Генеральный 7 (СИ)

В 9:20 командование во главе с Жуковым получило сведения о метеорологической обстановке и приняло окончательное решение. Командир экипажа Ту-4 летчик Кутырчев (он уже имел опыт испытаний атомной бомбы на Семипалатинском полигоне) получил по радио приказ на вылет. По сигналу «атомная тревога» войска заняли укрытия и убежища.
Солдатам раздали специальные затемненные вкладыши к противогазным стеклам, защитные бумажные накидки, защитные чулки и перчатки. Несмотря на 30-градусную жару, всех заставили надеть теплое белье — считалось, что оно эффективно защищает от радиации. Ядерный удар наносился в глубину обороны «противника», чтобы не поразить передовые подразделения.
  
«Во время самого взрыва помню вспышку, которая больно ударила по глазам, — отмечал боец В. Трофимов. — Не представлял себе, что такое землетрясение, а здесь впервые почувствовал колебания почвы. Около нашего укрытия стояла крепкая, из дуба рубленная сторожка бахчевода. Помню, пошла ударная волна, и бревна сторожки стали как пылинки в воздух друг за другом подниматься. Незабываемое зрелище»
Последствия взрыва ошеломили даже видавших виды офицеров. Вместо деревьев теперь торчали обугленные колышки, танки оплавились и вдавились в землю, от подопытных зверей остались обугленные тушки (кроме тех, которые находились в укрытиях). Конечно, результаты отличались по мере удаления от эпицентра, в котором не осталось ничего живого. К примеру, самолеты, стоявшие на расстоянии до 1800 метров и далее, в основном остались целыми, если находились в специальных чехлах. Другие частично обгорели. Почти не пострадали животные в двух километрах от взрыва.
Эхо взрыва докатилось и до деревенских домов, в стенах появились трещины. Повылетали стекла в одной из школ Сорочинска в 40 километрах от полигона — настолько сильной оказалась ударная волна. Правда, полностью сгорел только один дом, стоявший на возвышенности намного ближе.
«Стояла сплошная черная стена из дыма и пыли, смрада и гари»
Настало время для следующего акта. После взрыва «западные» вернулись на свои разрушенные позиции. «Восточные» начали наступление и разыграли реальный бой наземных войск после нанесения ядерного удара.
В 10:10 они атаковали позиции условного противника, затем бойцы продолжили наступление в колоннах боевой техники.
«Мы выскочили из блиндажа, — вспоминал артиллерист И. Путивльский. — Поднялся ветер, а на горизонте рос, клубился от ножки огромный багрово-свинцовый гриб, который разрастался и поднимался все выше и выше. Но рассматривать его было некогда. Началась артподготовка»
По его свидетельству, артиллеристам предписывалось вовремя выпустить все снаряды, которые категорически запрещалось брать в наступление. Все слилось в сплошной грохот и гул.
«Вскоре заметили, что орудийные стволы пожелтели и задымились: большая часть боекомплекта была выпущена, — продолжал участник учений. — Снизили темп. Шквал огня постепенно стал стихать».
Километрах в четырех-пяти от эпицентра взрыва солдатам стали попадаться вывороченные огромные дубы с мощной кроной, горели сухие стволы и бревна. Ближе к центру ударная волна не пощадила и чахлые деревья: они лежали, как будто приглаженные огромным утюгом.
 Глава 7 
 7. 11 августа 1976 год. Бербера. База ВМФ СССР 
Переговоры с американцами и особенно с израильтянами высосали у меня все соки. Три дня дипломатического дурдома. В итоге евреи довели американцев до красного каления своей хуцпой и те были готовы применить самые жесткие меры. Израильские посланники в этот момент все-таки смекнули, что переиграли и стали сговорчивей. Я же и вовсе не подвинулся в своих требованиях ни на миллиметр. Публичные извинения и компенсация расходов. Но сначала освободить всех наших летчиков. И пока не увидел по телевидению триумфальное возвращение советских героев, не выходил в зал переговоров.
С этими упырями только нас и надо. Иначе по локоть откусят. К сожалению, сионистских зверьков не приручить. Ну что ж, зарубка на будущее. Но как они показали свое мурло на весь мир! Никакой агитации не нужно. Неужели считали, что провокация сойдет с рук? Если вспомнить мое прошлое будущее, зачастую так и было. Наши не отомстили за потери в небе Египта, обстрелы своих транспортов. Антисионистская риторика дальше помощи террористам Ясира Арафата не шла.
Так что по приезде в Сомали целый день я потратил на отдых, изучая город и быт наших военных. Все уже привыкли к тому, что мне лучше показывать все и ничего не прятать. Но в целом тут понравилось, о чем не преминул заявить прилюдно. Что, в свою очередь, зашло местному начальству. Ну пусть их, заслужили! В целом неплохо тут морячки развернулись. Городок военных утопал в зелени. Вдоль моря высажены пальмы, на клумбах и в вазонах цветут незнакомые цветы. С территории базы я ни ногой, потому что только здесь нет местных. Таково условие конспирации. Но вообще сомалийцев используют на всех советских объектах. Как-никак мы тут девять лет плотно сидим.
И никаких вольностей в виде африканской демократии не позволяем! Военных вырастили сами, почти с нуля. Так что те нам в рот смотрят. Два года назад без нашей помощи сомалийские генералы вынесли эфиопского короля. В Аддис-Абебе после этого очередное «правительство национального спасения» появилось. Денег у нас просят. Но так не бывает. Или вы полностью наши, или до свидания. И это не советский неоколониализм, как про нас орут разнообразные европейские леваки.
На примере Сомали показываем, каким должно быть настоящее сотрудничество передовых стран с отстающими. Уровень жизни здесь один из самых высоких в Африке. У трудящихся даже имеются социальные гарантии. Существуют профсоюзы и общественные движения. Но частный бизнес никто не запрещает. По старой памяти сюда даже пустили итальянцев. Они умеют строить и прокладывать дороги. За ними потянулись другие, в том числе и мощные концерны из соцблока.
Работать тут выгодно. Много полезных ископаемых, уже имеется логистическая инфраструктура и несколько крупных портов. Их наш «теневой флот» использует в качестве перевалочных баз и хабов. Городское население имеет базовые навыки в образовании. И сомалийцы вошли во вкус и желают зарабатывать и жить лучше. Потому что пример перед глазами. А он заразителен. Не отобрать и поделить, а научиться и заработать.
Но приехал я по другому поводу. Жду важного гостя с Родезии. Пора нам встретиться и переговорить с глазу на глаз. Он должен прибыть в Берберу завтра военным бортом. И наверняка сейчас дико волнуется. Кто он, руководитель не самой крупной страны-изгоя и бывший вождь второй сверхдержавы мира. Но у меня далекоидущие планы, и Ян Смит, как выдающаяся личность Африканского континента мне нужен. Машеров посвящен, но не во все детали.
Больно тяжко ему даются понятия о мировой политике. Потому что, несмотря на наличие так называемого международного права, она больше смахивает на воровской мир с «понятиями». В двадцать первом веке к этому все в итоге и скатилось. Сначала отгрызали по чуть-чуть, почуяв безнаказанность. Потом доломали, но продолжали фарисействовать о «Крыме». Настоящие бандиты с большой дороги никогда не соблюдали законы. Даже те, что сами и создали. И я ни фига не понимал, почему наши идиоты из Политбюро в том мире их так ревностно соблюдали. Нет, иногда стучали по столу, ломали дипломатические ловушки. Но все равно: А что скажут в Вашингтонском обкоме? Как отреагирует мировая общественность? Тьфу! Ботаны! Нет яиц, не лезь в политику! Сиди на «очке» и не отсвечивай. В этом мире самый большой разбойник — это я. Чем и горжусь.