Гражданка Иванова, вас ожидает дракон

— Хм. А почему Прекрасный пришел вместо Премудрого?
Иван широко улыбнулся, обнажив ровный ряд зубов.
— Премудрый не так красив, как я. А Иван Рукодельник так и вовсе в очках и на одну ногу хромает. Навряд ли бы ты согласилась… — он осекся, и Вася замерла на месте, почуяв неладное.
— На что я должна согласиться?
Иван мотнул головой, выдохнул так, будто собирался кинуться в омут с головой, и шагнул навстречу оторопевшей «нимфе». Вырвал из ее рук стрелу, а потом, схватив в охапку, с силой поцеловал.
Когда Василиса отвесила ему пощечину, Иван в недоумении потер щеку.
— Дура, ты чего? Соглашение же…
Василиса, воспользовавшись заминкой Прекрасного, в два шага преодолела расстояние до берега и кинулась в лес.
О, как же она жалела, что сняла кеды! Перепрыгивая через кочки, петляя среди сосен, пролезая под рухнувшими деревьями, Василиса молилась лишь о том, чтобы не покалечиться. Пару раз обернулась, чтобы убедиться, что Иван ее не нагоняет. Его красная рубашка, видная даже издалека, служила четким ориентиром, и беглянка всеми силами стремилась оторваться от преследователя.
Она замерла вовсе не потому, что закололо в боку. Там, где еще час назад стояли палатки, щипала траву оседланная лошадь. И вовсе не гривастая животина ввела Василису в ступор, а трава по пояс.
Вася оглянулась. Ошибиться она не могла: вон ручей, вон валун…
— А ты молодец, хорошо бегаешь, — ничуть не запыхавшийся Иван подошел сзади и легко подсадил Васю на лошадь. Взялся за уздечку и повел скотину по тропинке. — А мне говорили, что нимфы первое время ходят с трудом. Вам, вроде, наш воздух тяжел. Привыкли, что тело в воде точно невесомое.
Василиса молчала. В ее голове никак не укладывалось, как она могла сбиться с пути и остаться один на один с душевнобольным. Хоть бы какая машина попалась или толпа туристов, она бы непременно подала знак, что нуждается в помощи. Сегодня суббота и при получении палаток в штабе турбазы они выстояли немалую очередь, только куда все подевались?
Дорога никак не превращалась в асфальтовую. Раздолбанная колея навела на мысль, как можно проверить, псих ее похититель или маньяк.
— Скажите, пожалуйста, у вас есть машина?
Душевнобольным вроде права не давали.
— Не-а, мы здесь машин не уважаем. От демона они.
«Все-таки псих».
— Да и к чему, если есть нимфы? — между тем продолжал разглагольствовать Иван.
— Я не поняла, как нимфа может заменить машину?
— Это уж тебе, дева, видней.
Впереди показалась телега, груженая свежескошенной травой.
«Если что, перепрыгну на нее», — подумала Василиса, но тут же критически оценила высоту лошади и свои вовсе не каскадерские способности. В лучшем случае она может сползти с гривастой, перевернувшись на живот.
Когда они поравнялись с телегой, деревенский поднял глаза на подающую знаки о помощи Василису.
— Ивашка, никак тебе нимфа попалась немая?
Иван Прекрасный непонимающе обернулся на притихшую от удивления наездницу.
— Оно, может, и к лучшему, — крестьянин снял кепку и вытер рукавом вспотевший лоб. — Нашу-то никак не заткнешь. Супружница моя уже вся извелась. Мочи, говорит, нет, лучше сама все буду делать, а эту отвези на Торги и сбудь хоть по какой цене. Теперь-то уж понимаем, по какой причине нашенская третий дом меняет.
«Нет, это не они психи, а я. Черт знает, что за водичка была в том пруду. Может, пиявки теперь мой мозг вовсю буравят».
Телега осталась далеко позади, когда Василиса решилась задать вопрос:
— Не подскажете, какой сегодня день?
— Тридцать второе июня.
— А год?
— Три тысячи одиннадцатый, — Иван сокрушенно покачал головой. — Ты словно не от мира сего. Раз сунулась в пруд, должна была знать точную дату.
— Так и есть, не от мира сего, — Василиса тоскливо посмотрела вдаль. Куда бежать? От безумия не убежишь. Что воля, что неволя — все одно.
 
* * *
— Вот! — Прекрасный, сняв нимфу с лошади, выглядел довольным.
У Василисы от долгого сидения на раскоряку ноги отказывались идти, и она едва не распласталась перед встречающими их братьями. Ивана Рукодельника она узнала сразу по очкам с толстыми линзами и перекошенной фигуре. Значит, второй, долговязый с сальными волосами и в несвежей рубахе, Премудрый. Не соврал Прекрасный, он здесь был самым симпатичным, и, скорее всего, отправляясь на важную миссию, напялил новую рубаху. В том, как все запушено в Ивановом царстве, Василиса убедилась доподлинно, как только ее провели в дом.
— И давно вы без женских рук живете?
Все трое выглядели виноватыми. Рукодельник стыдливо задвинул ногой под лавку грязный чугунок.
— Как мамка померла.
Уточнять, когда преставилась старуха, Василиса не решилась. Нечего перегружать больной мозг лишней информацией.
«Они же совсем молодые, — как-то враз прозрела Вася, разглядев безусые лица. — Ростом вымахали, в плечах раздались, а ведь старшему не больше восемнадцати. Теперь понятно, почему Прекрасный так неумело целуется. Совсем сосунок».
— Прекрасный, а сколько тебе лет? — размышления требовали подтверждения. Иван-младший выпятил грудь, но при этом сравнялся цветом с рубахой.
 
— Девятнадцать, — голос сорвался на петушиный.
— Угу, годика через четыре будет, — вычислила Василиса и запоздало вытерла губы. Целоваться с несовершеннолетним? Фу-у-у…
— Ты, это, давай не разглагольствуй, берись за дело! Зря что ли мы на лицензию копили? — Премудрый сел на скамью, готовясь увидеть сольное выступление выкупленной по закону уборщицы.
— А где у вас тряпка и веник? — убираться совсем не хотелось, но надо было хоть как-то усыпить бдительность сразу трех парней. Возьмет она ведро в руки и выйдет воды набрать — раковины в комнате не наблюдалось, значит, водопровод во дворе, а там только до ворот бы добраться. Дальнейшие планы Василиса продумать не успела, ее обескуражил вопрос Рукодельника.
— Ты нимфа или кто? — он подошел так близко, что ужаснул запахом давно нестиранных вещей. — Зачем тебе веник?
— А как без него убираться?
— Сдается мне, что для того, чтобы за ночь сотворить ковер, она потребует ткацкий станок, — глубокомысленно изрек Премудрый. — Ты кого к нам привел?
Оба воззрились на вновь покрасневшего Прекрасного, что дало возможность Василисе собраться с мыслями.
«Боже, не ту ли лягушку они ждали, что имела дурость поймать на болоте стрелу младшего брата? Вот и поцелуй в масть… Черт, как бы не попытались шкуру содрать и сжечь!»
— Так это… — растерялся младший Иван, — … все признаки были на лицо: пруд, венок и собой хороша…