Чудовище Нави, или Завтра еще пойду!

- Я с тобой! Ты, главное, не останавливайся! – пискнула Анчутка, пока мы кружились в вальсе. Пить хотелось дико. Я чувствовала себя верблюдом, который одним сербаньем втянет в себя половину колодца.
Не знаю, сколько времени прошло, но Анчутку пришлось отпустить. Стоило мне приблизиться к концу поля, как вдруг я оказывалась на том же самом месте, где уже виднелись круги на полях от наших танцев.
- Жарко, - стонала я, чувствуя, как липнет к телу потная рубаха.
Я увидела, как Анчутка бежит по полю, подпрыгивая. Через минуту на меня вылилось ведро прохладной воды.
- Ведро! Ведро! – орал женский голос на деревне. – Ведро у меня само ускакало!
- Я еще! – крикнула Анчутка, пока я облизывала губы и чувствовала, как с меня испаряется вся вода. Вокруг меня кружилась полуденица, выделывая такие движения, от которых у меня следом начинала кружиться голова.
- Хлюп! – опрокинулось на меня ведро, пока Анчутка давала мне пить, заливая водой грудь. Солнце, как застыло в зените, так и не собиралось никуда уходить!
Еще одно ведро скакало по полю, высматривая меня, а я от жары собиралась заделаться стриптизершей!
- Аааах! – простонала я, чувствуя, как на меня опрокидывается ведро. Мокрые волосы липли к плечам, мокрая рубаха липла к телу, но я уже пошла по второму кругу.
Еще один ведро окатило меня, пока я чувствовала, что все вокруг кружится. Я даже не знаю, есть ли полуденица, или нет! И где вообще она! Только что кружилась вокруг меня…
Я покачнулась и …
- Ведьмушка! – послышался голос в темноте. На мне кто-то прыгал. – Очнись! Очнись!
- Что? Где? Ноги? – перепугалась я, видя свои грязные пятки и успокаиваясь. Рядом со мной стоял сундучок, на который взобралась Анчутка. Я лежала под деревом на холодной земле.
- Что? Перетанцевала? – спросила я, глядя на сундучок. – А это что?
- Это приданное! – похлопала по крышке Анчутка. – Полуденица дала! Девки с ней пляшут ради приданого! Там бусики!
Ее голос казался счастливым, а я закатила глаза.
- Отлично, - выдохнула я, видя, что мы находимся посреди поля, а вокруг царит ночь. – Антипка где?
- Нет его! – вздохнула Анчутка. – Вставай, ведьмушка! Пойдем отсюда!
- Антипка! – крикнула я, глядя, как ветер гуляет по пшенице.
Тишина.
- Не мужики, а рассадники проблем! – фыркнула я, беря сундучок и направляясь в сторону деревни. Что добру пропадать?
Мы вышли на тропу, которая петляла среди поля. Пока мы шли, дорога казалась бесконечной. Деревня даже не планировала приближаться. Но самое странное, я чувствовала на себе чей-то взгляд. Неприятное чувство мурашками ползло по телу.
- Ведьма! – позвал меня знакомый голос Антипки, а я обрадовалась. Нашелся! Ура! Я только хотела обернуться, как вдруг Анчутка дернула меня за руку.
- Не оборачивайся! – внезапно перепугано пискнула Анчутка. – Не оборачивайся! Иначе смерть!
 
Глава тридцать третья. Новый дом
Я подняла брови, передумав оборачиваться.
- Погоди, но это же Антипка! – скосила я глаза на Анчутку, которая изо всех сил тянула меня в сторону деревни. – Там же…
- Не он это! – пискнула Анчутка. А глаза у нее были большими-пребольшими! Напуганными – напуганными! Даже ладошка в моей руке дрожала.
- Что там такое? – спросила я, чувствуя, как медленно стынет в жилах кровь. Ноги, словно ватные прогибались на каждом шагу.
- Сладенькая моя, - послышался знакомый голос. – Иди ко мне…
В этот момент не то, что оглядываться! В этот момент захотелось бежать со всех ног!
- Не вздумай бежать! – пропищала Анчутка, косясь на того, кто притаился сзади.
- Так! – напряглась я. – Это что? Болотник? С каких пор он у нас попугайчиком в поле подрабатывает?
- Это … ырка, - прошептала Анчутка. Мне показалось, что мы не идем, а двигаемся на месте.
- Какая Ирка? – спросила я, чувствуя на спине чей-то тяжелый взгляд. – Ирина Каквастамовна! Я очень прошу вас проявлять свои таланты в другом месте!
В этот момент я увидела, как всколыхнулось поле пшеницы, словно по нему кто-то бежит.
- Уважаемая Ирина, - прокашлялась я, замечая, как Ирина шелестит колосьями. И движется к нам. – Я все понимаю! Ирина! Прекратите нас пугать! Ой!
Из колосьев появилось нечто, похожее на тощего покойника с огромными кошачьими глазами.
- З-здравствуйте! – поздоровалась я. Мне очень хотелось знать, где отдыхала матушка – природа, когда на свет появлялась Ирина. Я бы с удовольствием с ней сфотографировалась для какой-нибудь клиники эстетической хирургии. Она «до», а я «после».
- Все равно не вернусь! – голосом Антипки повторила Ирка.
- Не смотри ему в глаза! – дернула меня Анчутка. – Иначе ырка тебя заколдует!
С каких пор Ирка – это «он»? Впрочем, это не мое дело!
Я опомнилась и бросилась бежать.
Как вдруг почувствовала тяжесть на плечах. Ноги чуть не подкосились, а я поняла, что Ирка запрыгнула мне на плечи.
- Ирина! Что вы себе позволяете! – кричала я, пытаясь скинуть с себя ту, которая предпочитала позу наездницы. – Давайте вы позу наездницы будете практиковать на мужчинах! У них плечи шире и сидеть удобней! Так, слезантий с меня!
Но Ирка, видимо, слезать не собиралась.
- Так, Ирина! У меня в графе «иждивенцы» все занято! Я честно плачу налоги! У меня там государство, двадцать пенсионеров и два беса! - дергалась я, решив упасть на спину.
Но Ирка, видимо, очень хотела стать содержанкой.
– Так, Ирина, передавайте за проезд! – стонала я, падая на дорогу. Мне удалось вырываться, когда Анчутка бросила маленький огонек.
- Бежим! Беги и не оглядывайся! – кричала Анчутка, хватая меня за руку. Но Ирина была проворней! Она обогнала нас со скоростью хорошей гончей и…
На секунду я застыла, уставившись в лунные глаза Ирины.
Я смотрела в глаза, видя, как Ирка подбирается ко мне все ближе и ближе. При этом мои ноги словно примерзли к земле. Я безотрывно смотрела в желтые глаза и не могла отвести взгляд.
- Ай! – дернулась я, когда мне в глаза полетела земля. Мне пришлось зажмуриться, как вдруг послышался страшный вой.
- Антипка! – послышался радостный крик Анчутки. – Антипушка!
- Бежим! Бежим! – кричал Антипка, а меня схватили за руки. Я изо всех сил терла глаз об плечо, боясь споткнуться и упасть.
Внезапно мы остановились.
- Это что такое было? – ужаснулась я, переводя дух.
- Это Ы-ы-ырка! Покойник! Заложенный! – в один голос ответили бесы.