Тайный импульс
Руна почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Она хотела возмутиться и ответить, что Рейнар с его токсичным поведением и сексистскими замашками совершенно не привлекает ее как мужчина, даже несмотря на очевидную внешнюю красоту, но Инга Хальсонт ее опередила:
– У меня еще два вскрытия впереди, – сказала она, демонстративно взглянув на часы, висевшие на стене.
Руна кивнула и, коротко попрощавшись, покинула прозекторскую с мыслями о том, что служба в Департаменте потребует от нее не только теоретических знаний и практических навыков, но и умения держаться при общении с другими сотрудниками. Некоторые из них – например, Мартин Ландер – были вполне приветливыми и открытыми, другие же – Руна сразу подумала об Инге Хальсонт – могли преследовать свои скрытые интересы.
Руна вздохнула и направилась к лифтам. Когда кабина приехала, она зашла внутрь и нажала кнопку третьего этажа – там располагался стеклянный переход, по которому из здания морга можно было перейти в штаб-квартиру Департамента Противодействия. Время близилось к полудню, а это значит, что Руне следовало явиться в Отдел собственной безопасности и объясниться, почему она вместе с агентом Рейнаром вопреки всем инструкциям отправилась вчера на несанкционированное расследование.
Вчера…
Руна покачала головой, подумав о том, что события прошлой ночи, во время которых она чуть не лишилась жизни, теперь казались чем-то далеким и нереальным.
Глава 20– Ты даже не представляешь, как тебе повезло, – проговорила Аданна Канто, закрывая за Руной дверь своего кабинета. – Когда я узнала, что в Отделе собираются устроить дисциплинарное слушание по вашей с Рейнаром выходке, я тут же перехватила инициативу и сказала начальству, что беседу проведу я.
Руна устроилась на стуле напротив рабочего стола Аданны, расположенного возле панорамного окна. Аданна уже год работала агентом в Отделе собственной безопасности и дослужилась до собственного кабинета.
– Надеюсь, твое начальство не в курсе, что мы подруги и четыре года жили в одной комнате в общежитии? – спросила Руна, пока Аданна разливала кофе по чашкам.
Подруга звонко рассмеялась:
– Поверь мне, я об этом позаботилась. – Аданна протянула чашку Руне и устроилась за своим столом. – Руна, ты единственный человек, который знает все мои грехи, поэтому я особо на афиширую нашу с тобой дружбу.
Руна приняла чашку с горячим кофе. Аданна хорошо знала ее вкусы, поэтому Руне даже не пришлось озвучивать, какой кофе она любит – максимально крепкий и без сахара. Она взглянула на подругу, в очередной раз поразившись ее экзотической красоте. Густые волосы черными волнами обрамляли лицо с гладкой, словно отполированной кожей цвета мокко. Изящность образа Аданны подчеркивали аккуратный нос, пухлые губы и миндалевидные глаза с пышными ресницами, которые придавали взгляду особую притягательность.
Руна не сомневалась, что за год работы в Отделе собственной безопасности Аданна Канто успела вскружить голову ни одному коллеге-мужчине – собственно, тем же самым она славилась в Академии. Аданна училась на один курс старше Руны, и в течение четырех лет они жили в одной комнате общежития, делясь не только трудностями учебы, но и рассказами о первых романтических отношениях с однокурсниками.
– А где Рейнар? – спросила Аданна. – Вас обоих вызвали на слушание.
– Он просил передать, что послал вас в задницу, – честно призналась Руна.
– Типичный Рейнар, – рассмеялась Аданна, а затем многозначительно посмотрела на лейкопластыри, украшавшие лицо Руны. – Давай выкладывай, что вы там натворили ночью. Конрад Острон с утра звонил нам в полной ярости: просил пропесочить вас как следует. Похоже, он уже потерял все рычаги давления на Рейнара.
– Рассказывать, в общем-то, особо нечего, – с усталой улыбкой сказала Руна, а затем поведала о событиях прошлой ночи.
Аданна внимательно выслушала Руну, то и дело перебивая ее удивленными возгласами или восторженной руганью: подруга, несмотря на утонченный образ экзотической красавицы, материлась как заправский грузчик в порту Нивенштадта.
– Ну ты, мать, даешь! – воскликнула Аданна, когда Руна закончила рассказ демонстрацией ожога на животе. – Твоя служба в Департаменте официально началась только сегодня, а ты уже раскрыла первое дело! И боевые травмы получила!
– То же самое мне сказал Мартин Ландер, – улыбнулась Руна, вспомнив его слова.
– К черту Ландера: с ним ловить нечего! – отмахнулась Аданна. – Ты лучше расскажи, как тебе Рейнар?
– А что рассказывать? – Руна пожала плечами. – Тот еще придурок. Но надо отдать ему должное: судя по всему, у него и правда есть какое-то особое чутье на криптоморфов. Он отреагировал на анонимные сообщения в интернете и первым догадался, что Оле является крипто-паранормом, способным к оживлению чудовищ из своих кошмаров. – Руна замолчала, а затем с горькой ухмылкой добавила: – И все бы ничего, если бы Рейнар не использовал меня как приманку. Кажется, он на этот счет совершенно не переживал.
– Вот урод! – согласилась Аданна. – Если такая жесть случилась с тобой еще до официального начала службы, то страшно представить, что же будет дальше! Ты уверена, что приняла правильное решение, напросившись в напарницы к Рейнару?
Руна встала и подошла к окну, обхватив себя руками. Улицу перед штаб-квартирой Департамента Противодействия наводнили машины, а по тротуарам спешили по своим делам редкие прохожие.
– Я всегда этого хотела, – твердо сказала Руна, повернувшись к Аданне. – Я хочу работать с лучшим агентом Департамента, чтобы найти криптоморфа, убившего моих родителей.
Подруга, опустив взгляд, больше не стала ничего расспрашивать: она знала о трагедии, случившейся в жизни Руны, и старалась лишний раз не бередить старую рану, если о ней случайно заходила речь в разговоре.
– Послушай, Аданна. У меня есть одна просьба, – сказала Руна после небольшой паузы. – Насколько я знаю, сотрудники Отдела собственной безопасности имеют доступ к личным делам всех агентов Департамента Противодействия?
– Верно, – осторожно кивнув, подтвердила Аданна.
– Я хочу, чтобы ты раздобыла для меня досье Рейнара, – тихо проговорила Руна, пристально глядя на подругу.
Аданна широко распахнула от удивления глаз: и без того выразительные, они стали еще больше.
– Ты с ума сошла? – возмутилась она, украсив речь парочкой ругательств. – Я же могу работы лишиться за несанкционированный доступ к личному делу другого агента!
Руна устало провела ладонью по лицу и заговорила тоном, который был хорошо знаком Аданне: с такими стальными нотками в голосе она отчитывала подругу, если та, например, забывала прибраться в комнате общежития.
– Послушай, мне предстоит бок о бок работать с человеком, которого называют не иначе как Психом-одиночкой. Я думаю, ты понимаешь, что такие прозвища не просто так придумывают? Поэтому я хочу знать о Рейнаре все. Я хочу знать, почему он, словно одержимый, охотится на криптоморфов, и откуда у него эта феноменальная способность их находить?