Под знаком небес

– Вернее, того, что от нее осталось. Понимаю, тебе нужно торопиться. Ведь скоро рассвет.
– Жаль, что ты не можешь исправить и этого.
– К сожалению, – Дьяк развел руками.
– Прощай.
– До завтра.
Тень отделилась от кресла и пересекла комнату. Невидимая рука отперла дверь, и ночной посетитель исчез в коридоре.
Спустя пару минут Дьяк позвонил в колокольчик и, когда вошел Диодор, приказал подать легкий ужин и бутылку вина. Ему нужно было многое обдумать, на сон и отдых времени не оставалось. Мстислав не смог достать для него Книгу, но фолиант все равно скоро будет у него, и тогда его планы осуществятся. Теперь оставалось просчитать все варианты развития событий, чтобы быть готовым к любому повороту.
Дом располагался на третьем ярусе. Три этажа, двускатная крыша, выложенная синей черепицей, – довольно богато для рабочего района. Перед распахнутой дверью, из которой валил пар с запахом приготовляемой пищи, сидел на крыльце коренастый человек в заячьем полушубке и задумчиво курил трубку, щурясь на одинокий фонарь, вокруг которого лепились крупные снежинки, похожие на порхающих капустниц.
Перед домом остановился легко одетый молодой человек.
– Господин Эйгер-Шар! – Мужчина тяжело поднялся и сошел с крыльца ему навстречу. – Хозяин давно ждет вас.
– Надеюсь, – бросил Эйгер, проходя мимо. – Кого ты здесь караулишь?
– Просто вышел покурить. Вы же знаете, Хозяин не разрешает дымить в доме.
– И правильно делает. Странная привычка. Совершенно бесполезная. – Эйгер сунул руку в карман, а затем протянул что-то, зажатое в кулаке, собеседнику.
Тот испуганно отшатнулся и спрятал трубку за спину.
– Нет, господин Эйгер, прошу вас! Я и так еле сумел ее раздобыть. Ночью купить новую трубку не так-то просто.
– Еще бы! Люди не часто пускают в дом кого попало. А с такой рожей, как у тебя… – Молодой человек расхохотался и раскрыл ладонь, в которой оказалось несколько крупных термитов, сразу же побежавших по пальцам, стремясь заползти в рукав, спасаясь от холода.
– Видите, даже ваши… э-э…
– Насекомые, – подсказал Эйгер.
– Ну да, словом, эти козявки, и те не желают жрать мою трубочку.
– Они просто замерзли, глупец.
– То-то они сразу уползли, – закивал мужчина покладисто. – Под одеждой-то, чай, теплее.
– Их греет не мое тело, а Дар. Как меня утомляют эти новообращенные! – Эйгер быстро поднялся по ступенькам. – Собираешься оставаться здесь?
– Я скоро приду, только докурю, – вампир виновато показал трубку.
– Надеюсь, Мстислав хоть чему-нибудь тебя научит, – бросил Эйгер и вошел в дом.
Поднявшись на второй этаж, он привычно скользнул взглядом по дорогим шпалерам, изображавшим сценки из военных кампаний Малдонии, сделал несколько шагов по пушистому ковру, скрадывавшему все звуки, и постучал в дубовую, инкрустированную медными пластинками, дверь.
– Заходи, Эйгер-Шар, – донесся негромкий голос, – не заперто.
Молодой человек провел рукой по одежде, словно стараясь ее разгладить, и вошел в комнату.
Мстислав сидел у камина, перебирая тонкими пальцами длинную шерсть развалившегося у его ног иссиня-черного пса. Окна закрывали плотные шторы, а снаружи имелись толстые железные решетки. На низком диване, полуприкрыв глаза, лежала белокурая женщина в длинном обтягивающем платье и лениво разглядывала переливающиеся в свете масляных ламп драгоценности, беспорядочной кучей лежавшие перед ней.
– Вижу, ты не теряла времени, – заметил Эйгер, приветствуя ее легким поклоном.
– Это не в моих правилах, – отозвалась она, едва шевельнув ресницами.
– Калхадия придерживается того мнения, что вечность не стоит проводить в праздности, – заметил Мстислав, улыбнувшись. – Сейчас ты видишь, как старательно она претворяет этот принцип в жизнь.
– Глупости! – Женщина поморщилась и примерила кольцо с крупным бриллиантом. – Сегодня я уже достаточно потрудилась и заслужила несколько минут отдыха.
– Чтобы насладиться плодами трудов, как я вижу, – подхватил Эйгер.
– Именно! – Калхадия стянула украшение и взяла другое. – Эти гусыни все равно не сумели бы оценить свои побрякушки.
– Но ты сделаешь это за них?
– Разумеется. Должен же кто-то разбираться в прекрасном.
– Эйгер, – Мстислав жестом пригласил молодого человека сесть напротив него, – расскажи, как прошел твой визит… в обитель порока, – он улыбнулся.
– Прелестно. Девчушка довольно мила, и я понимаю нашего герцога.
– Фи, как пошло! – подала голос Калхадия, заставляя изумрудную брошь играть при свете ламп. – Поистине, все мужчины одинаковы, вне зависимости от того, принадлежат ли они к роду людей или вампиров.
– Вы несправедливы, дорогая Калхадия, – возразил Эйгер, демонстрируя в улыбке ровный ряд белоснежных зубов, нарушенный лишь слегка удлиненными клыками, – я говорю исключительно с точки зрения пользы дела.
Женщина фыркнула.
– Не отвлекайся, – напомнил Мстислав Эйгеру, – ты сделал все, что было нужно?
– Да, никаких сложностей не возникло. Теперь мы узнаем обо всем, что Железный Герцог расскажет своей маленькой любовнице.
– Если он расскажет, – заметил Мстислав. – Порой мужчины не столь глупы и сентиментальны, как кажется нашей дорогой Калхадии.
Женщина никак не отреагировала на эту реплику, продолжая разглядывать и примеривать драгоценности. Казалось, она больше не прислушивалась к разговору.
– Главное, мы воспользовались единственным шансом узнать хоть что-то об этом таинственном царедворце, – сказал Эйгер. – Посмотрим, будут ли результаты.
– Да, ты прав. В любом случае это нужно было сделать. Герцог слишком подозрителен. Но у него есть реальная власть, и она может послужить клану Валерио.
– Было бы глупо не попытаться вернуть былую славу, – сказал Эйгер, и его лицо внезапно приобрело жестокие черты, мгновенно утратив очарование молодости.
– И мы не упустим свой шанс, – кивнул Мстислав.
– А важно ли тогда, кто этот герцог? Главное, чтобы он оказался на нашей стороне.
Мстислав поднял палец!
– Не следует впадать в крайности. Мы должны знать, с кем имеем дело.
– Ты прав, – Эйгер кивнул, – нельзя расслабляться.
– Мы не знаем наверняка, что нужно этому человеку. Возможно, он ненавидит всех вампиров и хочет нашей гибели не меньше, чем падения Бальгона.
– Скорее всего, так и есть. Но мы же сможем воспользоваться им прежде, чем он станет опасен?
– Он уже опасен, – ответил Мстислав. – Не следует его недооценивать. Просто настанет момент, когда он перестанет быть полезным, и тогда мы должны избавиться от него.
Эйгер-Шар усмехнулся:
– Сделать это не так-то просто.
– А эта девушка?
– Я не управляю ею. Только получаю информацию. И она даже не знает об этом.
– Ну, ничего. Мы найдем способ.
– К нему уже подсылали убийц, – заметил Эйгер. – Ни один не уцелел. С некоторыми расправился он сам, с другими его телохранители.
– Вот как? – Мстислав удивленно поднял брови. – Не знал, что его люди так хорошо подготовлены.
– Говорят, их тренируют какие-то воины, скрывающие лица под масками. Скорее всего, члены какого-то ордена убийц. Герцог привез их с собой.
Женщина встала и подошла к стоявшему на низком ореховом столике аквариуму. Опустив обнаженную руку в воду, попыталась поймать одну из рыбок, но та ловко проскользнула между пальцами, шевеля золотистыми плавниками.
– Что ты делаешь? – спросил Эйгер.
Женщина лениво перевела на него взгляд:
– Ничего, просто забавляюсь.
– Оставь, – сказал Мстислав, – они мне нравятся. И стоят слишком дорого, чтобы доставлять удовольствие кому-то, кроме меня.
– Как скажешь, – Калхадия пожала плечами и вернулась на диван.
Все трое молчали. В доме было тихо, только на первом этаже расхаживал, тяжело ступая, новообращенный слуга Мстислава, выколачивая и вновь набивая трубку, выглядывая в окна, переговариваясь с приходящей кухаркой, готовившей ужин для рабов, прислуживавших вампирам.