"Фантастика 2023-138". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Этот караван был в довольно дорогой комплектации, для северных штатов, что позволяло комфортно жить в нём даже при уличной температуре минус сорок градусов по Цельсию. Я вполне освоил его, пока жил в Бразилии, кровать тоже обновил, и не с одной подругой. Вообще мне этот автодом нравился: и вид современный, в виде серебристой капли, и есть где жить при нужде, даже если зима вокруг.
А вот большой автодом я засветил только однажды, в Бразилии. Одна жопастая дивчина никак не соглашалась ко мне в гости зайти, марки посмотреть. Но вот ради того, чтобы в таком доме побывать, она была на всё согласна, чем я и воспользовался. Только дом потом побыстрее убрал, а то в Штатах до сих пор стояла шумиха в связи с его кражей, названной «кражей века».
Сейчас, проехав Киев, я съехал с дороги, пешком в сапогах прошёл дальше в лес, где нашёл полянку. А кругом ещё сугробы, весна, капель, сыро. Вот я и встал на ночёвку именно в караване. Поставил его на полянке, включил отопление от бензогенератора, принял душ и лёг спать.
А когда стемнело, я двинул дальше и на рассвете въехал в Москву на ГАЗ-63: он привлекал куда меньше внимания, чем хромированный и яркий американец. Город ещё не проснулся, хотя пешеходы уже встречались. Мне навстречу прошёл первый утренний трамвай.
Свернув в проулок, я убрал машину в Хранилище, свидетелей не было. Потом одёрнул куртку и направился к трамвайной остановке. Я хотел заглянуть к тому кадру, к которому Левашов должен был отвезти Анастасию Андреевну с Лерой. Времени прошло достаточно, если меня там поначалу и ждали, то все посты давно сняли.
Но сперва домой, на квартиру, где я прожил два года. Если там чужие, это намёк, что дело плохо и у генерала ничего не вышло. Дальше стоит взять свидетеля и всё выяснить. Хотя, возможно, что и получилось, но Левашова отправили с глаз долой куда-нибудь подальше служить, и потому квартиру другому отдали. Тоже вариант. Вот дача на нас записана, генерала ею наградили и вряд ли заберут, так что для проверки ещё и туда загляну.
Дождавшись трамвая, я поехал по первому адресу, на нашу бывшую квартиру. Лицо шарфом прикрыл, а то загорел до черноты, ещё за иностранца примут, тем более что и одежда соответствовала, я её в Штатах купил.
Я без препятствий прошёл в подъезд и, подойдя к двери нашей квартиры на втором этаже, прислушался. Потом открыл дверь и, ступая на цыпочках, вошёл. Тут точно чужие живут: на вешалке шинель танкиста, полковника, женские вещи, детские, для двух разнополых детей. Я заглянул в комнаты, там ещё спали. Ну, так и есть, тут проживала новая семья. Я всё также на цыпочках вышел из квартиры и тихо прикрыл за собой дверь.
Я снова сел на трамвай и поехал на окраину города. Там достал «Победу» и, разбрызгивая весеннюю грязь, покатил в направлении правительственных дач. Остановился в стороне и дальше добирался пешком.
Перебравшись через ограду, я перебежками двинул до нашей дачи. Она была пустая, вообще без личных вещей. Всё обезличено, с инвентарными номерами. Похоже, дача уже была подготовлена для передачи кому-то другому. Тут я и передневал, а дождавшись темноты, покинул дачи и вернулся в город.
Вернувшись в город, я добрался до дома, где проживал знакомый Левашова. Это было частное подворье. Хозяин давно ушёл со службы и сейчас работал в гражданской авиации. Его дома не оказалось, только семья. Видимо, сам он был в рейсе.
Я решил дождаться его. Место для наблюдения подобрать было сложно, везде жили люди, не устроишься. Поэтому я нагло достал ГАЗ-63, который тоже был с печкой, и сидел в кабине, чуть в стороне от дома, поглядывая на нужное мне подворье.
Когда рассвело, я остался на месте. Ко мне пару раз подходили местные жители, левака подбросить: то одно им перевезти нужно, то другое. Я отвечал, что я, мол, брат шофёра, он отошёл. И вообще, машина повреждена, не на ходу, придётся буксировать.
Так весь день и просидел и только вечером приметил мужчину в форме гражданского воздушного флота. Он. Стронув машину с места, я покатил ему навстречу. А подъехав, открыл дверь и сказал:
– Здравствуйте, дядя Лёша.
– Тимофей? – удивился он.
– Терентий, – вздохнул я. Все путают.
Я спрыгнул с подножки. Грузовик тарахтел на холостом ходу.
– Что там с отцом? – спросил я. – А то я на югах был, не в курсе.
– Так посадили его, ты разве не знаешь?
– Вот как? А как же Анастасия Андреевна с Лерой? Он же их к вам повёз.
– Так ты знаешь?
– Знаю.
– Забрали их.
– Сдали? Можете не отвечать, вижу, что сдали. Садитесь в машину, пообщаться нужно.
– Да я тебя…
Он замахнулся и шагнул ко мне, но я резко присел и пробил ему в солнечное сплетение. Пока он, полусогнувшись, сипел, пытаясь заново научиться дышать, я одним движением закинул его на пол кабины.
Сам забрался следом, прибрал ему ноги, чтобы мне не мешали, и, стронувшись с места, покатил к выезду из города. У меня был «язык», и требовалось провести полевой опрос. Заодно узнаю, что за обстановка в стране, а то газету я так и не успел купить.
Уехал недалеко, встал на развалинах каких-то складов. Место было безлюдное, самое то. Перетащил своего связанного «языка» из кабины в кузов. Я поднимал его без труда, так как накачал своё тело пси-силой. Вот там, в открытом кузове без тента я с ним и пообщался. Очень плотно.
Потом пристрелил бывшего однополчанина Левашова, а тело оставил в развалинах. Покинув город, я сменил машину на вертолёт и полетел в сторону Архангельска. Всё, что мне требовалось, «язык» рассказал.
Для начала, Сталин жив и почти здоров. Не знаю, как уж так получилось, но Хрущёва и ещё нескольких политиков арестовали, осудили и сослали в лагеря, а двух и вовсе расстреляли. Так что Коба продолжал править, хотя и болел. Говорят, преемника себе искал.
А Левашова с замом сдал тот, к кому они обратились с просьбой устроить им встречу со Сталиным. От них узнали, где находятся Анастасия Андреевна с Лерой, и забрали их. А бывшего майора запугали, угрожая расправой с семьёй, так что он не рыпался. Сказали ему, что если я появлюсь и он сдаст им меня, серьёзно его отблагодарят.
Через знакомых бывший майор узнал, что Левашов сидит где-то в районе Воркуты, а остальных Левашовых сослали на поселение куда-то к Архангельску. Точного адреса он не знал. Ничего, сам на месте узнаю.
Подумав, я развернулся и полетел обратно в Москву. Поторопился я покинуть её. На «Победе» доехал до дома, где жил тот, кто сдал отца и его друга. Вырубил предателя, связал и утащил волоком в кабинет, где жёстко допросил. Узнал, что Левашов находится в Воркутлаге, узнал и точный адрес поселения Левашовых под Архангельском.
Потом тюк топориком по голове – и предатель был уничтожен. Я покинул его дом и на этот раз действительно полетел в сторону Архангельска.
Пролетел километров двести, после чего пошёл на посадку. Нет, заправляться было рано, хотя заправку я и провёл, просто светало, а я предпочитал пользоваться ночным временем. Так что устроился дневать в своём караване.
А когда стемнело, я полетел дальше. Шёл на трёхстах метрах, скорость держал сто пятьдесят километров в час. Не заблудился: сначала летел вдоль железной дороги, служившей мне ориентиром, потом на запад ушёл. Так и добрался до закрытого посёлка, где все были невыездные.
Тут было заметно холоднее, минус десять ночью. После посадки, обслужив и заправив машину, я убрал её в Хранилище. Ладно, теперь пробежимся, нужно найти, где находятся Анастасия Андреевна с Лерой. Начну с них.
Бревенчатые избы и бараки стояли хаотично, ограды не было. Не тюрьма, но и уйти не было возможности: поди погуляй по тундре – быстро чьим-то обедом станешь, если не замёрзнешь.
Приближаясь к домам, я прижимался к брёвнам срубов, чтобы видеть вглубь строений как можно дальше. Спустя час таких поисков я обнаружил Леру, которая тревожно спала, сжавшись комочком на нарах. А вот Анастасии Андреевны я что-то не видел.
Я открыл дверь, закрытую изнутри щеколдой, потом ещё одну и вошёл в достаточно тёплое помещение, где на нарах спало довольно много народу. Это был явно женский барак, но здесь находились и дети.