Лили и узник магии

– Зачем ты это сделала?! – воскликнул попугай Генриетта, и крошки из его клюва полетели в разные стороны.
– Ой, Генриетта, дорогая, прости меня! Я думала, ты ничего не почувствуешь, это ведь ненастоящие перья!
– Я подумала – ты хочешь мне весь хвост оторвать!
– Правда, прости. Но зато теперь мы сможем взять альбом! – Лили высыпала на кожаный переплет крошки, что держала в руке, и перышком распределила их по всей обложке. Те зашипели, и через мгновение альбом был окутан туманом. В каюте запахло жженым сахаром.
– Крошки исчезли! – удивилась Генриетта, забыв о своем хвосте.
– Кажется, заклинание успокоилось, – прошептала Лили. – Я больше не чувствую желания взять альбом. В смысле, чувствую, но оно уже не такое сильное, как раньше… Не знаю, насколько хватит нашего противоядия! – Зажмурившись, она схватила альбом и открыла его на первой странице. Кажется, ничего страшного не произошло.
Лили начала его листать. Увидев серьезные лица старших сестер, она вздрогнула. Рядом с фотографией маленькой Джорджи был сложенный лист бумаги, весь исписанный синими чернилами.
– Что это?
– Адреса, – медленно ответила Лили. – В Нью-Йорке и других городах Америки. Мортимер Джонс. Изабелла Фаунтин. Роуз Фелл! Смотри, вот ее нью-йоркский адрес!
– Как мы и думали, твоя мать ищет новых сообщников… – Генриетта удовлетворенно кивнула. – Запомни адрес и положи лист обратно.
– Может, разорвать его? Уничтожить? Мама не сможет никого найти! – предложила Лили.
– Нет, ты что?! Тогда она с легкостью поймет, что мы тут были. До Нью-Йорка еще два дня, нам некуда деваться с этого плавучего саркофага. Положи на место! И крошки смахни.
Лили убрала лист обратно, закрыла альбом и вздрогнула, услышав голодный всасывающий звук. Как можно аккуратнее девочка смахнула крошки печенья и выбежала из аппетитно пахнущей каюты.


– Ты только посмотри! – удивилась Лили. Перед ней простирался самый волшебный город, какой она когда-либо видела. Над кораблем нависла огромная зеленоватая статуя, окруженная облаком золотой магии. Из факела, зажатого в правой руке, вырывалось сине-красное пламя, очевидно, сотворенное при помощи заклинания.
– Невероятно… – прошептала Джорджи, не в силах оторвать взгляд от статуи Свободы. – Я знала, что здесь магия разрешена, но даже представить не могла, что ею действительно пользуются!
– Как красиво… – Лили посмотрела на огромное здание на берегу, укутанном вечерним туманом.
– Очень, – согласилась Колетта. – Но, девочки, вам надо вернуться в каюту. Простите, пожалуйста, – добавила она. Вспомнив, что ее сейчас снова закроют в дорожном сундуке, Лили вздрогнула. – Стюард скоро вернется. Мне пришлось сказать, что я случайно убрала ожерелье в чемодан, а оно мне нужно, и он согласился забрать багаж чуть позже. Небо такое красивое! Я бы так на него и смотрела… но нельзя, нам пора!
– Хорошо, – пробормотала Лили, с явной неохотой отвернувшись от блестящей зелено-золотой статуи.
– Мне пришлось дать стюарду на чай, – ответила Колетта и обняла девочку. – Сказала ему, что мои костюмы очень дорогие. Он пообещал быть аккуратным.
Лили, Джорджи и Колетта проскользнули обратно в каюту.
– Ты слышала? – прошептала Генриетта, как только они закрыли за собой дверь. – У миссис Арчибальд истерика. Она говорит, что в ее каюте кто-то был!
– Надеюсь, она не обвинит горничную, – огорчилась Лили. Она не думала, что такое может случиться.
Колетта покачала головой.
– Вряд ли. Не думаю, что на миссис Арчибальд обратят внимание. Все считают ее чокнутой!
– И они правы! – Джорджи поежилась. – Надеюсь, все будет нормально. Лили, ты ведь ничего не забыла в ее каюте?
– Нет! Интересно, почему она раньше не раскричалась? Может, поняла, что кто-то усмирил ее заклинание, только когда стала собирать вещи, и решила снова взглянуть на список адресов?
В дверь постучали. Лили крепко обняла сестру и прошептала ей на ухо: «Скоро увидимся!» Потом прижала к себе Генриетту и быстро забралась в дорожный сундук. Лили зажмурилась и глубоко вздохнула. В сундуке пахло жасмином: это на платьях их подруги остался легкий аромат духов. Колетта быстро уложила вещи, извинилась перед стюардом и, кажется, снова дала ему чаевые.
Лили почувствовала, что сундук подняли и куда-то понесли. Девочка еле сдерживалась, чтобы не закричать. Сердце ее бешено колотилось. В сундуке было темно, к тому же Лили понятия не имела, куда ее несут. И кто ее несет. Она сжала кулаки. Ей хотелось закрыть глаза ладонями, чтобы тьма заслонила собой другую тьму, но Лили не могла пошевелить руками. Она попыталась повернуть голову и вдруг пронеслась пугающая мысль, что воздуха в сундуке больше не осталось. Жасминовый аромат показался удушающим.
– Лили, хватит.
Лили, не понимая, откуда раздался голос, застыла.
– Джорджи?
– Не паникуй, не надо.
– Как ты это делаешь?! Я не знала, что ты так умеешь! Ты в порядке? Как твои заклинания? Осторожнее!
Подумав о том, что может произойти, если темная магия внутри Джорджи оживет, Лили совершенно забыла, что ей страшно.
– Я сама не знала, Лили. Наши сундуки рядом, поэтому много магии и не требуется. Если бы я была дальше, ничего не получилось бы.
– Неплохо придумала, – робко сказала Лили. – Извини. Я больше не могу тут находиться, мне плохо! Я на сцене-то терпеть не могла все эти шкафчики, но там меня закрывали в них лишь на минуту, не более!
Кажется, Джорджи хихикнула.
– Знаю. Хоть в чем-то я лучше тебя.
– Забавно. В Меррисот мне казалось, что ты во всем лучше меня.
Джорджи вздохнула.
– С тех пор многое изменилось.


– Прошу прощения, тут не очень уютно, – сказала Колетта, залившись краской. – Чего уж там, это настоящая дыра! Но пока это единственное, что я могу себе позволить.
– Все хорошо, – ответила Лили.
Ей хотелось сказать, что комната очень даже миленькая, но девочка понимала, как глупо прозвучат ее слова. Комната располагалась на последнем этаже высокого покосившегося дома. У каждого лестничного пролета были натянуты веревки, увешанные постиранным бельем, от которого разило рыбой. Колетта выпустила девочек из сундуков в старом кэбе, что подобрал их у пристани. Кэбмен, увидев, что из кэба вылезли три девушки, а не одна, сильно удивился, но Колетта многозначительно посмотрела на фляжку, висевшую у него на ремне, и он молча покачал головой. Девушка заплатила ему кучу денег, чтобы он донес вещи до ее комнаты, а если бы Лили и Джорджи так и прятались в сундуках, кэбмен вряд ли бы добрался до последнего этажа.