Сомнений нет (СИ)

Его теплое дыхание касалось моего лица, приятная смесь мяты и легкого табачного следа. Почему-то сжималось все внутри и становилось трудно сосредоточиться.
Я сглотнула и ощетинилась.
– И не приму, – заявила севшим голосом. – Ничего вы от меня не получите кроме ненависти!.. И… чем настойчивее будете, тем сильнее она будет становиться!
– Пусть так, – с хладнокровием принял вызов Валиев. – Меня это не пугает, Тая. Даже больше скажу – будь иначе, я бы в тебе разочаровался. – Внутри пробежал холодок. От его твердости становилось не по себе. – А теперь скажи, – тем временем продолжил мужчина, смягчив тон, – что надо сделать, чтобы ты перестала мне выкать?
Зависнув от неожиданного вопроса, я растерянно раскрыла рот.
– Хотя я знаю, – тут же ответил он сам себе и, прежде чем я успела спохватиться, поймал мои губы своими.
Я тут же сжала их и начала сопротивляться, однако Валиева это не смутило. Отстранившись, он хищно улыбнулся, обнял меня прочнее и надавил пальцами на щеки.
– Расслабься, маленькая, – ласково прошептал. – Я хочу попробовать тебя.
Вновь наклонившись, мужчина накрыл мой рот и бесцеремонно развел губы языком, заставляя ощутить свой вкус. Я била кулаками по крепким плечам, пыталась оттолкнуть этого негодяя, но тщетно. И чем дольше длился бесцеремонный поцелуй, тем больше слабело мое тело и поддавались губы. Атлант целовал настойчиво и так умело, что стало жарко, и голова как будто начала пьянеть.
– Вот так, – хрипло подытожил он, нехотя отстраняясь. – Теперь можно переходить на ты, согласна?
Я услышала, как щелкнули замки в салоне, и только тогда поняла, что обомлело лежу на двери, в ожидании непонятно чего. А этот… смотрит на меня и скалится в ухмылке.
– Ты… Вы… – наконец подала я голос, возмущенно и настороженно глядя на хозяина машины.
– Меня зовут Илат, – невозмутимо подсказал он. – Иди домой, Тая. Я позвоню. И лучше тебе не прятаться – все равно найду.
Мне хотелось многое сказать после всего, что произошло – слова так и рвались наружу, но искушение оказаться на свободе было сильнее. Поэтому я поджала губы, дернула ручку двери, да только та не поддалась…
– Вот еще что, – раздался серьезный голос Валиева, как раз когда мой взгляд стрелой метнулся на него. – Ты по хорьку своему бывшему зря не тоскуй и на его счет не заблуждайся. Я дал знать, что мне нужно от тебя, а задавалась ли ты хоть раз вопросом, что нужно было от тебя Тихону?
– О чем это вы?.. – недоверчиво спросила я.
– Подумай. – Атлант многозначительно дернул бровью, а затем, словно потеряв всякий интерес к разговору, переместил внимание к лобовому стеклу и разблокировал двери.
  
Глава 7
 
Илат
Мать твою, какая же она сладкая… Моя рыжая девочка. Если б не понял, что сейчас чеку к чертям сорвет, хрен бы остановился! Целовал бы вкусную до изнеможения и до утра бы ее рот языком насиловал. С такой же осторожностью тискал сочное тело девчонки в примерочной, только неимоверным усилием заставил ее остановить меня. И ведь не собирался переходить границы, да сама повод дала! А как сопротивлялась, глупенькая. Еще больше тем заводила и себя, и меня.
Она оглянулась только раз – возле подъезда, и то осадила мою тачку качественно надутым взглядом. Усмехнулся. Ну, разве бывают такие милахи в реале? Прямо русалка из мультика – я так и залипал на ее лице.
 
Своего железного зверя я сдвинул из тесного двора трехэтажки, только когда в нужных окнах загорелся свет. С удовольствием проводил бы Русалку лично, да слишком велик был соблазн. Думаю, ей было бы крайне тяжело меня выпроводить.
Дела, которые мне пришлось сдвинуть из-за непредвиденных планов, я порешал в мобильном режиме еще по дороге домой. Оказавшись в своей двухэтажной квартире, кинул равнодушный взгляд на панорамное окно, открывающее вид на ночной город, и сразу зашагал в направлении спальни. Там быстро расчехлился и скрылся в ванной комнате.
Начал с холодного душа – уперся ладонями в стену и стоял под сильным напором несколько минут. Самое верное средство согнать напряжение ниже пояса. Постепенно прибавил горячей, и стало совсем норм. Расслабился так, что не услышал шагов – ощутил чужое присутствие и, открыв глаза, рывком обернулся.
Тонкая шея попала в плен моей грубой руки, и обнаженное женское тело снесло к стене.
– Какого хуя?! – взревел я, разглядев наконец перепуганное лицо Альбины.
Дура. Опасно ко мне подкрадываться сзади!
– Прости!.. Я-я не хотела… Илат, мне больно!
Я ослабил хватку, но шею любовницы не отпустил.
– Что ты здесь делаешь и как попала в квартиру?!
– Олег меня пустил… – настороженно отчиталась она, хватаясь пальцами за мое предплечье. – Ты давно не звонил… а я сюрприз хотела сделать!..
Блядь, Талик. В купидоны, что ли, заделался?
Удовлетворившись ответом Альбины, я наконец освободил ее шею и отступил.
– Что с тобой происходит? – обиженно спросила она, потирая ладонью изящный изгиб, где остался красный след. Я поджал губы, недовольный собой. Никогда не пройдет этот рефлекс. – Не звонишь, не пишешь, пропал куда-то… Я что, совсем пустое место для тебя?..
Мой взгляд стал суровым и направился на девушку, которая внезапно решила покачать права. Артерию лишнюю, что ли, ей передавил?
– Че-то я не понял, Ангелок. Ты мне мозги пришла трахать?! Не припоминаю, когда успел прописать тебя в жены.
Она сразу остепенилась. Глазки забегали, руки неуверенно прикрыли грудь.
– Но мы же… Тебе ведь хорошо со мной? Нам хорошо!.. – Ее взгляд стал жалким, непонятливым.
Вот нахера так делать? Сначала прикидываться гордой самкой, которую вроде как устраивают регулярные встречи, имеющие лишь одну цель, а потом выясняется, что рассчитывала она на гораздо большее.
– Мне было хорошо с тобой, – ответил я прямо и подчеркнуто. – Именно поэтому наши встречи были регулярными. В остальном, Альбина, твои заблуждения – это только твои проблемы.
– Ладно, прости, что пришла без предупреждения, – уступчиво произнесла она, сделав шаг и прильнув ко мне, прежде чем я отвернулся. – Я вижу, ты без настроения, и ты… напряжен, – сладко проговорила, смело обхватывая пальцами стояк, который до сих пор упрямо не желал падать. – Позволь я тебе помогу…
Честно говоря, меня дико смущало это перевоплощение в покладистую кошечку, но когда Альбина скользнула ладонью по стволу, неожиданно всего повело, и перед глазами будто планка упала.
А воздержание не прошло бесследно.