Я и мой воображаемый недруг (СИ)

В четверг я прямо сказала Артему, что у нас ничего не получится — это было честно по отношению к нему. Он был, скорее, озадачен, чем расстроен — и к счастью, не стал уточнять причину. Потому что никакой причины, кроме так и не начавших трястись коленок, у меня не было. А к четвергу я была уже полностью уверена, что от Артема они уже не затрясутся.
К концу недели я смирилась с тем, что он уже никогда не вернется, но все равно продолжала ждать — потому что в голове не укладывалась мысль о том, что Сережа Севостьянов перестал существовать. А раз так, то мы еще встретимся!
Я проснулась, почувствовав его присутствие. Вот именно так — за секунду до пробуждения я просто знала, что он тут. И правда — улыбающийся Сережа сидел на полу рядом с моей кроватью.
— Ну и где ты шлялся? — спросила я, даже не удосужившись сесть.
— Трахался! Оказалось, что повсюду достаточно ситуаций…
— Врешь, — я была уверена. — Ты был в тумане.
— Откуда ты знаешь? — он перестал смеяться.
— От тебя пахнет… туманом.
— Разве от меня чем-то пахнет? — он лег рядом, чтобы его лицо было совсем близко.
— Нет… не знаю, как объяснить, — я не выдержала и погладила плотный воздух перед собой, хоть он этого и не мог почувствовать. — Надо Пашке позвонить — он будет очень рад.
Сережа смотрел мне в глаза:
— Три часа ночи! Давай завтра позвоним, а то он прямо сейчас примчится на крыльях ночи! Задолбает обниматься!
Я придвинулась ближе, чтобы часть его неизвестной науке материи оказалась во мне — точно, ведь именно так я и высыпалась раньше. Знаю наверняка, что когда я усну, он совсем в меня погрузится — его лучший способ отдыха, почти дремота, как он сам и говорил. Или потащит в стрип-бар. Зевнула.
— Ладно. Что ты искал в тумане? — я закрыла глаза.
— Свою дверь, свет или чего там все находят.
— Нашел?
— Я же здесь.
— Кстати, я с Артемом рассталась… ну, если мы вообще встречались.
— Ну и дура. Такого парня упустила. Кого мы еще тебе найдем с такими-то сись…
Я только тихо рассмеялась. Пусть уже даст поспать, ведь теперь наступил полный порядок. Он тут. Не друг, не враг, не любовник, не посторонний, а черт знает что.
  
Глава 10. Танго с ментами
 
Вот это мы попали так попали… Да нет, сначала было весело. Мы с Сережей ехали на троллейбусе от моих родителей, когда впервые заметили того пацана. Вернее сказать, Сережа заметил, а я не дала тому подрезать сумку у бабки. Просто будто случайно прошла мимо и пихнула обоих, из-за чего советская женщина стальной закалки сразу сосредоточилась и была готова к любым боевым действиям — у пацана хватило ума не воевать за этот Сталинград.
Я села впереди, но Сережа, естественно, мог спокойно продолжать наблюдать за воришкой, у которого оптимизма было явно больше, чем чувства самосохранения. И каково же было его удивление, когда уже практически его кровно заработанный кошелек выскользнул из-за пазухи и медленно приземлился на пол, а я окликнула ничего не подозревающую жертву: "Мужчина! Это не вы потеряли?". Мужчина долго благодарил, краснея, а пацан больше не рыпался — но и глаз с меня не сводил. Когда он вышел, мы последовали за ним — и за ним же сели в следующий. Кататься — так кататься! Парень смотрел на меня уже с настоящей ненавистью. В конце концов, он вышел на конечной, ну и мы — по инерции.
— Ну чего тебе? — парнишка был явно не робкого десятка, раз смог спокойно остановиться и встретить меня хмурым взглядом.
Лет тринадцать-четырнадцать, не больше. Просто ребенок, хоть и преступник — и что с таким прикажете делать? Но вроде как и мимо пройти — не в нашем с Сережей духе.
— Слышь, пацан, — я начала уверенно, а в карманах получилось даже распальцовку изобразить, что каким-то невероятным образом отразилось на моей интонации. — Я на тебя ментов наведу, понял?
Мальчишку моя интонация не впечатлила:
— Уже б навела, если б хотела, кобыла, — он сплюнул. — Ну давай же, тетенька, расскажи мне про колонию, про моральки ваши… не стесняйся.
Сережа только руками развел — сейчас уже действительно было поздно заявлять на него в полицию, раз мы даже украсть ему ничего не дали… Да и ребенок же — хоть и преступник. Такого даже бить бесполезно — не запугаешь. Поскольку Сережа так ничего резонного и не предложил, я просто решила закончить этот разговор миром:
— Так я завтречко за тобой послежу. И если снова рыпнешься — полиция уже тут как тут, понял?
— Угу, понял, — пацан даже отмахиваться поленился. Просто развернулся и пошел в сторону бараков.
Я постояла еще немного, глядя ему в спину и убеждая себя, что больше ничего не могу сделать, да тоже решила убраться восвояси. Ну понятно же, что ребенок из неблагополучной семьи, среда обитания у него такая… что на пальцах простые нормы поведения не объяснишь. Даже и не заметила, как далеко ушла за этим мальчишкой. Зачем? Воззвать к его совести? Смешно. Наверное, постоянное присутствие рядом Сережи вселяло в меня неоправданное бесстрашие. Назад шла медленно, обдумывая ситуацию, как вдруг Сережа меня предупредил: "Сзади… их много!". Я даже обернуться не успела, как услышала приближающийся шум, ну а визуальные подтверждения меня привели в панику — по направлению ко мне неслась целая толпа, включая моего недавнего знакомого. Некоторые из них были постарше, но вряд ли кто-то вышел из школьного возраста. Я уже мчалась от них во всю прыть, одним взглядом успев подсчитать, что их там человек пятнадцать, а может, и больше. И вряд ли они бегут за мной для того, чтобы поинтересоваться моими делами.
На остановке ни одного человека — конечная, да и поздно уже. Куда дальше? Сережа, конечно, мог бы справиться с частью из них, если мне удастся его впустить в себя, но вряд ли со всеми, чтоб мое милое тельце при этом не пострадало. К пущей нашей радости, приближался троллейбус, и я в нетерпении затопталась на месте. Они уже почти настигли меня, когда дверь лениво открылась. Я влетела внутрь, а удивленная кондукторша наблюдала, как за мной сначала ринулась толпа, но тут же отхлынула той же монолитной волной. В троллейбус вошли только двое — парни лет по семнадцать. Может, и не особо опрятно одетые, но мирно усевшиеся на места. Проезд тут же оплатили — ничего подозрительного. Хоть их появление и было шумным, но теперь орать на весь общественный транспорт: "Помогите, хулиганы зрения лишают!" было бы глупо. Я не сводила с них глаз, а один из них — с мерзкой рожей — мне даже самодовольно подмигнул.
Сережа сказал то, о чем я уже и сама успела подумать:
— Этих двоих ты и сама раскидаешь, но вряд ли они тебе сейчас что-то сделают. Скорее всего, пропасут до дома, а завтра-послезавтра жди какого-нибудь сюрприза. Кто знает, что им пацан тот сказал — а может и просто, заняться им нечем.
Я достала телефон:
— Пап, встреть меня, пожалуйста! — произнесла громко, чтобы меня расслышали и на другом конце троллейбуса, но те просто ухмыльнулись. Потом заговорила тише: — Что я им сделала вообще?
— Вмешалась, — Сережа пожал плечами. — Разозлила. Лишила прибыли. Да откуда мне знать?
— И что теперь? Они же пойдут за мной! Мне совсем не хочется, чтобы они выяснили, где я живу!
Сережа задумался, хоть и не выглядел испуганным. Я не имела понятия, на что настроены эти детишки, но то, что они вполне способны на простое ограбление — факт. А может, что и похуже задумали. Я могла бы просто позвонить в полицию — но что я им скажу? Я даже не знала толком, где эти малолетки дислоцируются и делали ли что-то, пострашнее воровства в троллейбусах. В этих двоих я была уверена — делали. Не просто же так и уж слишком спокойно они последовали за мной, будто не впервые в такой ситуации. Может, просто потребуют компенсацию за неудачный день их "коллеги"? К тому же, я уже выдала им свой страх — теперь строить из себя крутую цацу поздновато.
Что мне может сделать гопка отмороженных подростков, если узнают, где я живу? А если узнают, что я живу одна? Да и так, просто на улице завтра подкараулят… Если призадуматься, то что угодно. Это ж дети! Неограниченная фантазия и полное отсутствие страха. Сережа хотя бы не стал меня подкалывать из-за этой паники: