Бей или беги

Я затаила дыхание.
— Ты этого и сейчас хочешь?
Он покачал головой и посмотрел мне в глаза:
— Нет, сейчас мне надо видеть тебя. Ты не какая-то случайная сексапильная незнакомка. Ты Эва.
Вдруг раздался сигнал, оповещающий о том, что можно отстегнуть ремни. Очнувшись, мы поняли, что уже в воздухе, и улыбнулись друг другу.
— У тебя так хорошо получается отвлекать меня, крошка, — сказал он, поглаживая мои губы большим пальцем.
Я лизнула его палец и отодвинулась, дразняще улыбаясь, в то время как у него в глазах полыхнуло пламя.
— Мне кажется, в этот раз ты сам себя отвлек.
Он кивнул, соглашаясь, и рукой указал на проход:
— Не пора ли тебе воспользоваться удобствами?
Я испуганно вскинула брови:
— Сейчас?
— Да, — хрипло подтвердил Калеб. — Сейчас.
Вот как случилось, что на ватных ногах я встала с кресла, готовясь стать членом клуба десятитысячников. Калеб незаметно погладил меня по попке, когда я протискивалась мимо него, и я затрепетала, не особенно понимая, что собираюсь сделать, а думая только о том, что не делала с ним этого тысячу лет.
В этот момент я любила его как никогда.
Раздвинув шторки, я слабо улыбнулась бортпроводнику и зашла в туалет. Заперла за собой дверь и стала ждать.
Не прошло и минуты, как в дверь постучали:
— Это я.
Живот мой свело от желания. Я открыла дверь и отступила назад, впуская Калеба в тесную комнатушку. Он закрыл за собой дверь, практически прижав меня к стене.
— Никак не могу привыкнуть, что ты такой высокий, — прошептала я, запрокинув голову.
В ответ он приподнял меня, и я автоматически закинула ноги ему на бедра. Он с нетерпением задрал мою юбку и усадил меня на краешек раковины.
— Только ты, — вдруг прошептал он каким-то странным, сдавленным голосом.
Я вопросительно посмотрела ему в глаза.
Он прижался лбом к моем лбу и крепко обнял:
— Только ты имеешь власть надо мной. А значит, можешь сделать мне больно. Только ты.
Я вспомнила наш старый разговор, и меня захлестнула буря эмоций:
— Когда тебе больно, Калеб, и мне больно, — дрогнувшим голосом я пообещала: — Я никогда не причиню тебе боль.
— Я люблю тебя.
Эти слова дались ему с невероятным трудом.
Радость, нежность и какое-то новое чувство близости заставили меня улыбнуться ему с сочувствием:
— Со временем станет легче.
— Говорить это?
— Нет, — я положила руку ему на сердце. — Чувствовать это.
В ответ он поцеловал меня так жадно, что я сразу же забыла, где нахожусь. Мир снова перестал существовать для меня — он был моим миром.
    
Эпилог
 
Три недели спустя
«Слепой лошади хоть кивай, хоть подмигивай».
Лежа в постели, я с улыбкой глядела на Калеба:
— Понятия не имею.
Мы играли в игру «Эва угадывает, что означают шотландские слова и выражения», и пока мне не удалось угадать ни разу.
— Это значит: «Слеп тот, кто не желает видеть».
— Я бы никогда не догадалась. Слушай! — я взъерошила его волосы. — А ты это не сам сейчас придумал?
Опершись локтем на подушку, Калеб рассмеялся и покачал головой:
— Еще?
— Да, я хочу хоть раз выиграть.
— «Котик помер?»
— Умер? — уточнила я.
— Да. Это такое выражение.
Озадаченная, я никак не могла понять, не придумывает ли он эти фразы на ходу.
— Что за бред? Как это понять вообще? Из какой хоть области?
Он весело расхохотался:
— Так говорят девушке или женщине, у которой слишком короткая юбка.
— Да ты меня обманываешь!
— Нет.
— Тогда в чем логика?
— Если на девушке короткая юбка, то со стороны это выглядит как флаг посередине мачты…
Меня осенило:
— А флаг спускают, если кто-то умер?
— Именно.
Я расхохоталась, откинув голову и слыша, как Калеб смеется вместе со мной.
— Ну, ладно, это смешно. Полная чушь, конечно, но смешно.
— У нас полным-полно таких выражений.
— И все их знают?
— Нет. Большинство из них давно устарели. Я знаю их, потому что моя бабушка до сих пор так говорит.
Последние три недели мы провели с ним в полной гармонии и счастье. И хотя Калеб больше не признавался мне в любви, но показывал это всем своим поведением. На выставке брата в Чикаго он ни на минуту не выпускал меня из виду, и Джейми с явным удовольствием смотрел на нас. Вернувшись в Бостон, мы не разлучались ни на одну ночь. Полочка в моей ванной ломилась от его флаконов и мужских принадлежностей, а полочка в его ванной — от моих. На работе у нас обоих было напряженно, но Калеб хотел, чтобы вечера и ночи мы проводили вместе — неважно, у него или у меня. Я была только за.
Поскольку мы были парой, я подозревала, что рано или поздно он захочет представить меня своей бабушке и другим членам семьи во время их разговоров по Skype, и заранее нервничала: вдруг они, как и Джейми, решат, что я слишком похожа на его нехорошую бывшую?
Но в данную минуту мне это не грозило, и я сосредоточила все свое внимание на любимом мужчине. Была суббота, мы оба никуда не спешили, и это было прекрасно. Я прижалась к нему поближе:
— Загадай еще одну. Какую-нибудь попроще, чтобы я могла догадаться.
— «Что для тебя, то никуда от тебя», — сказал он, нежно гладя меня по руке.
Наслаждаясь его лаской, я поняла, что это не просто выражение. Это он сказал о нас.
— Это значит «Чему быть, того не миновать».
Калеб кивнул, наши взгляды встретились… и у меня дух захватило от того, сколько любви было в его глазах.
— Видишь, ты правильно догадалась.
— Нам суждено было встретиться в аэропорту Феникса, — прошептала я, поражаясь невидимым путям судьбы, которая постоянно соединяла нас друг с другом. — Суждено сидеть в соседних креслах в самолете. Суждено встретиться в ресторане гостиницы в О’Хара. Это не просто совпадение. Ты знаешь Патрис, а она моя клиентка и подруга. Потом наша встреча в «Кентербери» — как раз, когда я решила, что наши отношения пора заканчивать. Всему этому суждено было быть.
Он привстал с подушки и бережно навалился на меня, заставляя перевернуться на спину. Я обняла его ногами и стала нежно поглаживать пяткой его икру, млея от удовольствия.