Бывшая жена

Считаю ступеньки на крыльце и успокаиваю себя. Это твой ребенок, Аня. И никто не в праве забрать его у тебя. Ни муж, который не является отцом, ни жуткая свекровь, которая покрывает гнусности сыночка.
Дёргаю ручку двери и встречаю на пороге две пары ожидающих, враждебно настроенных глаз. Всё ясно. Война, значит.
Отвечаю воинственным взглядом и кричу:
– Катя, мама пришла!
Детский топот и Катюшин голос слышится издалека. Машинально улыбаюсь. Дочь никогда не променяет мать на кого-нибудь другого.
– Анечка, а что такое… – жуть, как ласково звучит из натянутого рта свекрови. – Куда торопишься? Проходи.
– Мы едем домой, – бросаю взгляд в мужа, который пыхтящим надутым кабаном подпирает стену и ждёт, когда мать заступится и начнет выпускать козыри.
Несмотря на притворно тёплый прием, я чувствую, что у этой женщины они определенно есть. Просто время ещё не пришло.
– Как уже домой? Ничего не знаю, раздевайся, чай попьём.
Сквозь два тела, застывших в проходе, ко мне пробивается Катя и бросается в объятия.
Я целую и прижимаю к груди свое сокровище.
– Одеваемся и едем домой, Катя. Хорошо?
Нина Арсеньевна берёт за руку внучку и разворачивает к себе.
– Катюша, а давай пригласим маму за стол… Мы же с тобой испекли вкусные кексики, пусть попробует.
На дочь это действует безотказно. Она сразу кивает и зовёт меня на кухню, чтобы похвастаться, какая она помощница.
– Они такие вкусные мама! – тянет меня за руку. – Пальчики оближешь!
– Я верю, доченька…
На кухне свистит чайник, и Катя бежит его выключать. Это исключительно её функция, неприкосновенная для других.
– Я сама выключу! – слышу её голос из кухни.
Свекровь удаляется следом за Катей.
Я стою растерянная на пороге и смотрю с претензией на Колю, который словно воды в рот набрал.
– Что за цирк, а?
– Раздевайся, – рявкает муж и, оттолкнувшись от стены, идёт тоже на кухню, где Катя со свекровью уже разливают чай.
Прощальное чаепитие – странное событие. Неловкое. Все знают, что творится, но все молчат. Из-за присутствия Кати, я полагаю, никто не хочет яростно выяснять отношения.
– И правда вкусно, – оцениваю кекс, кусок которого еле проглотила. Вкуса не чувствую, мысли вообще о другом.
– Я же помогала готовить, – дочь довольно улыбается до ушей.
– Молодец… – слабо улыбаюсь в ответ.
Свекровь вновь вставляет свои пять копеек, действуя через ребёнка:
– Катюша, а хочешь с мамой и с папой вместе куда-нибудь сходить? Погулять, поразвлекаться?
– Конечно, хочу! А можно?
Дочь начинает переглядываться со мной и с Колей. Моё терпение уже на грани. Я быстрее плесну горячим чаем в мужа, нежели буду гулять с ним вместе и делать вид, что ничего не произошло.
– Можно, – кивает Коля. – Сейчас попьём чай и пойдем…
– Сходим в следующий раз, – твёрдо перебиваю его и со звуком ставлю чашку на блюдце, показывая свой протест.
– Ну, мам, пожалуйста-а-а-а, – начинает завывать Катя.
Кажется, все трое смотрят на меня как на плохую мать, которая не хочет гулять с ребенком.
Я закрываю глаза. Вдох поглубже. Ничего личного, просто прогулка.
Киваю Кате в знак согласия, и та радостно припрыгивает на месте, мечтательно строя планы, чем займёмся в ближайший час.
– Вот и отлично, а сейчас иди, собери рюкзачок, хорошо? Можешь игрушки взять… – свекровь направляет Катю в детскую.
– Хорошо!
Она убегает. А мы остаемся наедине и снимаем маски.
– Ваш сын сказал вам, что мы разводимся? – с вызовом смотрю на женщину, а потом на мужа.
– Он сказал, что ты изъявила желание, мой сын не хочет разводиться.
Ах вот как… Интересную позицию выбрал. В ушах сразу откликаются его слова, чтоб я катилась на все четыре стороны.
– Коля изменяет мне. А вы… Находите смелость защищать его. По вашему мнению, это нормально?
– Ну знаешь, дорогая моя… – трясёт недовольно головой. – Не я в этом виновата. Разберётесь со временем. О ребенке подумай, глупая, а не руби с плеча. Вы семья, не забывай…
– Не нужна мне такая семья, понятно? И я не люблю вашего сына! Сделали из него маменького сыночка…
Коля сидит истуканом напротив и молча смотрит на нашу дуэль. Бесит.
– Ты посмотри, какая, а? – возмущается Нина Арсеньевна и смотрит как на неблагодарную. – Как прыгать в постель и обрюхатиться – так любовь с первого взгляда… А как чуть ссора, так все развожусь и ребенка забираю… Нет, деточка, так не пойдёт.
– Это не просто ссора, – встаю со стула и обращаюсь к Коле. – Да скажи ты своей матери, что не останусь больше с тобой, что не нужна я тебе, как и ты мне!
– Я не хочу разводиться, – бубнит он под нос.
– Что?
– Вот видишь, что не так, Аня? Коля хочет быть с тобой… У вас общая дочь. Или нашла кого-то на стороне?
Оба подозрительно смотрят на меня. Думаю, им хватило секунды, чтобы представить свои дурные фантазии во всех красках.
– Нет, конечно, – встряхиваю головой, когда в голову лезет лицо бывшего.
– Коля тебя бьёт? – продолжает допрос свекровь, и сама же отвечает. – Нет, никогда не было такого. Вывод один: успокоить эмоции и гордость и нормально поговорить.
Я отрицательно мотаю головой… Нет, ничего уже не изменить. Даже не хочу представлять, какие могут быть перспективы у нас с мужем. На этом браке я поставила жирный крест.
– Я. Нормально. Говорю, – отчетливо проговариваю, чтобы до них наконец дошло. – Я развожусь с вашим сыном. Точка.
Коля резко встаёт со стула и выходит из кухни.
– Ну вот… Опять моего сыночка довела, – прицокивает она и смеряет презрительным взглядом. – Чего тебе нормально не живётся, Аня? Всё же есть… Ну разведёшься ты, кому будешь нужна?
Усмехаюсь. Плевать, не её дело.
– Я нужна своей дочке.
– А что ты ей сможешь дать? Отца лишишь, – начинает загибать пальцы. – Родного дома лишишь, где жить-то будете? К матери в село поедите? А работа… Там платят гроши, побираться пойдешь?
– Смешно, – язвительно забираю бровь. – Я справлюсь, не переживайте.
– Да я за тебя не переживаю. Я за внучку пекусь… – вздыхает она. – С такой матерью-то… Нормальная ли жизнь у ребенка будет?
– Нормальная.
– Зная тебя, я вот так не думаю… – не устает вздыхать и как бы невзначай добавляет с намёком. – А если отдел опеки тобой займётся… Так кто же оставит с тобой ребенка-то?