше всех. А потом, если не дождусь его, позвоню сама и попрошу пообедать со мной? Он ведь не откажет? Тогда надо скорее освободиться и позвонить Элен… Так, о чем там говорят?..»– София воодушевленно подставила ладонь под подбородок и внимательно прислушалась к разговору оперативной группы.
– Доступ к охранной системе для Леди закрыт. Установить связь с терминалом без непосредственного доступа невозможно, к тому же требуется отключить персональный код терминала,– проговорил Тед.
– Воспользоваться пропуском – нет смысла,– рассудил Стивенсон.
– Проникнуть в помещение через дверь невозможно, так как система слежения зафиксирует ее. А отключить камеры нельзя. Они работают автономно,– снова отметил Тед.
– Если только покопаться в щитке, который находится за панелью в холле?– предложил Майк.
– Но опять проблема – это рискованно. Технику как минимум необходимо тридцать секунд, а за это время в холле может появиться служба безопасности…
– И видеокамеры работают автономно,– напомнил Эд.
– Да-а,– тяжело вздохнула Сибил.
Андерсон потер подбородок, мучительно пытаясь выдвинуть идею, способную разрешить все их трудности, но мысли зациклились на видеокамере, холле и необходимости срочно найти решение.
– А дублировать пустую картинку на пульте управления охраны, остановить время?– вставил Майк.– Это вариант всегда действует!