Когда заканчиваются сказки

– Но как же?..
– Долгая история. – Лель грустно улыбнулся. – Если коротко, то иногда несчастная любовь может быть ещё и жестокой.
– А она… сохранила человеческий разум?
– Насколько мне удалось понять, частично. Или мне только хочется в это верить. Ах, вот и он! – Лель взболтал склянку с мутной коричневой жидкостью. – Глоток – а в твоём случае можно два – перед сном, и будешь спать как мёртвый до самого утра!
Лель подошёл к Атли и протянул снадобье:
– Как закончится, приходи за добавкой. Но, скорее всего, сон сам наладится.
– Спасибо. – Атли взял склянку, которая ещё хранила тепло пальцев Леля, и спрятал в карман кафтана.
– И не вини себя в том, что случилось. – Лель заглянул Атли в глаза. – Кто бы ни натравил Аспида, в том его вина. А не твоя.
Атли вздрогнул, сердце пропустило удар.
– Натравил? О чём ты?
Лель вскинул брови, удивляясь вопросам, и тут же нахмурился, будто бы чем-то недовольный. В глазах его на миг промелькнула печаль.
– Аспиды – очень редкие и мирные создания, – заговорил он, усаживаясь прямо на пол, устало прислонился спиной к книжному шкафу и скрестил ноги. – Аспиды не нападают на людей без веской причины. Только если те разоряют их гнёзда или будят от спячки. Но уж точно не прилетают в города и не… делают то, что сделал этот.
– Но в Великую Войну Аспиды разоряли деревни и города.
– Потому что их поработили чернокнижники, как и других прекрасных существ.
Атли потёр лоб, в ушах зазвенело.
– Хочешь сказать, что и это дело рук чернокнижников?
Лель пожал плечами:
– Очень может быть. Только они умеют подчинять нечисть. Но вот только зачем?
Атли скривился и хмыкнул, стискивая кулаки.
– А чернокнижникам разве обычно нужен повод?
– Всем нужен повод, разве нет?
– Не этим мерзавцам. – Атли поднялся на ноги. – Нужно срочно обсудить это со всеми…
Лель поднялся следом и положил руки на плечи Атли, стараясь удержать его на месте.
– Вам всем нужно отдохнуть и отгоревать. И тебе – в первую очередь, – сказал он тихим уверенным голосом. – Аспид вряд ли скоро вернётся. Точно не сегодня и не завтра. Такими могучими существами не так-то легко управлять. Поэтому послушай меня и хорошенько выспись.
Атли сбросил с плеч его руки и выпрямился:
– Ты в своем уме?! Я не могу оставить людей…
– Ты будешь бесполезен людям, если будешь валиться с ног от усталости, Атли. Тебе стоит перестать пытаться всё контролировать.
«Ты очень похож на своего отца», – в уши врезался голос Кирши, и Атли тут же разозлился, взвился, готовый поставить Леля на место, но тут встретился взглядом с его глубокими, словно два тёмных омута, обеспокоенными глазами. В них не было ни иронии, ни ненависти, ни жалости. Только тихая, молчаливая забота.
Гнев улетучился, распался и исчез, так и не найдя выхода. И Атли обессиленно рухнул обратно на софу.
– Прости. Да, ты прав. Мне нужен отдых. – Он откинулся на подушки и закрыл глаза. – Я будто бы сам не свой. Всё валится из рук и… я будто постоянно бегу куда-то, ото всех и от самого себя – не знаю. Делаю больно людям, хотя не хочу того. Вот и тебя обидел.
– Меня ты не обидел. – Лель подошёл к окну и приоткрыл створку, впуская в комнату свежий морозный воздух. Выбившиеся из косы пряди тут же затрепетали. – Но если ты хочешь отыскать путь к себе, то лучше всего для начала позаботиться о теле и начать по ночам спать.
Атли ухмыльнулся. Это была не обычная дежурная улыбка, а кривая, почти что злая ухмылка, свойственная скорее Кирши, чем ему.
– Если этот путь вообще существует. Пока что я только знаю, каким точно не хочу быть. – Он посмотрел на Леля из-под полуприкрытых век.
Лель обернулся и отбросил косу за спину:
– А знаешь, что нужно сделать после того, как ты хорошенько выспишься?
– Что же?
Лель улыбнулся:
– Перестать бежать.
 
16 
 Василиск не знает добрых дел
Мужики, которых, как оказалось, звали Стюр, Угги и Кнут, оттащили Василису на второй этаж таверны, в небольшую комнату под крышей, бросили на пол и вышли. У одной стены стояли узкая кровать, маленький столик и стул. У другой – растопленный камин и деревянная бадья.
Василиса так и лежала на полу, совершенно обессиленная и опустошённая, не в силах даже подползти поближе к огню, чтобы согреться.
Через какое-то время в комнату вошли две служанки и, кажется, не обратили никакого внимания на распластавшуюся на полу чародейку. Одна положила на кровать чистую одежду, другая вылила в бадью ведро воды. Спустя десять или пятнадцать вёдер бадья наполнилась и запарила. Служанка положила на стол мыло, несколько тряпиц, полотенце и вышла из комнаты.
Поторговавшись с собой несколько минут, Василиса всё же села и стащила с себя рубашку. Завалившись на спину, стянула штаны и нижнее бельё. Клубок Морены выпал из кармана, покатился по полу, стукнулся о ножку стола и замер. Василиса проводила его взглядом, полежала немного, стараясь отдышаться. Клятва потребовала от неё магии, которой не было в опустевшем резерве, и новое тело, ещё не привыкшее к подобному обращению, начинало задыхаться и слабеть от любого движения. Это лишний раз напоминало Василисе о том, что она украла. Тело Светланы хоть и казалось на первый взгляд её собственным, на деле было другим – более худым, нежным, хрупким. Оно не знало, что такое магия, и быстро уставало, чаще просило есть и спать. Это было не её тело. Об этом говорили ощущения и каждый раз напоминало зеркало, когда Василиса смотрела на волосы, которые Светлана красила в тёмный, почти чёрный цвет. Интересно, когда-нибудь это изменится? Почувствует ли Василиса себя собой в полной мере? Когда это случится? Когда последняя краска сойдёт с чужих волос? Когда мышцы снова обретут силу? Когда вернётся контроль над чарами? Василиса не знала, и это незнание причиняло ей почти физическую боль.
Ухватившись за край бадьи, Василиса всё же сумела перевалиться через него и забросить себя в горячую воду, ухнув в неё с головой.
Она добралась. Василиса всё ещё не могла в это поверить, но не понимала до конца, во что именно. В то, что она взаправду прошла сквозь три чужих мира, чтобы оказаться теперь на севере Первого материка. Или в то, что всё произошедшее не было странным, очень реалистичным сном. Ей очень хотелось закрыть глаза и проснуться на своём чердаке в избушке Беремира. Спуститься к завтраку, обменяться колкостями с Тиргом, часами слушать скучные уроки Беремира о теории магии, чтобы ночью снова сбежать в лес на поиски лешего.
Воздух закончился, и Василиса вынырнула на поверхность. Провела руками по волосам, теперь таким коротким, что Майя обязательно бы посмеялась и сказала, что такую её теперь замуж никто не возьмёт. А уж если бы она увидела её чёрные пальцы и новую кожу, покрытую шрамами!