Война - дело молодых (СИ)
- Выходите! Корки показывай! Менты есть?
Ахмад сам вытащил её за локоть, заслоняя собой. Малхаз протянул документы троим в камуфляже, с зелёными повязками на головах.
- Мунафики? - прищурился старший из них, поводя стволом "калаша". Мельком глянул на развёрнутые паспорта: - Баба - русская? Чья?
понеслась по кочкам метла
поплыли туманы над рекой
утонуло мыло в грязи
обломался весь банный день
Закрыв её всем телом, Ахмад молчал. Вцепившись ему в запястье, она глядела, не отрываясь, из-за его спины в тёмные глаза боевика, показавшиеся смутно знакомыми. Тот медленно опустил руку с документами:
- Лиска?
Она шагнула вперёд, всё ещё не узнавая, не веря. Пробормотала пришедшее вдруг на ум из полузабытой книжки, прочитанной давным-давно:
- Тельико Луннгревинк Леторт. Сокращённо Пенсток. Друзья называют меня Дуду...
Глаза в густой тени ресниц распахнулись, заветренные губы дрогнули в усмешке:
- Не меняешься. Муж твой?
Она кивнула. Горло сжималось.
- В машине что?
- Газеты.
- Не меняешься...
- Ты кто? - резко спросил Ахмад.
Она протянула правую руку ладонью вверх.
Белёсая нитка старого шрама ещё виднелась - Бек глубоко резанул тогда, кровь долго не унималась, пятная алым пыльную серую землю.
значит, будем в игры играть
раз-два - выше ноги от земли
кто успел - тому помирать
кто остался - тот и дурачок
Боевик сунул документы обратно Малхазу, перехватил автомат другой рукой и тоже раскрыл правую ладонь:
- Салам, сан йиша... Что, не позовёшь теперь с собой?
- Артур... - прошептала она, облизнув губы.
- Хамзат! - крикнули ему сзади, и тот медленно-медленно стал поворачиваться. Снова хлестнули выстрелы, взвизгнули тормоза...
самый правильный закон завязал
изначальную главу в узелок
и до треска потянул за концы
прорубай-не прорубай - не понять
светопреставление
Она пыталась вырваться, когда Ахмад с Малхазом заталкивали её под машину, потом уткнулась лбом в сухую каменистую землю и зажала уши. Но выстрелы грохотали, разрывая мозг.
Наступившая вдруг тишина ударила сильнее выстрелов.
Кровь так быстро буреет в пыли...
А глаза его всё ещё оставались живыми. Родными.
Артур разжал окровавленные пальцы, стиснувшие рану под грудью:
- Бешеная, не надо... Я не хочу... Увозите её. Уезжайте...
Она забилась в железных руках Малхаза, видя, как гаснут эти глаза.
- Я могу... я же могу... - захлёбываясь, бормотала она. - Пожалуйста... Он не умрёт... Пустите меня...
- Наш брат уже в Раю, ИншаАллах, - сипло проговорил человек в камуфляже, опускаясь на колени и проводя ладонью по лицу Артура. - Смерть - это дверь, и все люди входят в неё, сказал Пророк, алайхи-соляти вассалам...
- Мой брат! - яростно крикнула она. - Он мой! Как я его оставлю?
- Уезжайте, - повторил тот слова Артура, подхватывая его автомат. - Мы заберём его. Если прорвёмся. Дала гIазот къобал Дойла...
а глумливое пророчество
настоящим заверяется
всё проверено, всё сходится
даже сказочка х..ёвая
сослужила службу - слушали
- Газета... - прохрипела она, когда позади остался последний блокпост на въезде в город, - Малхаз совал в окно деньги, не считая, и машину даже не досматривали, - и подняла растрепанную голову с пыльного сиденья. - В редакцию везти нельзя. Позвони Беку... Я... я ему расскажу про... про...
Она зажмурилась.
и качали головами в такт
и пускали светлый дым в потолок
только сказочка х..ёвая
и конец у ней неправильный
Змей-Горыныч всех убил и съел
обманули дурачка
обманули дурачка
* * *