Иоанна Хмелевская (Избранное)
Известие об отъезде мужа в Копенгаген выбило Марину из равновесия. Уехал и бросил её в неизвестности! Ну как такое вынести? Значит, нечего ей ждать звонка из больницы, а ведь она уже настроилась на такой звонок. А он в Копенгагене! Интересно, доехал туда живым или как? Может, сейчас кончается в аэропорту? Все равно обязаны известить жену, хоть бы и по-датски. И вообще, какая нелёгкая заставила его мчаться в Копенгаген? Так расстроился, что ворота сломаны и до сих пор не исправлены? И что ей делать? Заняться починкой ворот? Ведь теперь от их неисправности никакой пользы, все равно драгоценный свой «ягуар» Кароль оставил на платной стоянке, да и драться угонщикам не с кем. Во всем полная неясность. Когда он вернётся, в каком состоянии? Может, эти проклятые тисовые ягоды действуют не сразу?
На Юстинку Марина накинулась с единственным безопасным вопросом: как быть с воротами? Ведь это не сервис, а издевательство над клиентом, ну никакой ответственности у людей, до сих пор ничего не сделали, знай несут какую-то ерунду «менять — не менять», а как она без мужа может решиться, ведь за новые придётся много платить. И почему он не дал на этот счёт никаких указаний?
— А где дядя? — невинным голосом поинтересовалась племянница.
— Вот именно, где! — снова взвилась тётка. — Представь себе, в Копенгаген понесла нелёгкая, а я даже не знаю, когда вернётся. Бросил меня в нервах, я и словечка от него не услышала…
Вспомнив о своём алиби, Марина захлопнула рот. Надо ведь убедить в нем племянницу, рассказать, где была, что делала. Господи, время растягивается, как жевательная резинка…
А Юстинка вдруг, вопреки всякой логике, испытала очень неприятное ощущение. Ясное дело, тётка приставила к дяде Конрада. Парень вроде бы говорил с ней искренне и все же обманул. Хотя нет, не обманул, просто кое-что скрыл. Наверное, детектив обязан так себя вести, но ведь сам же договорился о встрече! А может, для того и договорился, чтобы из неё что-то вытянуть, так сказать, облегчить себе работу, а она-то, дурёха, и уши развесила, размечталась, что понравилась ему. Как же!
А девушка понимала, что хочет нравиться этому парню. Должна же она, в конце концов, кому-то нравиться! Не уродина какая-нибудь.
Ладно, об этом она подумает позже, в спокойной обстановке, а пока Юстина позволила тётке изливать на неё свои эмоции. Стояла покорно, как корова, которую доят.
Марине нужно было выговориться, но изливать эмоции приходилось осторожно и дипломатично, скрывая ненависть к мужу и демонстрируя заботу и любовь. Не страстную, но все же любовь. И главное — не забывать об алиби.
Оставив собственные чувства на более удобное время, Юстина заставила себя слушать, о чем толкует тётка, и поразилась.
— …Видишь ли, моя дорогая, оказывается, это одна шайка. Все наши казино. Они сообщают друг дружке сведения о своих клиентах, доносят на них. Знаешь, мне припоминается, что там всегда полумрак, в этих притонах, да и в холлах вечно темно, так что он свободно мог сойти за другого. Ты как считаешь? Чёрная копна на голове до неузнаваемости его изменила, только этот кретин не сообразил, что надо было и брови себе чёрные намалевать, а не оставлять свинячьи белобрысые. И я его не надоумила, а теперь жалею. Ты как считаешь, это преступление?
Юстина растерялась. Общими словами не отделаешься, а тётке вовсе незачем знать, что она думала о своём и не слушала, сразу станет допытываться — с чего вдруг такая рассеянная? Пришлось схитрить.
— Вас, тётечка, интересует, преступление ли брови красить?
— Да нет, я о паспорте. Ведь он же старался подделаться под фото на паспорте своего коллеги. А коллега уж такой лохматый, ну просто жуть. Это ведь не преступление?
— Использование чужого паспорта является уголовным преступлением и влечёт за собой наказание до пяти лет лишения свободы, — автоматически процитировала Юстина, не понимая, с каким это криминальным элементом свела тётка знакомство. — Все зависит от того, с какой целью человек пользовался чужим паспортом и каковы последствия.
А может, тётку интересует, сколько лет полагается коллеге за лохматость?
Юстина повесила куртку на вешалке в прихожей и, вздохнув, забросила рюкзак на третью ступеньку лестницы. Сбежать к себе не получится. От тётки так легко она сегодня не отделается. Что-то такое приключилось, что она себя не помнит от волнения. Да и есть хочется, в кафе они с Конрадом оба как-то забыли о еде. Может, хоть чаю попить?
Марина вслед за племянницей отправилась в кухню. Она ведь так и не позаботилась о своём алиби.
— «С какой целью, с какой целью»! Говорю же тебе — чтобы проникнуть в казино. Тоже мне последствия! Пусть даже опять поскандалит малость и что-нибудь у них разгромит. Но не обязательно. Не похож он на патологического буяна. Говорю тебе, он продержал меня в машине не меньше часа, должно быть, надо было человеку выговориться. И всю дорогу размахивал своим лохматым париком. Я его все же побаивалась, нарочно остановила машину у полицейского участка. И из-за этого типа опоздала в магазин с покрывалами, зато встретила Изу и заговорилась с ней, а дома Кароля уже не застала. Не люблю я, когда он вот так, не попрощавшись, уезжает. Обязательно попросила бы купить в Дании ремуладу, у меня вся вышла, а разве он сам догадается?
Не прошло и получаса, и Юстина получила полное представление о том, как её тётя провела этот день. Рассказывала тётка сбивчиво, все время повторяясь, причём самой заметной фигурой в событиях минувшего дня стал кретин в лохматом парике. Он вырос прямо-таки до гигантских размеров, вдобавок к нему каким-то боком прилепился ещё и клиент, сбежавший от таксиста. Вот это обстоятельство наконец-то привлекло внимание племянницы.
— Таких просто обожают угонщики, — заметила она со знанием дела. — Ведь они создают суматоху, отвлекают охрану. Иногда угонщики и сами этим занимаются. Знаете, тётя, украсть машину с охраняемой стоянки, когда все таращатся на драку или ещё какой скандал, очень просто. Похоже на то, как опытные воры создают искусственную толкучку…
— Что ты говоришь! — в волнении воскликнула тётка. — Надо же, как мне такое не пришло в голову?
— А с чего оно должно приходить вам в голову, тётечка? — удивилась племянница. — Вы же не занимаетесь угонами автомашин.
— Не занимаюсь, но как бы тебе объяснить… меня это тоже касается! Дядя оставит машину или я сама…
— Если тётя собирается оставлять машину у казино, на всякий случай следует проверить, нет ли в этом казино вашего знакомого в чёрном парике, — посоветовала Юстина. — Можно, я пойду спать? Уже поздно, а у меня первая пара.
Тётка обиделась:
— Тебе хорошо, а я тут все одна да одна. А почему ты сегодня вообще так поздно вернулась? Ну ладно, ладно, отправляйся спать, никому я не нужна…
Юстина не стала спорить, по опыту зная, что утешение затянется надолго. Она и в самом деле устала, да и о своих проблемах надо подумать.
Это, конечно, не правда, что она совсем уж никому не нравилась. Нравилась, причём многим. Да вот только не тем, кому надо. А надо, чтобы понравилась Петру. Был у них такой старшекурсник, ну вылитый Грегори Пёк. Правда, женатый, но собирался разводиться. Юстинка же не из тех, кто спешит ловить свой шанс, к тому же красавец Пётр был избалован женским вниманием. Короче, сложный случай. И следует заметить, что на Юстинку этот Пётр как раз не обращал внимания.
И тут очень кстати подвернулся Конрад, а то она совсем уже потеряла веру в себя. Девушке нужно, чтобы ею увлекались, а он явно увлёкся. Да и ей понравился, когда выяснилось, что у парня не только приятная внешность, но и в голове кое-что есть. Но вдруг она узнает, что Конрад только притворялся увлечённым, на самом же деле его интересовал дядя, а не она, ну и тётка ещё интересовала. И наверняка у него уже есть девушка, а гарем ему не нужен. Нет, не так, надо все спокойно и хорошенько обдумать. Хотя зачем? Ведь все равно больше она с Конрадом не встретится.
Так Юстина и заснула — не разобравшись в своих чувствах.