Избранное (СИ)

– Только не говори, что ты правда влюбился в Лили, – заметил Дэйв, закидывая ногу на ногу. – И что она предпочла меня, поэтому ты ее убил. Это просто пошло, в конце концов!
– Нет! – вскричал Дэниел так пылко, что я усомнился в своих выводах. По-моему, при жизни он бы промолчал. – Чтобы я влюбился в эту вульгарную девицу?!
«А кровь не водица, – хмыкнул я про себя. – Старший Бейнс выразился бы точно так же!»
– Тогда какова причина? – уже нетерпеливо поинтересовался инспектор. – Я просто любопытствую. Сами понимаете, смерть закрывает все счета.
Я вообразил наручники, с помощью которых можно задержать призрака, и суд, который выносит ему приговор… и помотал головой. Брр, надо больше спать. Но если выбирать между сном и Майей…
– Лили была воровкой! – с раздражением ответил Дэниел. – Она просто грязная воровка! И ладно бы крала по мелочи, но ведь она замахнулась на работу великого Бенвенуто Челлини…
– Постойте! – перебил я. – Вы о том кулоне на порванной цепочке?
– Кулоне?! – по-моему, не будь Дэниел призраком, его бы сейчас хватил удар. – Это не кулон, это медальон исключительно тонкой работы. Челлини сделал его для супруги герцога Миланского… Да, он был очень плодовит и создал уйму безделушек, но эта вещь уникальна. Она считалась утерянной! Вы хотя бы можете вообразить ее ценность?!
Хм, интересно, где же Генри ее стянул?
– Сто тысяч? Двести? – предположил Рассел, чуть подавшись вперед.
Дэниел презрительно скривил губы:
– Вы все меряете в деньгах? Настоящее искусство бесценно!
– А можно ближе к делу?
– Поменьше болтай, – изрек призрак Генри. – Давай уже, сознавайся, сколько можно кошку за хвост тянуть!
И он, подмигнув Майе, уплыл куда-то в сторону.
– Да, я убил ее, – выговорил Дэниел. – Нечаянно. Толкнул и… Но я ни о чем не жалею, так и знайте! – грудь его бурно вздымалась, как будто в ней по-прежнему отчаянно колотилось сердце. – Эта мразь украла сокровище! Настоящее сокровище! Подглядела, как я смотрю на него, и…
– А почему вы раньше его не взяли? – спросил инспектор. – Как только увидели?
– Витрина была заперта на ключ, – нехотя признался Дэниел. – А я же не наследник, не мог потребовать, чтобы ее открыли. Хотел Тоби привести, а тут как раз эти дурацкие танцы. Я пошел еще раз полюбоваться и…
– И увидели, как Лили вскрывает замок какой-нибудь шпилькой для волос? – подхватил Рассел и почесал переносицу. – Почему же вы не подняли шум?
– Я хотел! Выскочил за ней в сад, начал уговаривать, чтобы она вернула медальон. Я же хотел по-хорошему!
– А она не вернула, – сказал Рассел утвердительно.
– Еще бы, – хмыкнул вдруг Дэйв. – Старушка Лили своего не упускала.
– Своего?! – Дэниел воспарил к люстре и, кажется, даже увеличился в размерах. – Она украла! И смеялась, говорила, что продаст и заживет припеваючи. Я сказал ей, что она не сумеет. Ясно же, что такую вещь просто так на аукцион не выставишь, нужны документы, а любой эксперт, если он не мошенник, сразу поймет, что это за вещь!
Мы переглянулись с Расселом. М-да, похоже, у наследников с этим сокровищем будут проблемы.
– А она… – продолжил Дэниел, сжав кулаки, – она сказала, что тогда отдаст ее на переплавку. На переплавку, представляете?!
– И вы рассердились, – Рассел почесал бровь. – Сдернули с ее шеи медальон, порвав цепочку. Вот откуда те царапины на шее! А потом толкнули.
– Не так. Я схватил медальон, а она попыталась вцепиться мне в лицо, но промахнулась – я подставил плечо. Я ее отпихнул, но медальон не выпустил, – сказал призрак. – Цепочка лопнула, а Лили упала и… Я не хотел! Не хотел ее убивать!
– Ясно, – вздохнул инспектор. Понятно теперь, как Лили сломала ногти. – Спасибо, что рассказали. Ладно, дело закрыто. Что, говорите, надо сделать с тем кинжалом?
– Я не знаю, – растерянно признался Дэниел, повернулся и позвал: – Мистер Уоррен!
– Ну что тебе? – тут же возник рядом Генри.
По-моему, он никуда и не исчезал, просто на время сделался невидимым.
– Инспектор спрашивает, что делать с кинжалом? – добросовестно повторил Дэниел.
  
– Да я сказал ведь уже! – рассердился Генри. – Похоронить вместе с ним. Он теперь страж сокровища, хе-хе.
И ткнул пальцем в Дэниела.
Потом прислушался к чему-то и вдруг как-то затрепетал.
– Ладно, нам пора. Только вы не вздумайте всякие экзорцизмы проводить!
– Но… – попытался что-то вякнуть Дэниел. Генри молча сцапал его за шкирку и куда-то уволок.
И тут в дверь настойчиво позвонили.
– Полагаю, это прибыли специалисты, которых я вызвал, – сказал я, чтобы покончить уже с неприятной обязанностью. – Миссис… Прошу прощения, мисс Уоррен, разрешите их впустить?
– Конечно, – кивнула она. – Хотелось бы избавиться от… хм… вредоносных артефактов. Думаю, вы сами покажете им, что к чему?
– С вашего позволения, – ответил я.
– Я в таком случае сделаю еще чаю, вдруг им захочется выпить по чашечке с дороги, – сказала новая хозяйка Эбервиль-хауса, взяла чайник и ушла на кухню.
– Я помогу, – неожиданно сказала Хелен, опередив Эстер с Фионой, собрала посуду на поднос и отправилась следом.
Я посмотрел на Дэйва. Тот пожал плечами, мол, тоже ничего не понял.
Ну а мне осталось только идти открывать дверь.
– Добрый вечер, – сказал старший в группе, Арчибальд Уэйн. Господа из этого подразделения всегда напоминали мне доберманов, а он – бульдога, даже не знаю почему. Внешне никакого сходства не просматривалось – худой, жилистый, чуть ниже меня ростом, с острыми чертами лица, а вот поди ж ты! – Показывайте, Нолан.
– Идем, – кивнул я. – Сперва кинжал?
– Да, для разминки, – ответил Уэйн. – Я так понимаю, вторая вещь в присутствии… гм… нивелирующего фактора безопасна?
– Да. А кинжал прежний владелец завещал похоронить с новым хранителем проклятия, – и я коротко изложил эту историю, пока провожал команду на второй этаж.
– Логично, – сказал тот, выслушав мое повествование. – Вряд ли в этих краях так уж много могильных воров. Это же не усыпальница какого-нибудь фараона! Ладно, вы пока побудьте снаружи, а мы посмотрим, как обезопасить эту штуковину хотя бы временно. Не то, чего доброго, могильщики до нее дотронутся. Или викарий.
Я промолчал о том, что Дэниел самоубийца. Вообще-то, это был очень скользкий момент: об этом знали только мы с инспектором, Дэйв да коронер, но они будут молчать. И, я думаю, местное кладбище переживет одного такого… неприкаянного. Вдобавок Бейнс явно собрался остаться на ферме вдовушки Фостер, ему был прямой резон хоронить сына здесь, а не везти его тело невесть куда.
– Можно спрятать его внутри, – подал голос один из команды. – Вскрытие ведь уже производилось?
Я поперхнулся и предпочел отстать от специалистов. Пускай сами разбираются…
Встряхнувшись, я обернулся собакой и отправился разведать, что происходит в гостиной.
Ничего интересного там не было, только викарий все пытался откланяться, но его не отпускала Бэйби.
– Мисс Вилсон, мне в самом деле пора, – неубедительно отбивался бедный Браун. – Еще проповедь готовить, а это, знаете ли, отнимает немало времени.
– Я бы послушала, – прямолинейно сказала девушка.
– Ну так приходите в церковь на службу…
– С удовольствием, да только я совсем не представляю, как нужно себя вести! У нас все совсем иначе! Может, расскажете? Ну, если вам не трудно?
Дэйв, кажется, умирал со смеху, а викарий не знал, куда деваться.
– Мне еще велосипед надо вернуть, – выдал он наконец. – А я что-то не соображу как: уехал я на здешнем, вернулся на своем… Два сразу вести не получается…
– Давайте, я вам помогу! – загорелась Бэйби. – Прогуляемся до городка, вы мне заодно по пути объясните, что надо делать в церкви. А обратно я доеду на старом уорреновском велике! Идет?
– Ну… если вам не трудно… – Браун отчетливо покраснел, но противиться напору Бэйби не мог. – Только тогда надо идти сейчас, а то скоро стемнеет. Как вы будете возвращаться одна в сумерках?