Роза для герцога

— Какая горячка?
— Ты что, ничего не помнишь? — спросила Розалин, хмурясь. — Про скверну… — добавила она шёпотом.
Нет, ни о какой скверне Андриан не помнил. Он оглянулся на дверь, которую оставил открытой, и велел стражнику её прикрыть.
— Теперь можешь говорить.
Она кивнула и вкратце пересказала события этой ночи. Зря Андриан полагал, что чернокнижники постараются как можно дольше не выдавать своего присутствия. Раз с другими жителями замка у них ничего не вышло, они нацелились выше и решили избавиться от герцога, владевшего этими территориями.
— И ведь им почти удалось! — Андриан с трудом мог сдерживать гнев. — Ими точно кто-то руководит. По одиночке они не действовали бы так смело.
Благо Андриан уже договорился об аудиенции с королём, осталось только объяснить ему, почему именно от чернокнижников сейчас исходила угроза.
— Розалин, спасибо, что спасла мою жизнь. Снова… И несмотря на нашу ссору. — Он вновь потянулся к её руке, но замер всего в нескольких сантиметрах. — Ты позволишь?
— Только сегодня, — шепнула она смущённо и отвела глаза. — А ссора… Знаешь, когда я думала, что тьма тебя убьёт, наша размолвка показалась мне такой глупостью.
Андриан не ожидал услышать от неё эти слова. А ведь их ссора и впрямь сущая глупость — он поступил, как дурак, когда повёл её на тот обед, а она восприняла его ошибку как преднамеренную обиду. А ведь у него и в мыслях такого не было.
Он уже увереннее взял её ладонь и приложил к губам, как и в первый раз, когда она его излечила. Но если тогда этот поцелуй пьянил, то теперь он лишь раззадоривал голод. Все эти дни Андриана сжигало ни с чем несравнимое по силе желание. Оно заставляло его искать встреч с Розалин и требовало запретных прикосновений. Иногда ему казалось, что если он не увидит эту вспыльчивую инару, то потеряет рассудок. И вот теперь она сама дала ему разрешение к ней прикоснуться.
Потянув её руку на себя, он коснулся губами её запястья и ждал, что она оттолкнёт его, обвинит в самонадеянности и наглости. Но инара, замерев и едва дыша, молчала.
Андриан обронил ещё один поцелуй, уже смелее, и медленно скользнул ладонью по её бедру. Лёгкий шёлк сорочки пополз вверх, оголяя колени. Прикосновение к её коже, нежной и горячей. Столько времени терзавшее его желание завладело и телом Андриана, и сознанием. Кровь будто закипала. Он горел, но на этот раз не от болезни, а от нестерпимого влечения.
Его взгляд скользнул по юному и фигуристому телу инары. Эта сорочка… мешала. Он вновь потянулся к подолу, чтобы дёрнуть его вверх. Стащить с неё эту тряпку, дорогую, но совершенно не нужную.
— Розалин, ты прекрасна, — сорвалось с его губ. И инара вздрогнула, будто очнувшись от наваждения.
— Андриан, прошу, не надо, — взмолилась она, вцепившись в его плечи и наконец отталкивая. Её жест отдавался в душе Андриана болью. Эта девушка — его мучение.
— Почему, Розалин? Почему?
Она сделала глубокий вдох и выдохнула медленно, прерывисто, выдавая своё волнение.
— Потому что нам нельзя быть вместе. Я не могу остаться на севере. Ты же понимаешь, что всё это неправильно.
— Да нет ничего неправильного! — Он сам не заметил, как вцепился в тонкую ткань её сорочки, смял её так же, как хотел бы смять эти запреты. — Есть только ты и я. Я не могу без тебя, понимаешь?! Я схожу с ума, когда не вижу тебя. Но когда вижу и не могу даже прикоснуться, это в тысячу раз страшнее пыток. Пожалуйста… — Он упал перед ней на колени и приложил её ладонь к своему сердцу. — Пожалуйста, не мучай меня. Я обещаю, что не оставлю тебя никогда, буду любить и не дам никому в обиду. Только не отталкивай меня больше. Розалин… — Он заглянул ей в глаза, и всего мгновения хватило, чтобы понять: ей так же сложно, как и ему. Эта тяга терзает её ничуть не меньше. — Просто доверься мне, — прошептал он, запуская руку под подол её сорочки и скользя по бархатной коже бёдер.
Она вздрогнула и закусила губу, но вместо очередного укора или отказа, просто кивнула. Доверилась. И плавилась в его руках.
 
Они заснули после рассвета, а проснулись, когда солнце поднялось уже высоко. Марево желания спало, и Розалин испуганно смотрела на возлюбленного, а именно таковым теперь Андриан для неё и являлся. Так долго она противилась этой близости, так старалась не упасть в эту пропасть. Но несколько его слов, и вот она уже летит вниз. Вчера он обещал, что всегда будет рядом. Но как он может быть рядом, если её место на юге, а его здесь, на севере?
— Розалин, всё будет хорошо, — Андриан, ещё сонный, обнял её и прижал к груди. — Вот увидишь.
Ей хотелось верить его словам, но где-то глубоко в душе, она чувствовала, что счастье не могло достаться ей так просто.
— Даже не представляешь, как мне не хочется уезжать. Я постараюсь, вернуться как можно раньше, — сказал он, целуя её в макушку.
— Уезжать? Куда? — Она высвободилась из его объятий.
— В столицу. На аудиенцию к королю. Ты забыла?
Да, она об этом совсем забыла.
— Я поеду с тобой, — сказал она решительно. — На тебя в любой момент могут снова напасть. И если меня не будет рядом…
— Напасть на меня в столице? — Он усмехнулся беззаботно и снисходительно.
— Да где угодно. И ты мне вчера обещал, что не оставишь. — Пусть он говорил и не о подобных поездках, но сейчас она не готова была отпускать его в одиночку.
— Ну… я всё равно уже представил тебя другим герцогам. Так что, думаю, и в столицу вместе можно наведаться. Заодно прогуляешься по Дворцовому саду, пока я буду беседовать с королём.
— А он красивый? Этот сад.
— Не такой, как Каринэйский. На юге растут самые прекрасные цветы, особенно хороши там розы, — ответил он с улыбкой и зачем-то ей подмигнул.
 
Столица находилась за Айрасскими горами. Поэтому они точно также заночевали в гостевом доме в предгорье и наутро отправились дальше. Когда дорога начала огибать горы, превращаясь в серпантин, Розалин и Андриан настороженно смотрели в окно, где тонкая полоска дороги граничила с пропастью.
«А что, если тот сон про рухнувшую в обрыв карету был вещим?» — каждый из них задавал себе этот вопрос.
Но карета, потрясываясь на осыпавшихся со скал камнях, уверенно двигалась вперёд и к вечеру оставила позади и ту гору, на которую они поднимались в прошлый раз, и следующую за ней. Когда на землю начал опускаться сумрак, а вместе с ним и роса, карета наконец выехала на ровную дорогу, а впереди замаячила длинная крепостная стена города Айир, столицы Северной половины Кресанта.
— Какой большой замок! — удивилась Розалин, всматриваясь в темнеющую равнину, удобно устроившуюся меж высоких гор.
— Это не замок, — ответил Андриан. — Просто со стороны равнины город обнесён стеной. На самом деле, Айир — это одно из самых безопасных мест. К нему ведёт только одна горная дорога, и она всегда на виду.