Обольстительная самозванка

— Мистер Фиш, — представился мужчина, коротко кивнув. — Я доверенное лицо графини. Не моту сказать наверняка, сэр, но, полагаю, она весьма привязана к лошадке.
— Тогда ей не стоило выставлять ее на продажу — лениво заметил Деклан и кивнул проходящему мимо аукционисту. — Но она сделала это, а я выиграл торги. О чем тут еще говорить?
Мистер Фиш подобострастно улыбнулся:
— Возможно, графиня хотела бы предложить совет, как ухаживать за лошадью.
  
Деклан подозревал, что она хочет предложить нечто совсем иное. Не в первый раз его приглашают в дом к даме под предлогом какого-нибудь дела.
— Она очень старая? — полюбопытствовал он.
— Старая? — переспросил мистер Фиш, явно смутившись. — Нет, сэр, довольно молодая.
— Хорошенькая?
Это заставило его собеседника густо покраснеть. Его изящная рука, которая, как предполагал Деклан, никогда не поднимала ничего тяжелее карандаша, нервно взметнулась к шейному платку.
— Сэр, с вашего позволения. Графиня просит вас завершить сделку в зеленом салоне.
Деклан ухмыльнулся:
— Кто я такой, чтобы отказывать даме, а? Я приду, мистер Фиш.
— Очень хорошо. Могу я сказать ей, кто купил кобылу?
— Деклан О’Коннор, лорд Доннелли, — ответил он и сунул вторую руку в перчатку, прежде чем взглянуть на мистера Фиша. — Пусть доставят лошадь в Китридж-Лодж, — приказал он и зашагал к дому.
Он и вправду ожидал увидеть обычную женщину, которая не прочь познакомиться с привлекательным мужчиной.
Но уж никак не ожидал увидеть самозванку.
Это не бросалось в глаза, ибо леди вела себя так, как и подобает графине. Она не делала ничего такого, что могло бы возбудить подозрения: например не оттопыривала мизинец, когда пила чай, и приседала как полагается. Нет, Деклан понял, что она не та, за кого себя выдает, потому что знал Кейру Ханниган всю свою жизнь, а она вовсе не графиня.
Однако, судя по всему, чувствовала себя вполне легко и непринужденно, притворяясь таковой.
Он представления не имел, что Кейра делает в Англии, тем паче в такой маленькой деревушке, как Хэдли-Грин. Последний раз, когда он видел ее — несколько месяцев назад, если намять ему не изменяет, — она была в графстве Голуэй (откуда они оба родом), и Лоумен Мэлони, чье богатство могло сравниться разве только с его честолюбием, пылко ухаживал за ней. Кейра была из рода Ханниганов, влиятельного ирландского католического семейства, известного своими лошадьми и активным участием в политике. Она хороша собой. По мнению Деклана, девушка обладала чисто ирландской красотой: черные волосы, светлая кожа и сверкающие зеленые глаза. Живая и пылкая, тоже чисто по-ирландски: для него это означает, что у нее здоровая любовь к приключениям и острый язычок.
Но больше всего удивляло Деклана то, что она, похоже, ничуть не испугалась, что он может разоблачить ее обман в этой сонной английской деревушке. Совсем наоборот. Девушка смотрела на него вызывающе, словно не верила, что он может открыто обвинить ее.
— Леди Эшвуд, позвольте представить вам лорда Доннелли, — сказал мистер Фиш.
После момента шока Деклан размышлял, не вывести ли ее на чистую воду, но решил, что обман Кейры и так скоро раскроется и она будет наказана соответственно. А до тех пор у него нет желания быть втянутым в ее маленькую игру. Как-то, много лет назад, она уже пыталась сделать это, и последствия были катастрофичными. Он здесь для того, чтобы купить лошадь. Ничего более.
— Добрый день, милорд, — прощебетала Кейра. Голос ее проник в его сознание, слишком многое напомнив Деклану. Девушка двинулась вперед, и с каждым шагом темно-зеленая юбка ее амазонки взметалась вокруг изящных туфелек. Проходя мимо канапе, она бросила на него свою кокетливую шляпку с золотой кисточкой на макушке. И шла, как обычно ходят красивые женщины, — легкой поступью, покачивая бедрами, со слегка склоненной набок головкой и блеском в глазах.
— Лорд Доннелли, леди Эшвуд, — продолжил представления мистер Фиш.
— Леди Эшвуд, вот как? — Он мог бы рассмеяться, если не был бы так потрясен.
Девушка дерзко улыбнулась.
— Лорд Доннелли дал двадцать пять фунтов за кобылу, мадам, — сообщил ей мистер Фиш.
— Изрядная сумма, — тут же отозвалась она. — Хотя, должна признаться, я надеялась получить немножко больше. Это прекрасная лошадь. Чаю, милорд?
— Двадцать пять фунтов — это много больше, чем она стоит. И я предпочитаю ирландское виски, — сухо отчеканил Деклан.
— Какая удача! У нас случайно есть немного. Мистер Фиш?
Когда тот незамедлительно двинулся к буфету, Деклан внимательно оглядел комнату. Она была внушительной как и весь выстроенный из песчаника георгианский особняк. Стены обиты светло-зеленым шелком, удачно гармонирующим с тяжелыми портьерами. Мебель мягкая и роскошная, ковер — пушистый, и солнечный свет струился через три пары окон, которые были вымыты до блеска. Потолок разрисован наподобие голубого летнего неба с облаками, солнцем и порхающими довольно упитанными птицами.
Деклан перевел взгляд на «графиню», которая улыбалась немножко нервно, немножко нахально, пока мистер Фиш наливал в три стакана виски. Один он вручил Кейре, чье воспитание как настоящей ирландской девушки приучило ее не отказываться от этого напитка в отличие от изнеженных леди в лондонских салонах.
Она безмятежно улыбнулась, хорошенькая как картинка, совершенно невозмутимая. Локон волос лежал у нее на щеке, иссиня-черный на кремовой коже.
— Для нас большая часть, что человек с вашим талантом в разведении лошадей заинтересовался нашим поголовьем, — чопорно сказал мистер Фиш.
— Чьим поголовьем? — спросил Деклан.
Брови мистера Фиша сдвинулись в еще большем замешательстве.
— Лошадей леди Эшвуд, разумеется.
— А она разве намерена присоединиться к нам? — полюбопытствовал Деклан, не сводя глаз с девушки.
Мистер Фиш растерянно заморгал. Кейра рассмеялась и чуть нервным взмахом руки убрала со лба заблудший локон.
— Лорд Доннелли демонстрирует свой тонкий ирландский юмор, мистер Фиш. Будьте так добры, оставьте нас на минутку.
Тот испуганно взглянул на Кейру. Она слегка улыбнулась и подняла свой стакан с виски.
— Пожалуйста!
— Конечно, мадам. — Но он выглядел совершенно сбитым с толку, когда выходил из салона.
Когда дверь за ним закрылась, Кейра залпом выпила свое виски, затем, выдохнув, объявила:
— Это совсем не то, что ты думаешь.
— А что же? Мне кажется, что ты выдаешь себя за английскую графиню, если только не вступила в весьма выгодный брак, — усмехнулся Деклан.
— Все дело в этом Эшвуде. Лили унаследовала его, — сказала Кейра. — Целиком и полностью. Не дразни меня, ты же знаешь, что это правда.
Деклан, конечно, слышал, что владения старого графа Эшвуда перешли к единственной имеющейся наследнице, но ему и в голову не приходило, что это может быть Лили Боудин. Он не знал, что та имеет какое-то отношение к имению.
— Откуда, скажи на милость, мне это знать? — удивленно бросил он.
— Нет, ну в самом деле, — рассерженно отозвалась Кейра. — Лили же приехала из Эшвуда. Все это знают.
— Кроме меня. У меня не было причин углубляться в семейную историю Лили Боудин! Но что я нахожу удивительным в этой светской беседе — ты ведь ни словом не упомянула о том, что выдаешь себя за свою кузину.
— Это не так! — вскричала Кейра, бросив нервный взгляд на дверь. — Ты ошибаешься!
— Где же Лили? — недоверчиво спросил Деклан.
Девушка вздохнула:
— В Италии.
— Ты хочешь сказать, что твоя кузина находится там, а ты притворяешься ею?
— Ты ничего не понимаешь, — огрызнулась она. — Когда я ехала сюда, у меня не было ни малейшего намерения присваивать титул, само собой разумеется, — заявила Кейра. — Лили попросила меня приехать и присмотреть за делами имения вместо нее, так как она теперь стала графиней. Да, да, я вижу твое удивление, и верь мне, когда я говорю, что эго был сюрприз для всех нас, но это истинная правда. Пока Лили находится в Италии с миссис Канаван, я приехала сюда вместо нее. Представь же мое изумление, когда я прибыла и они все приняли меня за нее, ибо наше с ней сходство гораздо больше, чем я сознавала.