Кофе, кот, мужчины и я (СИ)

— Да. Раздевайся здесь. Ботинки не снимай, там никто не разувается.
— Хорошо, — положив пакет на тумбочку, он снял куртку и повесил на вешалку. — Потом заодно Пикселя посмотрю, как там его хозяйство зажило.
Из-за угла блеснуло льдисто-голубым.
— Это если он еще позволит, — хмыкнула я. — Занычется куда-нибудь, фиг достанешь.
— Это пряник, — Сергей достал из пакета здоровенного пряничного кота в целлофане. — С повидлом.
  
— Класс! — я хищно облизнулась. — Как раз к кофе. Спасибо!
— Это магнит. Нижегородский кремль. А это… — он вытащил пакетик с магнитом и маленькую картонную коробочку. — У нас там есть войлочная фабрика, валенки всякие делают, тапки и прочие штуки. Я подумал, тебе понравится.
— Для валенок маловато что-то, — я открыла коробочку и чуть не завизжала от восторга.
В деревянном резном креслице сидела войлочная мышка, одетая в розовое платье и серую вязаную шаль. Мордаха у нее была настолько шкодно-умилительная, что я невольно заулыбалась. И… чмокнула Сергея в щеку.
— Спасибо, Сереж, такая классная! Только придумать надо, куда ее поселить, чтобы Пикс не добрался. У него есть две мышки игрушечные, подумает, что и эта тоже ему.
Временно поселив мышь за стеклянной дверцей буфета, мы поднялись к Юре. Народ только начал собираться. Я представила Сергея, и тут пришли Енотаевы.
— Ну и где твой ветеринар, Соня? — спросила Наташа, входя в комнату.
Тут она увидела Сергея, завизжала и с воплем «Покровский!!!» повисла у него на шее.
— Интересное кино, — хмыкнул Антон и вопросительно посмотрел на меня.
  
Глава 31
 
Я пожала плечами: мол, ничего не знаю.
— Мы в ветеринарке вместе учились, — пояснила Наташа, отлипнув от Сергея. — Только Серега на два курса старше. И в клинике учебной все вместе работали. Я, Оля, Толик, Светка, Серега и Марьяна.
Тут она запнулась и покосилась на меня.
— Наташ, с Марьяной мы развелись, — спокойно сказал Сергей. — Очень рад тебя видеть. Ты все в карантинке?
— Нет, давно ушла. Ольга переманила в клинику, где сама работала. И Светку с Толиком. А потом меня выперли оттуда, там начальница была совершенно неадекватная баба. Ну мы все ушли и свою открыли. «Лапы и хвост», на Комендантском. Не слышал?
— Так это вы? Мы еще над названием постебались маленько.
— Зато глаз цепляет, — махнула рукой Наташа. — Клиент идет. А с вашей как?
— С нашей сложно, — поморщился Сергей. — Ничего, разберемся.
— Как все-таки тесен мир, — патетически всплеснула руками Марина.
— Да нет, не особенно, — возразила Наташа. — Просто все питерские ветеринары, если не понаехавшие, учились в ветеринарной академии. Сейчас она уже университет. Есть еще зоотехники всякие, но это не то. А если ветеринары примерно одного возраста, то наверняка хотя бы шапочно, но знакомы. Если что и тесно, так это то, что мы встретились именно здесь.
— Але, народ, мы играть-то будем? — Юра надел ковбойский стетсон, и все начали рассаживаться.
Мы с Сергеем попали в мафию, и мафия опять выиграла. Правда, меня на этот раз повесили по итогам первого дня, и мне пришлось разносить пиццу и пиво.
— А обыватели когда-нибудь вообще выигрывают? — спросила я Марину, собирая после игры пластиковые тарелки и стаканы.
— Ну… — задумалась она. — На моей памяти раза два было. Или три. А я играю третий год.
Народ потихоньку расходился, Сергей разговаривал с Юрой и Пашей. Он действительно вписался, чему я была страшно рада.
— Ну как, будешь с нами играть? — спросил Юра, когда мы вышли в прихожую.
— С удовольствием, — ответил Сергей, пожав ему руку.
— Тогда пусть Сонька тебя в чат добавит, мы там все обсуждаем. Приходи.
— Ну что, кофе с пряником? — спросила я, когда мы спустились ко мне.
— Тот самый особый кофе? — Сергей наклонился расшнуровать ботинки, и из-за угла снова полыхнуло голубым. — Тапки дашь?
Я достала гостевые тапки, а ботинки спрятала в шкафчик, да еще воткнула в дверцу обрывок газеты, чтобы Пикс не смог поддеть лапой.
— Сурово, — заметил Сергей.
— По законам военного времени. Пойдем на кухню.
Первым делом я проверила мышку — с ней все было в порядке. Потом занялась кофейным колдовством, а Сергей сел на диванчик — туда, где обычно сидела я, глядя во двор. Только он смотрел на меня, я чувствовала спиной. Аж зачесалось между лопатками.
— Пиксель где-то в норе? — спросил он.
— В норе. И не выйдет. Если под кроватью, то разве что шваброй вытащить.
— Ладно, не надо. Хотя я бы, конечно, глянул, что там у него. На всякий случай.
— Тогда следи. Если соберется гадить в твои ботинки, пройдет мимо, иначе никак. Увидишь — лови.
Я разлила кофе по кружкам, разрезала пряник на кусочки. Он и правда оказался свежайшим и вкуснейшим, прямо таял во рту. Мы обсуждали игру, я рассказывала то, что знала, о компании, Сергей — об учебе в ветеринарной академии.
— У нас там есть клиника, и мы в ней работали. Ну как практика. Сложился свой кружок, с разных курсов. И в «Мафию», кстати, играли. Ну и… Марьяна тоже, — он едва заметно поморщился.
— Сереж, а у вас дети есть? — спросила я.
— Нет, — ответил он так, что я поняла: лучше вообще этой темы не касаться.
Впрочем, он тут же заговорил сам.
— Мы поженились на последнем курсе. После выпуска назанимали где могли денег, открыли клинику. Молодые, наглые, самоуверенные. И все получилось. И работалось нам хорошо вместе. А вот личное потихоньку начало сдуваться. Слишком уж мы разные были. И есть. Работа долго держала, а потом стали друг друга раздражать. Чем дальше, тем сильнее. Пока не решили, что все, хватит. Развестись-то развелись, а в клинику все и уперлось.
— А ее нельзя просто закрыть? — спросила я, собирая крошки пряника.
— Можно. Ликвидировать по взаимному согласию владельцев. Но я не хочу. И продать ей свою долю не хочу. А она не хочет продать свою долю мне. Хотя, я думаю, скорее, из вредности.
— Но если вы не договоритесь, так и будете работать вместе?
— Нет, — Сергей допил кофе и поставил кружку. — Тогда суд обяжет нас клинику продать и деньги разделить.
— В горной речке утром рано утонули два барана.
— Ну да, — согласился он. — Как-то так. Но с какой стати я должен отдавать то, во что вложил свой труд, и начинать с нуля?
— Но ведь если продавать, все равно придется начинать с нуля.
— Я все-таки еще надеюсь договориться.
— Ну удачи!
Я постаралась, чтобы это прозвучало без иронии, а как пожелание.
— Спасибо, Соня. Кофе и правда волшебный. Ну… мне пора.
Что, и все? Просто супер.
Я представила, как будет ехидничать Пикс.
Но кофе, походу, был и правда волшебным. Потому что Сергей встал, посмотрел на меня искоса и спросил неуверенно:
— Сонь, а может, мы сходим куда-нибудь?
— Давай, — я расползлась в улыбке.
— Я завтра на сутках. Как насчет послезавтра вечером?
— Хорошо. Может, в кино? Тыщу лет в кино не была.
На самом деле в кино я была не так давно с Юрой, но этот вариант показался мне оптимальным для первого свидания. Достаточно нейтрально, а если что-то пойдет не так, то хоть фильм посмотренный останется в сухом остатке.
— Договорились. Я позвоню.
Мы вышли в прихожую, и Сергей достал ботинки из шкафчика.
— Так и не выходил, — сказал, присев на корточки и завязывая шнурки — Я следил. Ну ладно, будем надеяться, что все и правда зажило хорошо.
Он надел куртку, я открыла дверь. Мы стояли у порога и смотрели друг на друга. А потом Сергей наклонился и поцеловал меня.
  
Глава 32
 
Так мягко, тепло и улыбательно, что хотелось мурчать и переступать лапами.
  
Я наконец поймала это ощущение — рядом с ним было именно тепло и уютно. Может, кому-то и нужны страсти-мордасти, чтобы через плечо и в койку, все эти «агрхм, моя», синяки на заднице и засосы на шее. Ну а мне всегда хотелось нежности и ласки. Наверно, по натуре я была кошкой. И с Кириллом мне не хватало этого — какие там эмоции, человек-параграф.