Под знаком небес

В таверне было шумно. Собралось много народу – все хотели послушать молодого певца, сидевшего на помосте с лютней в руках. Юноша был очень хорош собой: высокий, стройный, со смуглой кожей, темными глазами и белокурыми волосами. Он оглядывал лица присутствующих и немного смущенно улыбался, хотя знал, что его музыка и голос очаруют слушателей и добудут ему кусок хлеба и ночлег.
Нами-Зар всего неделю как приехал из Ольтодуна в Малдонию, но уже успел приобрести известность. Послушать его приходили не только обитатели четвертого, но и третьего яруса. А не далее как вчера какой-то человек пригласил его поиграть за хорошее вознаграждение в доме одного знатного вельможи. Наверняка из второго яруса. В глубине души Нами-Зар надеялся, что когда-нибудь его пригласят и в первый, но скромность не позволяла ему всерьез мечтать об этом.
Юноша тронул струны, и зрители притихли. Он откашлялся и улыбнулся. Какие разные лица. И десятки глаз. Нами-Зар провел пальцами по струнам и запел:
 
 
В далеком краю нет жестокости,
 
Нет смерти, предательства и войны,
 
Там много отважных рыцарей,
 
Но они бесконечно добры.
 
 
 
В далеком краю нет холода,
 
Нет снега, дождя и ветра,
 
Там солнце светит ярче,
 
И земля его теплом согрета.
 
 
 
В далеком краю нет старости,
 
Нет разочарования и лжи,
 
И цветы растут круглый год,
 
И волны не смывают следы.
 
 
 
В далеком краю нет ханжества,
 
Казней, пыток и лести,
 
Нет воровства, грабежей,
 
Злобы, ненависти и мести.
 
 
 
Боги, я все наврал в этой песне!
 
Везде есть то, о чем говорил я,
 
Просто там, где мне было так сладко,
 
Живешь ты, Кахамилья!
 
 
Он умолк, сыграв последний аккорд, и прикрыл струны ладонью. Не поднимая глаз, ждал реакции своих слушателей. И они разразились аплодисментами, свистом и криками. Нами-Зар не смог сдержать счастливой улыбки. А потом он увидел человека, приглашавшего его в дом вельможи. Тот стоял, прислонившись к стене, и, заметив, что Нами-Зар смотрит на него, помахал юноше рукой. Затем остановил официанта и что-то заказал. Тот почтительно поклонился и бросился к пивному бочонку.
Зрители продолжали хлопать, и хозяин кивнул Нами-Зару, чтобы он пел дальше. Юноша исполнил еще четыре песни, а затем попросил позволения передохнуть. Сойдя с помоста, он протолкался к прихлебывавшему эль воину. Тот пригласил его за свой столик. Нами-Зар вспомнил его имя: накануне он представился Ольгердом.
– Уверен, мой господин по достоинству оценит твое мастерство, – сказал воин, заказывая юноше пива.
Нами-Зар промолчал о том, что хозяин и так обещал поить его бесплатно. Ему не хотелось перебивать своего собеседника, чьи слова так радовали его сердце.
– Сегодня после выступления, если ты не против, мы пойдем к нему. Ты переночуешь у него в доме, а перед обедом покажешь, как умеешь петь. Что скажешь?
Нами-Зар не мог поверить в такую удачу: приглашение не только осталось в силе, но ему даже удастся сэкономить на ночлеге.
– Это было бы прекрасно! – ответил он, а затем, набравшись храбрости, добавил: – А позвольте спросить, где находится дом вашего господина?
– На Главной Площади, разумеется. Где еще может жить такой знатный человек, как мой хозяин?
– Неужели?! – Нами-Зар едва сдержался, чтобы не вскочить со своего стула. – И… какой же у него титул?
– Герцог, малыш. Кто, по-твоему, может жить чуть ли не напротив королевского дворца? Уж, конечно, не какой-нибудь занюханный барон! – Ольгерд явно любовался произведенным на юношу эффектом. – Так ты согласен?
– На что? – растерялся Нами-Зар.
– Пойти к нему сегодня же.
– О да, разумеется! – юноша кивнул.
– Вот и славно! – воин хлопнул юношу по плечу. – И не забудь свой инструмент, – добавил он шутливо. – А теперь выпьем за твой успех! – он придвинул Нами-Зару принесенную официантом кружку с пивом.
Через пару часов они вышли из таверны. Нами-Зара провожали аплодисменты и прочие выражения восторга уже изрядно охмелевших посетителей. Да и сам он слегка покачивался: они с Ольгердом успели приговорить по три кружки эля, причем куда крепче того, что подавался обычно, – должно быть, хозяин расстарался для богатого гостя.
– Вижу, ты покорил нижние ярусы Ялгаада, – заметил воин, пока они шли. – Теперь пришла пора верхних.
Юноша улыбнулся.
– Не скромничай, – Ольгерд хлопнул его по плечу. – Каждый должен получать то, что заслуживает.
Они шли долго, пока не остановились перед домом Железного Герцога. Нами-Зар сразу узнал его – даже недолго пробыв в Ялгааде, он нашел время осмотреть этот маленький замок уже ставшего легендой человека.
– Нам сюда, – сказал воин, ударяя в дверной молоток, выполненный в форме медвежьей головы.
Через полминуты в воротах открылось маленькое окошечко, и в нем показался охранник в круглом шлеме. Он скользнул взглядом по провожатому Нами-Зара и внимательно оглядел юношу.
– Проходите! – бросил он затем, захлопнув окошко.
Раздался звук отодвигаемого засова и звон ключей. Когда все замки были отперты, Нами-Зар и его спутник вошли во двор, хорошо освещенный кострами, вокруг которых сидело человек семь-восемь стражников. Никто из них не поднял головы, когда пришедшие направились к крыльцу, возле которого их встречал старик с большим масляным фонарем.
– Прошу, господа, – сказал он, пропуская их вперед, – милорд ждет вас.
– Как? – прошептал Нами-Зар, наклонившись к своему спутнику. – Разве ваш господин уже знает, что я здесь? Я думал, мы встретимся только завтра.
– Вероятно, кто-то видел в окно, как мы пришли, и доложил ему, – ответил тот, скидывая плащ и отдавая его подбежавшему стражнику, – Идем.
Они поднялись по лестнице, прошли по длинному коридору и очутились в большой, прекрасно обставленной комнате с пылающим камином. На столе стояли кувшины с ароматными напитками и вазы, наполненные изысканными яствами.
Хозяин дома сидел в глубоком кресле с высокой спинкой. Он молча оглядел вошедших.
– Позвольте представить вам, милорд, Нами-Зара из Ольтодуна, молодого, но уже прославленного певца и музыканта, – проговорил Ольгерд с поклоном.
– Он действительно очень красив, как ты и говорил, – заметил Дьяк, не двигаясь. – Пожалуй, подойдет.
Юноша улыбнулся, не совсем понимая, что имел в виду этот великолепный вельможа. На какой-то миг ему в голову даже закралось подозрение: не попал ли он в лапы извращенца? Но он отбросил эту мысль как нелепую: за две недели он вдоволь наслушался россказней о Железном Герцоге, и тот никак не походил на любителей мальчиков.
– Пригласи нашего гостя к столу, Ольгерд, – сказал герцог, переводя взгляд на воина.
– Садись, Нами, не стесняйся, – тот показал юноше на одно из пустых кресел. – Угощайся. И не говори, что сыт, я заметил, что мошенник-хозяин той таверны, где ты пел, только подливал тебе своего дешевого пойла, но совсем не кормил.
– Благодарю, милорд, но я не смею принимать пищу в вашем обществе. Мое место на кухне, – проговорил Нами-Зар, краснея.
– Не говори глупости, – сказал герцог, подавшись вперед, чтобы налить в серебряные кубки вино из кувшина, – твое дело повиноваться, а не возражать.
На это Нами-Зар не нашел, что ответить, и послушно сел за стол.
– Ольгерд говорил, ты хорошо поешь, – бросил Дьяк, поднимая кубок. – Выпьем за то, чтобы твой дар не пропал. Я не предложил бы этот тост, если бы не видел много раз, как люди губят свои таланты.