Младший вовсе был дурак (СИ)

Энты застыли, но часть из них, те, что находились впереди, вышли на дорогу, преградив нам путь.
— Через лес одна дорога, — произнесла Лаврентьева. — Пропустите. Мы не будем зажигать огонь и сожалеем, что причинили неприятности.
— Де—е–ети. Вы просто де—е–ети. И вы умрете за то, что убили моих детей.
Подчиняясь беззвучной команде, энты начали наступать.
— На что вы рассчитываете?! — крикнул Лас. — Я сожгу вас!
— Всех не успееш—ш–шь, — прошелестел предводитель.
— Успею!
Ленка зажмурилась. Деревья обступили нас, образовав кольцо и стали приближаться. Лас поднял руки, я встал за его спиной и тоже занял боевую позицию. Плевать, что по легенде я не обладаю магической силой, нам угрожают, и угроза вполне серьезная. Между тем Лаврентьева отрицательно покачала головой, прижалась ко мне, как бы ища защиты, и шепнула:
— Не волнуйся, все идет по плану. Он справится.
По плану? Что значит “по плану”?
Лас зажмурился, собирая энергию, и выпустил в энтов, преграждающих дорогу, огненную струю.
— Садись в седло, — бросил он Лаврентьевой и обернулся ко мне. — И ты тоже, я их задержу.
Огненная струя попала в цель. Энт вспыхнул, словно спичка, покачнулся и повалился на соседа, сухие ветви которого тут же воспламенились. Впрочем, других это не испугало. Деревья наступали на нас, сжимая кольцо. Что они сделают, приблизившись к нам вплотную?
Выяснять это у Ласа желания явно не было, он выставил руки и начал швырять направо и налево огненные шары.
— Мильдэлла, в седло! — крикнул он. — Живо!
Я подставил Лаврентьевой руки, чтобы та могла последовать совету молодого человека, но Ленку будто парализовало. Словно зачарованная смотрела она на горящие стволы и что-то беззвучно шептала. Заклинание? Но какое?
Деревья трещали, плевались искрами, тянули к нам сучковатые руки, окутывали клубами дыма, а Лас только и делал, что посылал одну огненную бомбу за другой.
Миг, и энт свалился на дорогу. Взмах руки, и вспыхнули еще три дерева. Поворот, и еще три дуба вытянули к небу красно-оранжевые языки пламени.
Энты пылали, часть из них свалилась на дорогу, но некоторые, самые настырные, продолжали движение. В воздухе висел тяжкий запах горелой древесины, слабый ветерок не мог развеять удушающий дым, лишь бросал в лица золу и пепел. Лас сотворил еще несколько шаров и отправил их по кругу, поджигая последние нетронутые ожившие стволы и превращая в обугленные головешки тех, кто еще находился в вертикальном положении.
Лас победил.
— За на—а–ами приду—у–ут други—и–ие, — прошептал последний энт и, объятый пламенем, мертвым бревном свалился в груду угля.
Ленка кашляла, я тоже едва дышал, конь фыркал, а Лас, измазанный сажей, улыбался.
— Пора выбираться отсюда, — весело крикнул он и схватил Лаврентьеву за руку. — Нам нужен чистый воздух.
Мы вышли из окружения и опустились на траву. Теперь, когда битва закончилась, я понял, что имела в виду Лаврентьева, когда сказала “все идет по плану”. Нападение энтов было подстроено работниками Бюро, а может быть и самой Ленкой, не зря она что-то бормотала, пока Лас делал из энтов дрова. Надо отдать должное, для тренировки мага огня, нападение деревянных истуканов — самое оно. Не нужно поддерживать огонь, пламя легко передается от одного энта к другому… все условия для победы. А ведь парень будет думать, что сам такой умный и умелый…
— Вот теперь неплохо бы умыться, — вздохнул Лас, — жаль, мы слишком далеко ушли от того ручья.
— Я испачкалась? — спросила Ленка.
Ну конечно, девчонки беспокоятся только о внешности! Мы едва не сгорели вместе с полчищем энтов, а она волнуется о полоске сажи на коже!
— Я вытру, — Лас быстро оторвал от рубашки край и прикоснулся к Ленкиной щеке.
Лаврентьева не возражала. Молодой человек осторожно вытер сажу с лица девушки и смущенно отстранился.
— Спасибо. Но умыться все равно не помешает.
Я так и остался сидеть с открытым ртом. Что это было? Что, черт возьми, случилось у ручья? С чего вдруг Ленка принимает от малолетнего героя ухаживания?
Я отвернулся, чтобы не видеть щенячий восторг на лице Ласа, и замер. В эту же секунду заговорил Цимлянский:
— Ф—р–р, а вот и вторая смена. Кажется, война еще не закончилась.
Из чащи леса на нас смотрели шесть или семь пар желтых волчьих глаз.
Лас вскочил и потянулся за серебряным кинжалом, Ленка схватилась за сердце.
— Он не готов! — прошептала она и закрыла лицо руками. — Не готов! Будут жертвы!
Я вздрогнул. Жертвы? Так волки что, настоящие? Это не подстроено?
Я вскочил, оглядываясь в поисках оружия, и приготовился ударить по хищникам пламенем. Если это по-настоящему, плевать на легенды. Сегодня жертв не будет. Никто не умрет! Я этого не допущу!
Глава 12
Жертвы
Волки медленно вышли из леса, наклонив головы к земле, оскалившись, вперив в нас ядовито-желтые глаза. Я встал и заслонил спиной Ленку, приготовившись защищаться. Лас обернулся ко мне и протянул кинжал:
— Буду бить огнем, но если не получится…
Парень думает, что только он здесь обладает магией огня. Я открыл было рот, чтобы признаться, но получил ощутимый толчок в бок — Лаврентьева выразительно посмотрела на меня и обратилась к Ласу:
— Если ты подожжешь их, они спалят весь лес. Тебе придется контролировать огонь.
— Но их семеро!
— Мы справимся, — Ленка сложила ладони и между ее пальцами проскочила серебряная молния. — Уходите! — крикнула она хищникам и провела ладонью по воздуху.
Метрах в десяти от нас образовалось полукруглая светящаяся стена защиты. Воздух загудел, задрожал от переполнявшего его электричества, запахло озоном.
Волки секунд пять смотрели на преграду, а потом самый крупный из них прыгнул. Неожиданно время замедлило ход, я сумел рассмотреть каждую шерстинку лохматой серой шкуры. Тварь пролетела два метра, ее вытянутые передние лапы коснулись магической защиты, на мгновение утонули в ней и, вновь появившись в поле зрения, превратились в кости. Пепел посыпался на землю, морда стала оскаленным черепом, грудь обнажила ребра. По эту сторону стены на землю свалился скелет.
— Чтоб вас, — выругалась Лаврентьева. — Первые трое твои, я возьму тех, что сзади.
Магическая стена задрожала, словно горячий воздух над костром, и растаяла. Шесть лохматых хищников побежали на нас, преодолев остатки защиты без малейшего для себя вреда.
Лас скрестил руки на груди и прищурился. Ближайший к нему хищник зарычал, но спустя секунду грозный рык сменился визгом — шкура твари вспыхнула, будто посыпанная порохом.
Второй волк бросился к Ленке. Девушка едва успела отскочить, здоровенный хищник клацнул зубами в нескольких сантиметрах от ее лодыжки. Лаврентьева изогнула пальцы, направив на волка поток энергии, и тварь поднялась в воздух. Порывом ветра зверя отнесло к опушке. Ошеломленный полетом волк, подвывая от пережитого ужаса, скрылся в кустах.
Еще четыре твари окружили нас. Лас метнул в ближайшего огненный шар. Волк взвизгнул — горячая плазма растеклась по его морде, лишая зрения, не давая вдохнуть, но трое оставшихся не испугались, а рванулись вперед.
Краем глаза я увидел, что Ленка подняла в воздух еще одного хищника, а Лас занят другим. Последний прыгнул на меня. Я выставил руку, позволяя огню вырваться на свободу, но с моих пальцев не слетело даже маленькой искорки.
Черт!
Я откатился в сторону и вытащил кинжал Ласа из ножен.
В этот момент зверь, нападавший на меня, заплакал. В его жалобном вое я явственно слышал боль и страдание. Серая шкура задымилась, в воздухе запахло паленой шерстью, глаза вылезли из орбит, а потом он усох, будто в один момент из зверя выкачали всю жидкость. Лас направил на него руки и зажмурился, изжаривая хищника заживо.
— Лас! — крикнула из-за спины Лаврентьева.
— Я в порядке.
Молодой человек опустил руки, и иссохший зверь упал на пыльную дорогу. Бой закончился быстро.