Брак на поражение

— Конференцию организовала королева, — устало ответила русалка, усаживаясь в ближайшее кресло, — но… Бездна, я едва с ума не сошла, добираясь до истины. И сейчас не уверена…
Элоиза запнулась, пытаясь собраться с мыслями. А мы застыли в немом предвкушении, ожидая продолжения, словно приговора.
Не хватало только, чтобы Катарина покровительствовала маньяку…
— Я не сразу заподозрила неладное, — продолжила русалка, — на первый взгляд, придраться не к чему! Её Величество услышала, как фрейлины обсуждали чудодейственный саваханский крем, способный убрать любые шрамы. А у неё, после одного из покушений на правой руке остался жуткий шрам от ожога, поэтому и вынуждена постоянно носить перчатки по локоть.
— Мне нужны имена фрейлин, — тут же сказал Леус.
— Да, погоди ты! — отмахнулась Элоиза. — Вначале я тоже их заподозрила, но устроить конференцию предложил секретарь.
— Мигель Риокка? — охнула я.
— Да, но сделал это так, что Катарина искренне верит, будто это её идея! — воскликнула ведьма. — Или он гений, или я параноик! Не знаю, но…
— Элли, выдохни и расскажи всё, что тебе удалось узнать, — Витторио плеснул в бокал гранатового сока и подал леди Викхамерли.
— Спасибо. Я… даже не знаю, с чего начать, — ответила русалка, сделав несколько глотков, — шрам на руке королевы пытались вывести лучшие маги Ивлии. Она и у меня заказывала регенерирующие настойки, но нам удалось лишь слегка уменьшить его.
— Стремление Катарины избавиться от шрама объяснимо, — кивнул Леус, — но я пока не вижу связи с конференцией.
— Я тоже её долго не видела, — криво усмехнулась Элоиза, — но королева упомянула, что хотела заказать упомянутый крем, а секретарь её отговорил. Мигель сказал, что скорее всего речь шла о мелких дефектах и морщинках, а не о заживлении более серьёзных шрамов.
— Вполне логично, — пожал плечами Доминго, — не нужно быть целителем, чтобы прийти к такому же выводу.
— Да, но он тут же завуалированно намекнул, что тот, кто изобрёл этот крем мог бы придумать и более мощное средство, — продолжила русалка, — а ещё рассказал о прекрасном лекаре, с которым познакомился во время дипломатической работы в Савахане.
Та-а-а-к! А вот это уже интересно!
— Мигель продолжил, что Рамиро Лаварра смог вылечить его от пустынной лихорадки, а ещё вывел старый шрам на спине, от которого он не мог избавиться долгие годы.
— Но, почему Катарина просто не пригласила одного Рамиро во дворец? — удивилась я.
— Секретарь внушил ей, что могут пойти опасные слухи, — ответила Элоиза, — и, что подданым лучше не знать о настойчивом желании королевы избавиться от шрама. Мол, злые языки могут решить, что это король принуждает её постоянно улучшать свою внешность.
— Вы были правы, — задумчиво протянул Себастьян, — это абсолютно гениальная многоходовка! Пока дойдёшь до истины, сам почувствуешь себя идиотом и параноиком.
— И сдашься на середине пути, — кивнула русалка, — именно это мне и хотелось сделать. Особенно, когда Катари поинтересовалась, всё ли со мной в порядке и почему я задаю такие странные и глупые вопросы.
— Но ты пошла дальше и ещё что-то узнала? — восхищённо присвистнул Леус, заметив хитрую улыбку, скользнувшую по губам ведьмы.
— Конечно, узнала! — рассмеялась Элоиза. — Я распутала клубочек с розами! Правда, королева была близка к тому, чтобы сдать меня целителям-мозгоправам, но…
Леус сдавленно фыркнул, но через секунду мы дружно рухнули от смеха, представив этот чудный допрос. Да уж, фанатики, они такие. Будут продолжать расследование, даже рискуя прослыть ненормальными…
— Я свела всё к тому, что переработалась и мне выписали внеплановый выходной, — усмехнулась Викхамерли, — но! Что самое главное, угадайте, кто подкинул королеве идею, раздарить всем цветочки? М-м-м-м? Ваши ставки, господа?
— Неужели, — Витторио театрально прижал руки к лицу и, выдержав драматическую паузу, добавил, — это был секретарь?
— Именно! Правда, он так всё завернул, что у меня мозги едва не расплавились, — вздохнула русалка, — не знай я, что он один из главных подозреваемых, никогда бы не вышла на него. И вот теперь размышляю, а вдруг я всё сама напридумывала…
— Нет уж, — ответила я, — таких совпадений не бывает!
— Ты же сама понимаешь, что у Катари доброе сердце, и это её слабое место, — добавил Леус, — она пережила восемнадцать покушений, стала замкнутой и недоверчивой, но ради тех, кто умудрился втереться в доверие, готова на всё.
— А ещё королева легка на подъём и очень активна, — кивнул Доминго, — она легко может организовать конференцию за полдня и бал за час.
— Идеальное прикрытие, — выдохнула, — и, главное, она всегда уверена, что это была её идея…
— Вот именно! — воскликнула Элоиза. — Я до сих пор под впечатлением! Его способности манипулировать людьми просто поражают! Мигель весьма посредственный маг, но у него абсолютная память, а ещё он крайне педантичен и обладает безупречной репутацией, поэтому и смог так долго продержаться на этой должности.
Мелкая сошка, оказавшаяся пауком-кукловодом… кто бы мог подумать…
Да, он был в списках, но именно его я подозревала меньше всех! До последнего думала на безопасника из Белого Ордена и целителя.
— Скажу больше, — добавил Леус, — как у секретаря королевы, у него был доступ ко многим документам. А ещё он часто виделся с главой Белых.
— Поэтому, мог также оплести своей паутиной и его, — сказал Доминго. — А Рикардо и рад стараться! Мозгов мало, амбиций и инициативы много…
— Нужно проверить, числился ли он в списке сопровождающих, — неожиданно пробормотал Себастьян, призывая несколько папок.
— Сопровождающих? — растеряно спросила я.
— Мигеля не было в списке поклонников творчества Таши, Анжелы Ламис и Лиолетты, — пояснил дракон, — но он мог сопровождать на концертах королеву или других высокопоставленных особ.
И снова быть у всех на виду и, но в то же время, прятаться в тени…
Так просто и… абсолютно гениально.
   
ГЛАВА 40: Переплетая нити 
 
Через три часа (Виола)
Мозги кипели, мысли путались, а гора разбросанных по столу документов не уменьшалась…
— Прокляну Карателя и похороню под уликами, — прошипела, с отчаянием взмахнув списком магов, посещавших оперу в день исчезновения Лиолетты.
— Не самый плохой вариант, — усмехнулся Себастьян, заботливо пододвинув ко мне поднос с конфетами.
Но сладкое больше не успокаивало…
Сейчас меня вообще ничего не успокаивало!
Мы вышли на след, были уверены, что секретарь и есть Каратель, но… по-прежнему не могли арестовать проклятущую тварь! Все улики были косвенными, не одного прямого доказательства.