Спираль

Жнец еще раз указывает на мои глаза, затем на себя и делает несколько шагов прочь. Неосознанно следую за ним. Он быстрым шагом углубляется в заросли, следуя все дальше и дальше от внутренней стены.
– Постой! – негромко прошу, догоняя его. – Нам нужно вернуться к стене, чтобы встретиться с моим другом.
Жнец останавливается буквально на секунду, быстро качает головой в знак отрицания и идет дальше в два раза быстрее. А когда оборачивается посмотреть, следую ли я за ним, и видит, что я отстаю всего на шаг, то ускоряется и переходит на бег.
Бросаю последний взгляд сожаления на стену и бегу за ним. Он помогал мне столько раз, хотя и не должен был этого делать, поэтому я знаю наверняка, что могу безоговорочно доверять ему. Но чем больше мы удаляемся от стены, тем дальше я от Джоша, который будет ждать меня, тем самым подвергая себя опасности. Чувствую себя предателем, но не перестаю переставлять ноги, стараясь держаться как можно ближе к моему напарнику.
 
15. Бешеный забег
Мы бежим, кажется, уже целую вечность. Ноги устали до такой степени, что я их не чувствую. Мой спутник же совершенно неутомим, но тем не менее сильно от меня не удаляется и иногда оборачивается, возможно, проверяя, не свернула ли я шею во время бега по бездорожью. Легкие горят, в них не попадает достаточное количество кислорода. Расходуя последний запас энергии, я равняюсь с Жнецом и, задыхаясь на каждом слове, говорю:
– Я… больше… не… могу…
Он немного притормаживает, но вскоре полностью останавливается, оглядывается по сторонам, а потом кивает мне. Повторять не требуется, тем более ноги подкашиваются, и я падаю прямо там, где остановилась, прислоняюсь спиной к ближайшему дереву, пытаясь восстановить дыхание, что пока у меня не получается.
– Я не чувствую ног. – сообщаю Жнецу, который продолжает сканировать окрестности. А затем говорю, не сдерживая язвительной нотки. – Надеюсь, мы не просто так пробежали сотню километров и как минимум обогнали всех остальных участников.
Жнец качает головой, а я наконец нахожу в себе силы стянуть рюкзак со спины, открываю его, достаю бутылку с водой, откручиваю крышку и делаю пару долгожданных глотков. Неосознанно протягиваю бутылку Жнецу, он вновь качает головой, я закручиваю крышку и убираю воду обратно в рюкзак.
– Тебе что не нужна еда и вода?
Он молчит.
– Нужна?
Кивает.
– Как же с тобой трудно. – тяжело вздыхаю я. – Послушай, здесь никого нет, никто не увидит и не услышит, если ты поговоришь со мной.
Ноль реакции. А затем он показывает мне один палец и, не оборачиваясь, исчезает в зарослях. Я даже сказать ничего не успеваю. Надеюсь, что один палец значит, что мне нужно подождать его минуту. И я жду, медленно восстанавливая дыхание, все равно я пока не в силах пошевелиться. За время нашего сумасшедшего забега мы не видели ни одного участника, надеюсь, что нам удалось хоть немного оторваться от тех, кто зашел в Спираль после меня, это было бы несомненным плюсом. Я вспоминаю Бэт. Кто мог ее убить? Тэмми? Или тот здоровый парень, что зашел в Спираль одновременно с девушками? Но зачем ему это? Ведь девушки не соперницы парням. Если это сделала Тэмми, все еще хуже, чем я думала. Как же там Джош? Надеюсь, он тоже двигается дальше, а не ждет меня до сих пор, подвергая опасности свою жизнь. Осматриваюсь по сторонам, не вижу ни одного съедобного или опасного растения. Кругом только высокие и не очень деревья, кустарники, иногда переходящие в густые заросли, трава, какие-то ветки, сухие деревья и редкие камни, лежащие на земле тут и там. Ключей я тоже не замечаю. Возможно, мы пробежали мимо сотни ключей, а я и думать о них забыла. Проходит пара минут, я ощущаю неприятное покалывание в ногах. Но хоть что-то чувствую, и на этом спасибо. А Жнец так и не вернулся. Ну и куда он запропастился? Неужели я неправильно поняла его намек про одну минуту. Меня вдруг начинает раздражать вся эта ситуация. И как, спрашивается, мы будем выживать в таких условиях, если он только и делает, что молчит, а его жесты я не всегда могу верно распознавать? Когда я начинаю подниматься, чтобы пойти на поиски Жнеца, тот сам появляется абсолютно бесшумно и точно в том же месте, где скрылся. И возвращается он не с пустыми руками. Я сажусь обратно на землю и с плохо скрываемым удивлением принимаю несколько желтых плодов размером с мой кулак. Один оставляю в руках, остальные убираю в рюкзак. Жнец жестом показывает, что нужно вставать и двигаться дальше. Поднимаюсь на ноги и медленно шагаю за моим напарником, осторожно откусываю небольшой кусочек кисло-сладкого плода. Какое-то время мы в неспешном темпе продвигаемся дальше.
– Спасибо. Очень вкусно. – жуя последний кусочек, благодарю его.
Он кивает и продолжает идти, мне не остается ничего иного, кроме как следовать за ним. То, что инициативу командования нашей маленькой группой возьмет на себя Жнец, я никак не ожидала. Еще во время подготовки в Полигоне я думала, что сама буду принимать решения по ходу Испытания, но вот, я всего пару часов в Спирали, а все складывается абсолютно по-другому. Но меня не напрягает то, что мы действуем не по моему плану. Если он хочет быть главным, я уж точно возражать не буду. Тем более опыта пребывания в подобных условиях у моего напарника все-таки больше, чем у меня, ведь он уже был в Спирали.
Мое внимание привлекает какое-то слабое жужжание, я невольно притормаживаю и смотрю по сторонам.
– Что это? – вполголоса спрашиваю у Жнеца.
Он останавливается, смотрит куда-то в небо и указывает мне туда же. Поднимаю взгляд и замечаю какой-то странный небольшой крестообразный предмет, висящий в воздухе над деревьями прямо над нами. Несколько секунд он висит и жужжит, а затем улетает прочь. Любопытно. Но спрашивать у Жнеца, что это такое бесполезно. Он ведь все равно не ответит. Как только летающий крест скрывается из вида, мы возобновляем движение вперед.
***
Мы идем уже несколько часов подряд. За это время было совершено всего две короткие остановки, чтобы попить воды и съесть еще один сочный плод. Пять раз на несколько долгих секунд над нами зависал жужжащий летающий крест, который потом улетал в неизвестном направлении. Я предполагаю, что скорее всего с помощью этой штуки организаторы отслеживают перемещение добровольцев по Спирали. Пару раз мы кардинально меняли маршрут, Жнец внезапно останавливался, выставлял правую руку в сторону, призывая меня замереть, недолго и неподвижно стоял, прислушиваясь и всматриваясь куда-то вдаль, уж не знаю, что он там видел или слышал, я, кроме шелеста листьев на ветру, не замечала ничего, а затем он резко сворачивал один раз вправо, второй – влево, и мы продолжали идти дальше. Оба раза я не смогла удержаться и тихо спросила у него: "Что там?". А в ответ получила… правильно, ни-че-го! Я не люблю жаловаться и ныть, но ноги устали до такой степени, что скоро откажутся идти. А это только первый день. Последние полчаса я смотрю только на спину впереди идущего Жнеца, не отвлекаясь ни на что вокруг, поэтому не сразу обращаю внимание на тихое журчание, которое с каждым шагом становится чуть громче. Наконец смотрю по сторонам, вижу все тот же лес, в котором, кстати, становится заметно темнее. На смену вечным сумеркам скоро придет ночь. Вскоре мы выходим к небольшому ручью с удивительно прозрачной водой.