Фокусник, руки прочь!
Во дворе Быстров уверенной походкой пересек детскую площадку, все так же таща меня на буксире, и направился к припаркованному под успевшей начавшей желтеть березой внедорожнику с изображением вороного коня на логотипе.
– Какого… – хотела я возмутиться, но была прервана:
– Все позже, – отмахнулся Быстров, быстро оглянулся по сторонам, распахнул дверь автомобиля и нырнул внутрь.
Я поспешила последовать его примеру и юркнула на пассажирское сиденье. Быстров переключил рычаг и выкрутил руль, сдавая задом. Пристегивалась я уже на ходу.
– Эта тачка хотя бы твоя? – выдавила я, зажмуриваясь от страха, потому как мчали мы по двору с такой скоростью, что чуть было не сбили ротвейлера, не вовремя кинувшегося на дорогу. В самый последний момент хозяин успел дернуть за поводок, спасая питомца и Ромкин бампер, стоимость которого мне даже было страшно представить.
– Есть сомнения? – хмыкнул фокусник, после того, как выпустил пар, выругавшись в адрес беспечного собачника.
– Тебе честно ответить?
Вместо того чтобы отшутиться, Ромка серьезно посмотрел на меня и произнес:
– Прости, Куколка, подбросить до дома не смогу, отпустить тоже. Тебе придется ехать со мной.
Глава 10Я коротко выдохнула и кивнула. Уточнять, что стало причиной такого решения – оставшееся недоверие или, наоборот, беспокойство за мою безопасность, благоразумно не стала. Услышать правдивый ответ я была, откровенно говоря, не готова.
Автомобиль, управляемый Быстровым, несся вперед, игнорируя правила, светофоры и возмущенно-протяжные гудки со стороны других участников движения. Я вцепилась в ручку на двери обеими руками и молилась об одном: хоть бы повезло доехать целыми и невредимыми, а там уж пусть Ромкины недоброжелатели самостоятельно ему мозги вправляют, я буду даже и не против. Попутно пересчитывала подушки безопасности, чтобы хоть чем-то себя успокоить. Насчитала аж восемь штук. Интересно, в случае чего, они действительно помогут? Выяснять это на собственном опыте уж очень не хотелось.
Быстров тем временем вывез нас загород на одну из трасс. Деревья и поля сменяли друг друга со скоростью света, а я точно знала, что впереди нас ждет железнодорожный переезд. Именно по этой дороге мы любили с друзьями выбраться на шашлыки.
– Там переезд скоро, – севшим голосом предупредила я, мои пальцы, сжимавшие пластиковую ручку, побелели еще сильнее, хотя казалось бы это попросту невозможно.
– Я знаю, – ответил Ромка и втопил педаль газа еще сильнее.
Машина послушно отозвалась, очень быстро набрав дополнительную скорость, и я впервые не была рада дикому количеству лошадиных сил под капотом.
– Если ты меня убьешь, я тебя прокляну, – только и смогла выдавить я, не отводя глаз от быстро менявшегося пейзажа за лобовым стеклом.
– А если опоздаем, я прокляну себя сам, – напряженно отозвался Быстров.
Светофор у переезда мигал двумя ярко-красными глазами, предупреждая о скором закрытии. Что это значит, я, как водитель, конечно же, знала и понимала, как совершенно точно знала и то, что Быстров не станет тормозить. Увидев, что счет идет на секунды, Ромка надавил какую-то кнопку с надписью «Sport», скомандовал мне:
– Держись! – и, кажется, окончательно утопил педаль в пол. Не уверена, что у последней, остался какой-нибудь ход, кроме как обратно наверх.
Внедорожник рванул вперед, меня вжало в спинку сиденья, а из горла вырвался отчаянный визг. Широко распахнутые глаза смотрели строго вперед, и заставить их закрыться я не могла. Но время в тот раз сыграло на нашей стороне, и на самих путях мы оказались мгновениями раньше, чем поднялся заградительный барьер. Автомобиль подпрыгнул на неровностях рельс, но в скорости почти не потерял, а прощальным подарком от переезда стал удар шлагбаума по дверце багажника. Мы еще раз подпрыгнули, а Быстров вскинул кулак вверх и завопил:
– Да! – захохотал он, как ненормальный.
– Ты придурок! – заверещала я, поняв, что страшное позади. – Едва нас не угробил!
И хотела бы я накинуться на этого сумасшедшего с кулаками, да пальцы отказывались разжиматься и отпускать дверную ручку, ставшую единственным спасительным оплотом, а Быстров все еще продолжал управлять мчащейся с невероятной скоростью грудой металла. Поняв, что тело после пережитого стресса не слушается, я разревелась.
– Ты чокнутый! Ненормальный, – взвизгивала я между всхлипов. – А если бы мы разбились? Да я вообще на такое не подписывалась…
– Ну все, тише-тише, – Ромка осторожно погладил меня где-то в районе локтя. – Все уже позади. Я был уверен, что проскочим, – придурок нервно хохотнул. Видимо, и ему эта поездочка не дается даром. – Вернемся, я тебя на массаж отправлю, или в СПА. Хочешь? Или куплю тебе что-нибудь, заказывай, что душе угодно, только, пожалуйста, прекращай рыдать. Ну что, выбрала, чего хочешь?
– Выбрала-выбрала, – процедила я и рявкнула: – Боевого ротвейлера хочу, чтобы тебя и твоего кота в моей квартире духу не было! Понял?
– Понял, будет тебе ротвейлер, самый злобный во всем городе, – Быстров благоразумно не стал спорить. Но и скорость не сбавил. Уже через несколько минут, лихо свернув с шоссе, мы въезжали в незнакомый мне садоводческий массив. – Ты внутри сиди, – кинул мне Ромка, когда подъехал к одному из участков. – И не вздумай высовываться, что бы ни случилось.
Он припарковался напротив симпатичного домика цвета грозового неба с белыми наличниками и фронтонами, во дворе которого уже стояли две иномарки попроще, заглушил мотор и серьезно посмотрел мне в глаза.
– Я не шутил, Куколка. Не вздумай покидать машину. Они добрались до моих родителей, тебя уж точно не пощадят.
– Может, лучше было полицию вызвать? – пришла запоздалая мысль.
– Может… Теперь уже не узнаем, – Быстров коротко выдохнул и единым резким движением покинул салон.
А я обнаружила, что могу отпустить ручку. Что ж, прогресс налицо. С колотящимся в сумасшедшем ритме сердцем я проследила, как Ромка вошел внутрь дома и захлопнул за собой дверь. За окном шелестел пожелтевшими листьями субботний день, чирикали птицы, а дачники лениво копались в огородах. Кто-то возил тачку, кто-то колотил сарай, а две женщины на соседнем участке орудовали граблями. И ничто в окружающей атмосфере безмятежности не намекало на возможную трагедию, разворачивавшуюся за дверьми аккуратненького на вид отдельно взятого дома.
Хватило меня минут на пять от силы. Сидеть и фантазировать, как неизвестные расправляются с Ромкой и его родителями, если от тех еще хоть что-то осталось, никаких сил не хватало. Он конечно придурок, но не настолько, чтобы спокойно сидеть и ждать, пока его там убивают. Что, скажите мне на милость, может противопоставить обыкновенный фокусник профессиональным головорезам? Тем более, когда у тех его родители в заложниках. Чтобы вылезти наружу, пришлось перелезать на водительское сиденье, так как моя дверь упиралась аккурат в куст сирени. На полу возле ног глаз выцепил что-то блестящее. Я присмотрелась получше, одобрительно хмыкнула и сунула руку в пространство между сиденьем и дверью. Обхватила пальцами гладкое лакированное дерево и вытащила на свет глянцево-черную бейсбольную биту с говорящей надписью «Guard». Шлепнула ей пару раз по ладони, примеряясь к весу оружия, и покинула видимую безопасность салона. Вдохнула полной грудью терпкий осенний загородный воздух и решительно направилась к дому.