Сумасшедший вампир

Только к вечеру, когда казалось, что дорога длится вечность, и все уже выбились из сил, почва под ногами начала твердеть, и нам удалось хоть как-то ускорить шаг. Уже стемнело, когда мы вышли на достаточно большую поляну, которая не раскачивалась под ногами. Я хотела было повалиться на землю, но Асфири не разрешила, а дала команду ставить лагерь. И правильно, всё равно дальше мы уже никуда не пойдём, а если сядем, то до ночи сил встать не хватит.
Кое-как развели костёр, благо сушняка было завались, расстелили одеяла по периметру, подвесили котелок с водой над огнём и только после этого позволили себе отдохнуть. Сил просто не было! Если бы были сигареты, я бы закурила!
 
20. Вампир, которого мы не видели
Звёзды с нарастающим энтузиазмом начали вылупляться на тёмном небе, но вскоре их закрыли облака. Вода как раз закипела, когда к нам сверху, аккурат между мной и Элни, свалилась обескровленная туша какого-то козла. Я вскрикнула, Асфири же взвилась, превращаясь, и зашипела. Будто не тигр, а испуганная кошка. Элни обнаружился чуть позже в кустах неподалёку. Как у него это получается?
Я огляделась по сторонам, но вокруг никого, кроме нас, не было. Сердце прохладно и мягко забилось в груди. Я знала, что это он – Эстэриол! Пришёл, всё-таки! Радостно подскочила на месте, тут же охнула от боли в мышцах и улыбнулась, чувствуя, как воздух теплеет, а мошки и комары редеют. Поляну накрывал уютный магический купол.
– Что за ерунда? – озадаченно спросил фирь, тронув меня за штаны.
Асфири уже была на двух ногах, но рука лежала на мече.
– Он здесь! – радостно сказала я друзьям. – Эстэриол! – позвала его, но ответа не было. Ушёл что ли?
– Вот радость-то! – мрачно сказала тигрица и выкрикнула куда-то в темноту: – Выходи давай, где ты там есть?! Разговор есть.
Тишина была ответом.
– Ну и ладно! – обиженно выкрикнула Асфири. – Не вздумай подходить со спины, слышал?! А то шкуру попорчу, будь уверен!
И грузно уселась на одеяло, обводя взглядом исподлобья округу. Элни вздохнул, поглядел на мрачную тигрицу, на меня, растерянно стоящую посреди поляны с раскинутыми руками, достал свой ножик и потащил козла к воде.
– Не мучайся, – грустно сказала ему, – я отойду сама.
Было стыдно за то, что не могу помочь другу с разделкой, но у меня до сих пор бунтовал желудок, когда я видела этот процесс. Присела на камешке у края купола и принялась теребить шнурок от капюшона.
– Странный наряд для молодой барышни, – раздалось прямо над ухом, я испуганно и обрадованно развернулась, но никого не увидела. – Тс-с-с… я под прикрытием, – прошептал Эстэриол, и мимо меня прошествовала абсолютно чёрная фигура на середину поляны. Руки нелепо раскинуты, прямо на ходу отваливаются комья грязи, а сползший плащ волочится по земле, собирая сор и цепляясь за сучки.
Друзья замерли, оглядывая непонятную фигуру, но Эстэриол резко повернулся и приложил палец ко рту:
– Меня здесь нет! Тихо! Вы меня не видели!
И с этими словами он прошествовал сквозь купол прямиком в болото, где скрылся между зарослей, смачно чавкая сапогами.
Друзья проводили его недоумёнными взглядами, а я же глупо улыбалась, думая лишь об одном: «Пришёл! Не бросил нас, остался!».
Сама не пойму, почему так важно, чтобы он был рядом. Это чувство, противоречащее логике и осторожности, затапливало разум и грело внутри каким-то тёплым спокойствием, будто только теперь, наконец, я на своём месте. Может, это была магия? Может, он показался мне красивым, несмотря на всю эту трупную бледность. Может, ещё что-то глупое и наивное. Но я сидела и думала о том, что понимаю его. Такого же отщепенца, такого же иного – ненормального. Мне и самой раньше порой хотелось найти своё «болото»…
– И что это было?! – возмущённо выкрикнула Ас в сторону, где скрылся вампир. В ответ заухала сова, и с другой стороны раздался смачный плюх. Это Мохнатик сообщал, что он ещё здесь, и неплохо было бы ему тоже что-то вкусное дать на заполнение освободившегося места.

Вампир появился, когда мы уже покончили с ужином и готовились ко сну. Мы спорили с Асфири. Она отказывалась безоговорочно верить кровососущему трупу, но, к моему удивлению, отнеслась к нему намного спокойнее, чем я ожидала. Да и Элни был на моей стороне, искренне веря, что боги, ведущие меня, не стали бы сталкивать нас с вампиром просто так. Ведь и его – Элни – и тигрицу, я встретила вроде как случайно, но во всём этом виделось божественное провидение. Это насколько же боги в этом мире влиятельны, если практически всё бытие зиждется на их воле?
Впрочем, Асфири больше волновало его психическое состояние. Может, она не боялась его из-за природной стойкости? Или тут в Нелита вампиры какие-то особые? У них же даже Марэус этот в королях, пусть и бывший вампир. Это как вообще вампир может быть бывшим-то?..
Эстэриол стоял у края поляны и смотрел на меня. Будто сам не хотел приходить, но ничего с собой поделать не мог. Чистый, с иголочки, даже волосы расчёсаны.
– Иди к нам! – радостно махнула я ему рукой. Он поморщился, давая понять, что относится к этой идее скептически, но всё же подошёл. Сел на краешек одеяла Асфири, которое было ближе всего. Они смерили друг друга взглядами.
– Ну? – требовательно спросила тигрица.
– М-м-м? – невинными глазами посмотрел на неё сосед по одеялу.
Асфири закатила глаза и злобно произнесла:
– Тебе чего от нас надо?
– Ас, ну чего ты? – примирительно сказала я.
– Ничего! – огрызнулась она. – Пусть объяснит, чего прицепился.
Эстэриол сидел, морщась и кривя губы. На нас он не смотрел, взгляд был устремлён на крепко-сжатые ладони.
– Оставь его в покое, – попросила я.
Как же это знакомо! Мамаша тоже любила мне так «нукать».
– Ты на кой Шут нас усыпил вчера?! – не поддалась на мои уговоры тигрица.
Вампир вцепился пальцами в волосы и заскрежетал зубами. Ответил не сразу:
– Простите… – он вздохнул, выпрямился и прямо посмотрел на тигрицу, – госпожа, мне жаль, что позволил себе нарушить кодекс. Хочу искупить свою вину, предложив защиту.
– Мне? Защиту?! – фыркнула Ас.
– Не тебе – ей, – и вампир кивнул на меня.
– Ну да, конечно! – тигрица скрестила руки на груди, её лицо аж покраснело. – Вампир! Человечке! От кого защищать решил? От себя что ли?!
Эстэриол дёрнулся, как от удара, а потом рассмеялся. И чем дальше смеялся, тем сильнее этот смех казался надтреснутым, вынужденным, истерическим, похоже, он просто остановиться не мог. Он захлёбывался, кряхтел, хрипел, кашлял и издавал звуки предшествующие тошноте. Асфири брезгливо смотрела на летящие слюни и сгибающуюся в судорогах спину.
Внезапно Эстэриол глубоко вдохнул, поднялся, прижимая руки к груди, озарил всех нас безумной улыбкой, поклонился и исчез.