Чудовище Нави, или Завтра еще пойду!

- Так, граждане отдыхающие! – выдохнула я, вытирая об старую тряпку руки. – Лежим, загораем! Как полегчало – расходимся!
- Пойдем! Быстрее! – скакала Анчутка, а я смотрела на солнце, стоящее почти в самом зените. Ничего себе, сколько времени прошло! Я что тут? Сутки мучаюсь? - Нужно забрать его поскорее!
Мы мчались через всю деревню к золотистому полю, в центре которого на маленьком зеленом островке росла одинокая береза. Она грустно качала ветками на ветру, а при свете дня, листья казались серебристыми.
- Антипка!!! – кричала Анчутка, подпрыгивая и высматривая любимого. – Миленький! Вернись!
- Мы все простим!!! – кричала я, понимая, что без опытного Антипки нам не справится. А потом тише добавляла. - Но звиздюля ворвем!
Мы застыли посреди пшеницы. Все вокруг, казалось, сделано было из чистого ослепительного золота.
- Ой, мамочки! – потрогала я макушку, на которой можно было жарить яичницу. – Антипка! Вернись!
- Гляди! – ткнула мохнатой лапкой Анчутка. Я склонилась, видя странную закрутку из колосков. Стоило мне присмотреться, как я увидела тьму, растекающуюся от закрутки.
- Стоит человеку или скотине прикоснуться, как все! – выдохнула Анчутка, трогая закрутку лапкой. - Или болезнь нападет страшная! А если съешь хлеб с этого поля, то можешь заболеть или умереть! Значит, он где-то рядом!
- Антипка! – крикнула Анчутка, подпрыгивая, чтобы что-то разглядеть среди пшеницы.
Я почувствовала, что надо мной нависла тень. Она стояла позади меня, а я осторожно оборачивалась.
- Ой! – шарахнулась я, едва не присев на Анчутку. На меня смотрела высокая страшная женщина в свадебном платье. Она была похожа на высохшую мумию с впавшими глазами.
«Я на обычных мужиков не размениваюсь!», - промелькнуло у меня в голове, когда я разглядывала старинное свадебное платье. «А часики-то тикают!», - снова пронеслась шальная мысль, когда я увидела на голове у невесты венок. «Часики тикают, кукушка едет!», - согласилась я, делая шаг назад.
Нет, мне-то чего бояться? Я как бы не мужик…
В руках у невесты был острый сверкающий серп.
«Согласна! Очень надежное средство для ловли мужика! Сразу видно, что дама настроена на серьезные отношения!», - подумалось мне, а я решила взять его на заметку, вспоминая вереницу всяких деревенских лягушек, бегающих на болота.
При мысли о болотнике, мне стало неприятно. Кажется, мы уже никогда не помиримся! Так что придется забыть о нем раз и навсегда.
- Что? Совсем мужик не ловится? – спросила я, чувствуя, как за мою руку цепляются маленькие ручки Анчутки. – В деревню даже не ходи! Там вообще смотреть не на что! А на болота пойдешь – голову оторву!
- Ты что на поле делаешь, ведьма, в полдень? – послышался странный голос. В палящем солнце я видела, как развеваются красивые волосы мумии. Роста в ней было метра два. Так что тут срочно требовался мужик с крепкими нервами и стремянкой.
- Беса своего ищу, - ответила я, заслоняясь от солнца. – На этого похож. Только глаза умные!
- Это полуденница, - икнула Анчутка, прячась за меня и трясясь от ужаса.
- Очень приятно, Иванка, - усмехнулась я, но руку мадам Крюк я не протянула. «Не протягивай ручку, а то протянешь ножки!», - шевельнулось во мне, пока я смотрела на серп.
- Значит, ведьма! – послышался сиплый голос, пока красавица обходила меня со всех сторон. Мне казалось, что она не идет, а парит в воздухе. – Ну что? Давай поиграем в загадки?
- Кого загаживать будем? – спросила я, понимая, что уходить с поля надо. Как можно быстрее.
Палящее солнце заставило меня сощуриться, пока ветер шелестел пшеницей. Золотые волны расходились и гуляли туда - сюда.
- Баба-яга, вилами нога; весь свет кормит, а сама голодная?- спросила полуденица, склонившись надо мной.
Ветер поднял мои волосы. Мне казалось, что мозги плавились, как сырок под этим солнцем.
- Можно, я посовещаюсь, - спросила я, глядя на Анчутку. – Так, у меня есть вариант мультиварка, дама села на диету и курица в гипермаркете!
- Это соха! – послышался голос Анчутки.
- Соха!- ответила я, глядя на полуденицу.
- Угадала! – с досадой заметила полуденица, пока я твердо решила покинуть поле. Стоило мне сделать несколько шагов в сторону деревни, как вдруг я снова очутилась на том же месте, напротив полуденицы.
- У нас что? Конкурс «юный деревенский эрудит» продолжается? – сощурилась я, чувствуя, что от этой мадам нужно держаться подальше.
- Не хочешь загадки? – послышался сиплый голос. Серп был так близко, что внутри все вздрогнуло. – Тогда давай танцевать! Коли меня перетанцуешь, я тебя награжу!
- Чем? – прищурилась я, глядя на ее щеку, покрытую чем-то похожим на плесень. – Чем вы меня наградить собираетесь…
- Ой, беда, - всхлипнула Анчутка. – Не вздумай соглашаться!
- Женщина, я не танцую, - улыбнулась я, глядя снизу вверх на полуденицу. – Я не умею!
- Не танцуешь, значит, - послышался голос полуденицы. Она склонила страшную голову на бок.
Я посмотрела на ее серп, вспоминая статую «Серп и молот, рабочий и колхозница!». Одинокая колхозница ищет своего рабочего с большим молотком! О чем я только думаю! Все это проклятое солнце!
- Тогда ноги тебе серпом… - сипло произнесла полуденица.
Как только серп сверкнул при свете солнца, я почувствовала себя чемпионом мира по венским рулетам и вальсам, мастером спорта по поднятия юбочки в кордебалете и самой зажигательной зажигалкой фламенко.
- Ладно, - посмотрела я на звезду всех сельских дискотек, опускающую серп.
- Ой, мамочки! – как-то по-детски захныкала Анчутка, когда я доставала старину, чтобы тряхнуть ей как следует.
- Музыка где? Кто у нас поет? Играет? – спросила я, разминая кости. – Ой, слушай, у меня есть знакомый гармонист! Поганини! Давай его позовем! Кстати, как мужик он очень даже ничего особенного! Уже седой, к нечисти привыкший, не нервы, а канаты. Бракопригоден на все сто!
Видимо, диджея на нашей полевой дискотеке не будет.
- Кто кого перетанцует, - послышался сиплый голос.
«О, я бы перетанцевала тебя какой-нибудь рельсой!», - подумала я, глядя на серп.
- Перетанцуешь ты - награжу. Перетанцую я – ноги серпом! – произнесла полуденица.
Никогда мне еще так не хотелось танцевать! Я прикинула, что буду постепенно «танцевать» отсюда!
Полуденица закружилась, а лохмотья ее юбки разлетелись по сторонам.
- Тумс-тумс! – бурчала я, вспоминая хоть один танец.
Осмотревшись по сторонам, я схватила Анчутку и стала с ней вальсировать.
- Ты это… Ищи Антипку. Он что-нибудь придумает! – задыхалась я. – А я постараюсь танцевать до конца поля!