За твоими глазами

– Хорошо, – я заглянула в гостиную. – Пап, а помнишь, как вы познакомились с Марго?
Он оторвал взгляд от кричащих мужчин и удивленно посмотрел на меня.
– Она ураганом ворвалась к нам в квартиру и съела все конфеты, которые только нашла, – бескомпромиссно отчеканил отец, после чего громко рассмеялся. Я тоже засмеялась. В то время родители строго следили за ее весом, чтобы от природы склонная к полноте Марго прошла кастинг в группу к лучшему в городе хореографу. И она прошла даже несмотря на съеденные конфеты.
– Точно, – я обняла его за плечи. – Ты сразу сказал, что мы станем лучшими подругами.
– Потому что тебе было не жалко делиться с ней конфетами, ведь ты почти не ела сладкого, – он недовольно глянул на мои руки и покачал головой. – Кожа да кости, Мэй.
Я пропустила мимо ушей его извечную претензию ко мне и шепнула на ухо, надеясь, что он не обидится сильнее:
– Марго сегодня съела мое пирожное.
Он вздохнул, но потом засмеялся.
 
Глава 4
Лето. Только неработающий человек может поистине и всей душой радоваться чудесному времени года, наполненному до краев зноем и залитому лимонным солнечным светом. Корпоративная структура с отработанной схемой плановых отпусков – главный враг человека, желающего хоть немного насладиться таким долгожданным и коротким летом. «Коллеги, на следующей неделе я буду находиться в отпуске. Майя, прошу тебя заняться…» и далее – список задач, которые мне следует выполнять следующие две недели помимо моей собственной работы.
К утру среды я уже чувствовала себя довольно измотанной, каждый день приходилось задерживаться на несколько часов, чтобы доделать работу Марка, который отдыхал на лазурном берегу Франции с женой и детьми. Я даже поймала себя на мысли, что рада вечернему уроку по танцам с Марго – мой непробиваемый стимул уйти вовремя. Я зашла в лифт и прислонилась к стене. Сумка со спортивной одеждой – на одном плече, сумка с ноутбуком – на другом. Я ощущала себя загнанной ломовой лошадью. Я прикрыла глаза, пока лифт наполнялся офисным планктоном, подобному мне.
– Придержите, пожалуйста, – раздался знакомый мужской голос, я резко открыла глаза и вжалась в холодную металлическую стену. В лифт вошел Паша, очаровательно улыбнувшись девушке, остановившей закрывающуюся дверь. – О, спасибо.
Он бегло оглядел толпу в лифте и уперся взглядом в меня, его улыбка чуть померкла.
– Привет, Мэй, – он кивнул и отвернулся, чтобы нажать кнопку своего этажа.
«Отличное начало дня», – с досадой подумала я и опустила глаза в пол. Лифт поднимался выше, люди постепенно рассеивались, выходя на своих этажах, оставляя все больше напряженного пространства между мной и Пашей.
– Как твои дела? – спросил он, делая шаг ко мне.
«Только не надо», – я умоляюще взглянула на него. Мы не виделись с того самого дня, когда он вдруг сказал мне, что пока не готов к серьезным отношениям… Спустя пять месяцев после наших, как я думала, «серьезных отношений». В его холодных голубых глазах не сквозило ни иронии, ни чувства вины.
– Все хорошо, – сухо ответила я. Как не повезло, что мы работали в одном здании. К счастью, он появлялся здесь нечасто.
– У тебя ведь был день рождения недавно? Поздравляю, – абсолютно беззлобно произнес он. Я сделала глубокий вдох, стараясь успокоить желание вцепиться ему в светлые кудри.
– Спасибо, – не глядя на него, процедила я.
– Что ж, рад, что у тебя все хорошо, – «Зачем он продолжает пустой диалог?» – недоумевала я.
– Угу, – он же не ждал, что я начну расспрашивать, как у него дела?
– Ну, пока, рад был тебя видеть, – когда двери лифта закрылись за ним, я выдохнула из легких весь отравленный своей злостью и его лицемерным дружелюбием углекислый газ.
Как ни странно, негативные эмоции заставили мозг активизироваться, я быстро разобралась со своими заданиями и принялась за дополнительную работу, доставшуюся «по наследству» от Марка: несколько звонков внешним аудиторам и пара отчетов, над которыми я бы провозилась вчера весь день, а сегодня закончила буквально за три часа. Я даже была благодарна Паше (насколько подобное слово можно было применить к нашей с ним ситуации), что он своим появлением и бесполезным диалогом перечеркнул мою усталость.
– Привет! – Марго помахала мне и двум девушкам, зашедшим в танцевальный класс. Она настраивала музыку на большом профессиональном музыкальном центре, стоявшем в углу. Как водилось, до занятия мы не особо разговаривали, чтобы не смущать прочих девушек и редких парней. Марго была убеждена, что они могут посчитать меня «любимицей» преподавателя и с меньшей вероятностью вернутся сюда на следующей неделе.
– Давайте начнем! – она хлопнула в ладоши и включила зажигательную песню, которую обычно использовала для разминки. Ее желтая узкая юбка и белый обтягивающий кроп-топ смотрелись сочно и эротично, странно, что парни не выстраивались в нетерпеливую очередь на занятия Марго, хотя бы просто поглазеть на нее.
Пока мы разминались, а затем выполняли несложные движения, оттачивая каждое по нескольку раз и соединяя его с разученной ранее связкой, я вспоминала, как Марго в детстве придумывала разные танцы и учила меня им. Если бы в то время существовал Tik-Tok 2, она бы уже к настоящему моменту была долларовым миллионером!
– Сегодня мне даже понравилось, – заявила она, забираясь в мою машину.
– Потому что тебе аплодировали в конце занятия? – я забросила сумку на заднее сиденье.
– Всегда приятно, когда твою работу оценивают должным образом, – она ухмыльнулась пухлыми губами.
– Жалко, что мне никто не аплодирует за мою работу, – я вздохнула и повернула ключ зажигания. Пока я петляла между бетонными колоннами с желто-черной разметкой, Марго аккуратно подкрашивала губы, смотря в салонное зеркало.
– Ты выглядишь какой-то измученной, – отметила она, закончив свою ювелирную работу в экстремальных условиях.
– Угу, – я надавила на газ, выезжая по крутому склону подземной парковки. – Знаешь, кого я сегодня встретила?
– Кого? – она округлила и без того большие глаза.
– Пашу, – я будто выплюнула его имя, заставив Марго прыснуть со смеху.
– И как он? Все такой же напыщенный блондинчик?
– А как же иначе, – заулыбалась я. Как я ни просила Марго, но своего мнения относительно Паши она никогда не меняла. «Мэй, он такой… неприятный», – сказала она после знакомства с ним. «Почему? – моему удивлению и обиде не было тогда предела. – Он же просто красавчик!» Она аккуратно подбирала слова, заметив мою реакцию: «Он кажется каким-то надменным, даже злым». Подумав немного, она добавила: «Главное, что тебе он нравится, какая разница, что мне показалось». Зато спустя пять месяцев, Марго дала волю своим словам и эмоциям, таившимся, как в омуте, на дне ее души. И да, то были самые черные и скверные слова, которых заслуживал мой обидчик.