Цветок Аида

— Чего вы хотите?
— Это правильный вопрос. — Арсений снисходительно улыбнулся. — Кора. Я не хочу сейчас ссориться со своей дочерью, поэтому, так и быть, оставлю тебя, раз она так хочет. Но работаешь ты на меня и только на меня. Я хочу знать о каждом ее шаге, с кем она разговаривает, о чем думает. Понял?
    
Глава 11.1
Аид 
— Думаете, она станет со мной откровенничать? — Я не стал сдерживать усмешку, глядя на одутловатое лицо Арсения. Мужику всего пятьдесят пять, но за собой давно перестал следить. 
— Борзый ты парень. — Солнцев скривился, а потом рявкнул: — Ну так сделай так, чтобы откровенничала! Я ее дома посадил, чтобы нигде не шлялась, подружек у нее нет, которые бы сюда приезжали каждый день. Одна бабка да мы. С прислугой она не общается.
— Девушки ее возраста сидят в чатах, им не нужно живое общение.
— Короче, Орлов, ты меня понял. По виду ты умнее, чем Кора, так что не тупи, как она. Башку сверну, если что пойдет не так. Свободен.
Он снова уткнулся в свои бумажки, я уходить не торопился. Солнцев мне не нравился на физиологическом уровне, хотя на первый взгляд обычное дерьмо, упакованное в итальянский костюм, не должно вызывать таких эмоций.
— А что может пойти не так?
— Ты еще здесь?! — Он непонимающе смотрел на меня.
— Ваша дочь отнюдь не дура. — Я знал, что нарываюсь, но не собирался сдерживать свое раздражение. — Если бы вы с ней больше общались, то поняли бы это.
— Щенок! — Солнцев побагровел от злости. — Да я тебя…
— Я позабочусь о Коре, обещаю. Можете полностью на меня рассчитывать, Арсений Павлович.
Ответа ждать не стал и медленно пошел к своей неказистой тачке. До встречи с братом оставался час…
 
Сева, как и покойный отец, любил забираться высоко. Во всех смыслах. Поэтому, как только появилась возможность, перенес свой офис на 65-й этаж, в одну из башен «Москва-Сити». Я редко бываю там, но сегодня решил сделать исключение.
Раиса назвала своего старшего сына в честь мужа. Сева внешне походил на отца в молодости, судя по фотографиям, и унаследовал от него хитрость и изворотливость, умение манипулировать людьми. Но силы воли Всеволода Аракчеева, который держал в страхе половину Краснодара в девяностые, уцелел в нулевых и хорошо поднялся в 2010-х, в моем брате не было. Сева и сам понимал, что не дотягивает, знал это и отец, когда оставлял его наследником своей империи. В том числе поэтому я все еще здесь.
— Герман! — Раиса стремительно шагнула ко мне, едва я зашел в кабинет брата. — Сева сейчас подойдет, я хочу поговорить с тобой.
— На тему? — Я хмуро смотрел на мачеху, понимая, что сейчас опять начнутся очередные претензии. Мы с ней на дух друг друга не выносили, но ей пришлось смириться, что я стал членом семьи и после смерти отца де-факто занял его место. Не Сева, а я.
— Это касается нового дома в Швейцарии. — Она уселась в кресло и выжидающе посмотрела на меня. — Какое-то недоразумение, мой менеджер в банке сказала, что не может провести покупку.
— А при чем тут я? Спроси своего сына. — Я сел напротив нее и уже просматривал пропущенные сообщения. Два из них были от Коры.
— Герман, оторвись от телефона, пожалуйста! Я с тобой разговариваю.
Ледяной тон этой стервы никогда не производил на меня нужного ей впечатления. Даже не раздражал.
— Я занят!
— Это важнее моей проблемы?
— Да.
«Ты где? У тебя все в порядке?»
«Герман, ты с папой разговаривал? Ты ведь вернешься?»
Черт, забыл ее предупредить, точнее, даже не подумал, что нужно.
«Да, в порядке. Приеду утром. Не скучай».
— Герман!
— Я не занимаюсь твоими активами, Раиса. — Я пока не понимал суть претензий. — Лимиты на расходы устанавливает Всеволод.
— Но он отправил меня к тебе. Сказал, какая-то ваша договоренность.
Я улыбнулся. Узнаю Севу.
— Тебя она не касается, Раиса. К тому же ты сама прекрасно знаешь, я никогда ничего не подписываю. Все делает твой сын.
— Но решаешь ты, — со злостью прошипела она. — Герман, мне нужен именно этот дом.
— Продай другой и купи этот. — Я пожал плечами. — Не маленькая, разберешься.
Я без особого интереса наблюдал, как исказилось ее лицо.
— Однажды ты пожалеешь, Герман. Клянусь, ты горько пожалеешь.
— Театральное образование по-прежнему не дает покоя? Никогда не угрожай, Раиса. Бей сразу на поражение. Молча.
Она все еще смотрела на меня исподлобья, когда в кабинет вошел Сева.
— Привет, Аид. Мам?
— Уже ухожу, сынок. — Ему Раиса улыбнулась, хотя улыбка получилась не самой искренней. Не дура ведь, все поняла правильно. — Вечером приезжай домой, Даниз скучает, поужинаем всей семьей.
Когда за ней закрылась дверь, Сева весело усмехнулся.
— Тебя, значит, не позвала?
— Не сваливай на меня свои проблемы с матерью, брат. — Я в упор посмотрел на Всеволода. — Учись сам говорить ей «нет».
— Она моя мать. Как я ей скажу? — Сева начал вяло оправдываться. — Но ее траты выходят за пределы разумного. На хрена ей еще один дом в горах?
— Разбирайся с ней сам, меня не втравливай. Что по заводу?
— Сделка застопорилась, — признал Сева. — Меня уже второй день кормят завтраками, но на самом деле тянут время. Минаев из «Дельты» тоже претендует на завод. Я знаю, что он сегодня утром встречался с нашим Арсением. Надо торопиться со свадьбой.
— Согласен. Минаев вряд ли сможет предложить больше, чем мы, а Солнцеву нужно напомнить, что он без пяти минут банкрот, стоит нам только щелкнуть пальцами.
— Скользкий мужик. Надеюсь, дочь свою он любит.
— Не надейся. Но она в этой сделке необходима. Так что за ужином передай недомерку, чтобы готовился.
— Ты хотел в ноябре их поженить.
— Перенесем на октябрь. — Я усмехнулся, вспомнив утренний разговор с Корой. — Невеста у Даниза — девочка шустрая, упорхнет, не успеешь ее поймать.
— Ты с ней познакомился? — с любопытством спросил Сева. — Как она тебе?
— Слишком хороша для нашего брата, в ней есть много того, чего так не хватает Данизу. Да и нам с тобой.  Она точно родная дочь Солнцеву?
— Боишься, что подсунет фальшивку?
— Нет, просто не похожа на него ни капли. Светлое пятнышко… Даниз многому у нее сможет научиться, если поймет, кто ему достался.
— Или сломает, как игрушку.
— Силенок не хватит.
— Жена Арсения пригласила нас всех на ужин к ним в дом. Очень хочет познакомиться с тобой. Солнцев тоже переживает, что до сих пор тебя не видел.