Отец поневоле
— Что?
— Любить. Злился очень. Но не переставал. Учился жить без тебя.
— Получилось? — осторожно спрашиваю я.
— Как видишь, не очень.
— Прости, но я, кажется, вряд ли расстроена этим… — тихо шепчу, действительно не испытывая чувство вины.
Назар неожиданно переворачивается, нависая надо мной. Его пристальный взгляд скользит по моему лицу.
— Ты ведь понимаешь, что я не шутил, когда сказал, что не отпущу? Даже если ты вспомнишь все и вдруг передумаешь.
— А если там окажется что-то такое, что ты не сможешь принять?
Он наклоняется ко мне все ближе, проводит носом вдоль виска и жадно вдыхает.
— Поверь, самое страшное я уже пережил. С остальным справимся.
Его уверенный голос позволяет напряжению уйти. Смотрю и не верю тому, как мне повезло.
— Как мы познакомились? — Назар вопросительно приподнимает бровь. Мол, серьезно? — Пожалуйста, расскажи.
— Не хочешь подождать, пока память вернется?
Мотаю головой, отводя взгляд. Мне страшно озвучивать то, что уже который день беспокоит.
— Поля? Что такое?
— Нет, все хорошо. Просто интересно узнать, как это было для тебя, — бормочу какую-то ерунду.
Назар все же вынуждает посмотреть на него.
— Боишься? — киваю едва заметно.
— Очень. Боюсь, что не вспомню, что все так и останется за белой стеной. Все наши годы. Первые дни Платона. Я ведь даже не знаю, как прошли роды…
Муж ложится рядом, прижимает к себе и щедро делится своим теплом.
— Ты принесла документы на подпись.
— Что? — непонимающе переспрашиваю.
— Так мы познакомились, — поясняет он. — Ты принесла документы. Помогла подруге, подменив ее в тот день.
— Серьезно? А дальше?
— А дальше выяснилось, что документы оказались не те. Ну, и пришлось срочно искать, кто же облажался и доставил не то, что нужно.
— То есть я оказалась нерадивым сотрудником? — озадаченно спрашиваю, пытаясь представить, как все происходило на самом деле.
— Ты оказалась девушкой, которая лишила меня покоя, — усмехается Назар. — И я был только рад, когда у меня оказался повод найти тебя и…
— И?
— Познакомиться. Вот только в компании дали телефон твоей подруги.
— А она?
— Ну, пришлось немного пригрозить ей, чтобы она сдала тебя.
— То есть подруга меня не прикрыла?
— Она пыталась, но не очень убедительно.
— А мы с ней общались? Ну, потом.
— Насколько я знаю, не особенно. Может, дело в том, что Лиза пыталась залезть ко мне в штаны, — задумчиво протягивает Адамиди.
— Чего?!
— А что? Я вообще-то был видным холостяком. Не обремененным никакими обязательствами.
Вот вроде бы я понимаю, что он меня дразнит, но внутри все аж переворачивается, стоит представить эту воображаемую подругу, которая тянет руки к тому, что мое.
— То есть у вас что-то было?
Назар как назло лишь многозначительно ухмыляется.
— Разве сейчас это важно? Главное в итоге-то женился я на тебе.
— В итоге? Может, скажешь, что мы еще и подрались из-за тебя?
— Не без этого.
Глупо реагировать на это. Все это в прошлом. Мы и правда были счастливы. Я почему-то не сомневаюсь в этом. Но все равно я, оказывается, ревную даже к тем, про кого мало что знаю.
— Ясно, — сдержанно отвечаю и давлю в себе желание отодвинуться. Нельзя же настолько поддаваться эмоциям.
Пока сражаюсь с собственным уязвленным самолюбием, Назар снова нависает надо мной, продолжая довольно улыбаться.
— Всегда тащился от этого, — выдает фразу, а я мрачно смотрю в ответ.
— От чего?
— От твоей ревности, Поль…
Я уже готова возмущаться, даже замахиваюсь, чтобы толкнуть его в плечо, но руку Назар ловко удерживает, а рот затыкает полцелуем. И вместо ругани у меня получается только невнятный стон.
— Иди ко мне, родная. Время раздавать долги…
— 27 Назар -Собираясь на встречу с Олегом, я морально готов ко всему. Понимаю, что вряд ли его информация окажется позитивной и, скорее всего, нас ждут немалые неприятности. Но когда он озвучивает основные факты, становится не по себе.
— У Ржевцева, можно сказать, свой оружейный картель. Естественно, про легальность нет даже речи.
— И с ним работала Полина? — уточняю, осознавая масштабы той задницы, в которой мы оказались.
— Не с ним, а на него. Скорее всего, не лично, конечно, — поясняет Полянский. — Но кто-то из его замов точно должен был с ней выходить на связь.
— Но как? Я не понимаю — как она связалась с ними?
— Вариантов на самом деле масса, — пожимает плечами Олег. — Чуть больше года назад главбух картеля пропал. Ходили слухи, что он стал приторговывать на стороне, и Ржевцев сам же и избавился от крысы. Но были и те, кто считал, что мужик пал жертвой борьбы за долю рынка.
Слушаю Полянского и ушам не верю. Будто сводку криминальных новостей осознаю. А ведь это касается непосредственно Поли. И Платона…
— А на самом деле?
— Никто не знает. Но думаю, что тогда-то твою жену и взяли на заметку. Возможно, кто-то оценил ее потенциал. Грамотные финансисты и аналитики на вес золота.
— То есть у нее отличное портфолио? — охреневаю от его слов все сильнее. — Выходит, она слишком хороша оказалась?
— Видимо. И, вероятнее всего, ей сделали предложение, от которого не отказываются.
Поля-Поля… Как же ты так! Почему не пришла ко мне? Почему не рассказала о том, куда попала? Девочка моя любимая…
И ведь она, судя по всему, вывозила это все будучи беременной, а затем и с маленьким на руках…
Жуткая беспомощность давит так, что все переворачивается. Хочется спрятать ее ото всех, скрыть и обеспечить безопасность. Чтобы ни одна гнида не добралась.
— Тут вот еще что, — продолжает между тем Олег, — пару недель назад Ржевцев сцепился с Осмоловым — устроили передел территории. Пока без грандиозной войны, но ходят слухи, что скоро начнутся зачистки.
— Выходит, Полина сбежала потому что боялась, что станет разменной монетой?
— Выходит, что так. Думаю, она в курсе всех финансовых траншей и ниточек. И если получить эту инфу, то Ржевцеву придется несладко.
— Твою ж мать, — цежу прикрывая глаза. Я конечно подозревал, что легко не будет. Но чтобы так?