Пуля уже в пути

— Зачем же грубить? — Он нагло ухмыльнулся краешками губ. — С ними все в порядке. Пока.
Он сделал особое ударение на последнем слове. А мне как-то не по себе стало от надвинувшихся в очередной раз неприятностей. Я или рановато стареть начал, или нюх потерял. Нов любом случае особой радости не испытывал.
— Так что собирайтесь на вечерний моцион, мон шер. — До хамства он не опустился, оставляя эту привилегию мне, но его любезный тон был подобен издевке. — Оружие можно не брать. Если оно, конечно же, у вас имеется в загашнике.
— Если понадобится, я тебя и голыми руками удавлю, поганец. В этом можешь не сомневаться.
— Конечно, конечно, Игорь Васильевич. Я наслышан о ваших способностях доставать горящие путевки на тот свет, но сегодня это не в ваших интересах. Так что ведите себя в холле отеля и на улице спокойно, будто мы с вами собрались прошвырнуться по местным барам. Годится?
— Годится в зад застрелиться. — В сумрачном настроении я поднялся из кресла. — А для тебя и этого маловато будет.
Он последовал моему примеру, резво подскочив, прямо как чертик из коробки. Продолжая скалиться во весь свой белозубый рот, гость направился к двери, по пути сказав:
— А вам никто не говорил, господин Орлов, что вы как ерш в заднице? Такой же колючий и противный.
— Так не говорили, но все равно благодарю. Рад это слышать.
Он только молча пожал плечами и открыл дверь номера.
На улице уже совсем стемнело, и вокруг горели фонари, сверкала реклама, и по стенам отеля скользили причудливые блики. На удивление, почти совсем не было машин, зато прогуливающихся пешеходов хватало. Словно все только и ждали темноты, чтобы выползти из своих нор и отправиться по злачным местам.
Напротив выхода из отеля нас поджидал темносиний «Шевроле». За рулем сидел скучающий крепыш лет сорока с полным отсутствием шеи и почти лысой головой. Создавалось впечатление, что какой-то шутник водрузил шар от кегельбана на старинный автомат с газировкой, и неожиданно получилось некое подобие человека. На меня он взглянул мельком, и его губы искривились в хищной ухмылке.
Мы уселись на заднее сиденье. Выплюнув жвачку прямо на тротуар, водила завел движок и плавно вырулил на проезжую часть, пролаяв моему сопровождающему что-то непонятное на немецком языке. Единственное, что я сумел разобрать в этом наборе звуков, так это имя моего визави. Оказывается, звали его Максом.
— С вашего позволения, Максимка, я буду чадить здесь у вас, как старый пароход на Волге.
Он ничего не ответил, только слегка поморщился, выказывая недовольство. А я и без его разрешения уже воткнул себе в рот сигарету и поднес к ее кончику огонек зажигалки. Салон стал заполняться сизым дымком, словно мы попали в легкий утренний туман.
Город был красивый на непритязательный взгляд россиянина, и я с удовольствием посматривал в окошко, пока мы не спеша проезжали по старым центральным улицам столицы. Но вдруг водила резко прибавил скорость и, пролетев светофор на грани желтого и красного сигналов, по-киношному посвистывая покрышками на асфальте, круто вписался в поворот. Мы оказались на какой-то боковой улочке, тесной и извилистой, но он продолжал мчаться, не сбавляя скорости. Я стал слегка опасаться за свою никчемную жизнь.
Максим что-то резко и коротко прокричал на лающем языке. И хотя я ни слова не понял, и так стало очевидно: у нас вырос хвост. Я оглянулся и увидел привязавшиеся фары, следующие в отдалении.
Макс повернулся ко мне и, достав из кармана широкую черную повязку, деловым тоном произнес, не скрывая озабоченности:
— Придется ее надеть. Вам совсем не обязательно знать, куда и каким маршрутом мы поедем.
— А если я откажусь?
— А если вы не увидите в ближайшее время своих девчонок? — вопросом на вопрос ответил Макс. — Вас обрадует такая перспектива?
Пришлось подчиниться.
Мы петляли по улицам и в конце концов, похоже, смогли оторваться от преследователей. Я ничего не мог видеть сквозь плотную ткань, но у меня сложилось впечатление, что мы выехали из города и мчимся по прямому, словно стрела, шоссе. Видимо, путь предстоял неблизкий. Машину слегка покачивало, а в голову лезли дурные мысли.
 
Вспомнилось, как все это начиналось. Тогда я не знал, конечно же, во что выльется просьба одной из знакомых моего друга Вадима последить за ее мужем, который вроде бы завел себе любовницу. А в результате начала раскручиваться карусель вокруг дискеты с банковскими кодами счета, принадлежащего одной из самых отмороженных группировок Нижнего. Со стрельбой, трупами и разнообразными загадками. Но теперь-то я прекрасно сознавал, к чему может привести эта поездка. Словно собственноручно купил три билета в преисподнюю. Конечно, я тешил себя тем, чтб все, кто знал об этом счете, отправились на рандеву с Вельзевулом. Но, как видно, я поспешил с выводами. Больше всего меня подмывало воспользоваться этими деньгами потому, что слишком многое я потерял, пока воевал с мафиози. И чуть не лишился головы. Да и хотелось обеспечить своих девчонок на всю оставшуюся жизнь. Мне самому много ли надо? Были бы сигареты, да чем горло промочить в уютной забегаловке. А на это и одной зарплаты хватит.
После продолжительного путешествия, прошедшего в молчаливой настороженности, мы наконец-то пришвартовались у конечной цели. Автомобиль замер, перестав урчать движком, и Макс тихо произнес:
— Вот мы и приехали, Игорь Васильевич. Можете снять повязку, и прошу следовать за мной. Вы будете приятно удивлены, за это я ручаюсь.
То, к чему мы подъехали, очень напоминало загородную виллу крутого миллионера, какие приходилось видеть в голливудских фильмах. Солидное двухэтажное здание в современном стиле, огороженное не менее внушительным забором, ухоженная лужайка перед входом. Чуть вдали виднелся бассейн, пустой из-за неподходящего времени года. Как-никак стояла поздняя осень. Еще немного, и выпадет первый снег. И даже две статуи обнаженных нимф около мраморной лестницы, казалось, дрожали от ночного холода, прикрыв каменными ладошками интимные места.
Максим уверенно пошел вперед, не оглядываясь, убежденный, что я не замедлю пристроиться ему в кильватер. Мне ничего другого и не оставалось делать.
Мы проследовали через широкий вестибюль с одиноким швейцаром, больше похожим на наемного убийцу, готового без лишних разговоров вмуровать меня в фундамент всего за пять баксов. А затем очутились в просторной гостиной, теплой и уютной. У дальней стены горел настоящий камин. Желтые языки пламени весело облизывали поленья, сложенные замысловатым способом. В кресле перед огнем сидел человек с бокалом вина в руке.
— Приехали, — не то спросил, не то констатировал он и, поднявшись, повернулся к нам. — А мы уже заждались.
— Ба, знакомые все лица, — удивленно протянул я, разглядывая его с головы до ног. — Хотя этого и следовало ожидать.
— Рад, что вы. меня не забыли, Игорь Васильевич.
Он улыбался мне, словно фронтовой товарищ. И совсем не верилось, что при последней нашей встрече мы держали друг друга на мушке. Правда, и разошлись без стрельбы, вняв голосу здравого рассудка.
Это и был напарник Макса. Причем явно старший по рангу.
— Неужели это великолепие — все твое?
Мне что-то не верилось в такой поворот событий.
— Ну что вы! — Николай поспешил развеять мои заблуждения. — Хотя я и польщен таким предположением. Мы с Максом всего лишь работаем совместно с хозяином этого дворца. Есть, знаете ли, некоторые точки соприкосновения. Вот вы, например.
Я изобразил на лице невинное непонимание, мол, я не тот кот, что слопал их сметану. И вообще, мое дело серых мышек ловить да за тараканами гоняться.
Николай даже расхохотался от удовольствия, наблюдая за моим актерским перевоплощением. А затем продолжил в своей манере, утонченно-вежливой, словно родился и вырос в аристократической семье. Меня и в прошлый раз очень удивило поведение человека, шатающегося по улицам Нижнего в шикарном костюмчике, с внушительным «стечкиным» в кармане. И тыкающего в частных сыщиков электрошокером.