Власть долга

– Да и толстяки эти… – сплюнул наземь колченогий чумазый дылда. – Гладенькие, словно хозяйские хрюшки. Будто на лужок вышли… Травки пощипать…
– Ага, а мы их самим пощиплем!
– Сальцо-то им попортим, – хихикнули сбоку.
Било, хитрый вожак уличной ватажки, задумался. Ему самому толстые отчего-то не показались легкой добычей. Здоровенные, сытые, падлы! Однако и случай, что подкинул Пагот-Хохотун, упускать нельзя. Удачно сложилось… Времена нынче неспокойные: и стража вразнос пошла, и Сивого порешили. Теперь голытьба с улиц Старой крепости режет друг дружку почем зря, да на чужое пасть разевает. А хуже всего – Рыбак застрял в Арраине. Било сплюнул и поскреб затылок. Впрочем: кому плохо – а кому и хорошо.
Било понял: рискнуть стоит. Раньше-то за нападение посреди белого дня ему по приказу ночного хозяина мигом бы кишки выпустили. А теперь… Било вывесил из рукава свинцовый грузик на бечевке, коротко свистнул им – и глиняная черепица разлетелась на куски. Било решился.
– На развилке их возьмем. У Гончарного и Горшечного, с двух сторон. Стража потом на недоумков с улиц Старой крепости подумает…
– Может, позовем кого? – подал голос молчаливый Веник.
Тоже чует подвох… Било задумался:
«Пятеро толстых. Трое белых и горец. Старый пень в халате и мелкие недоноски не в счет… Справимся? Нет? Придется делиться добычей… Впрочем – толстяки одеты богато; одной только ткани вокруг них столько намотано…»
Осторожность взяла свое. Било решительно рубанул воздух.
– Веник! Дуй за братом, берите своих – и живо к Горшечному.
Веник осклабился и рванул в переулок.
– Костыль! – Оборванец, что принес наколку на богатеньких ротозеев, радостно вскинулся. – Как заголосят – подскакивай к мелкому козопасу. Рви ему глотку, хватай кинжал.
«Мало ли как пойдет… Так хоть с прибытком останемся».
Костыль сплюнул наземь, соглашаясь.
– Крышка, Мешок – режьте горца, он самый опасный. Я самого толстого осажу – остальные сразу обделаются.
– Обделаются! Хвала Паготу – стража нынче всех без оружия оставила!
– Ну а мы-то завсегда с ножами!
– Куда им с голыми руками супротив нас?
Ворье возбужденно загомонило, глазки заблестели, чуя поживу. А вот Било не покидали сомнения. Он рыкнул на своих, и те мигом растворились в узких переулках. Местные трущобы они знали как свои пять пальцев.

Олтеру не терпелось побывать на месте давнишнего боя, поглядеть все своими глазами. Он сам уже повидал немало схваток: и в горах, и на равнине… Но тут – совсем другое дело! Оли огляделся вокруг. Дома стиснули переулок, над головой нависли балконы и козырьки крыш. Воняло прогорклым жиром, нечистотами и дымом. И как здесь люди живут?
«Месть – путь воина». – Слова Сегимия наследник затвердил накрепко. За смерть дана Эндира, за войну и разорение Архоги горцам до́лжно взять ответ… Империя – это города; и наследник Дорчариан должен научиться сражаться не только в горах, но и посреди домов, на тесных улицах. Наука войны нравилась Олтеру куда больше, чем скучная грамота… Зачем знать, как пишется по-имперски слово «меч», если настоящим мечом можно добыть себе почет, славу и месть?
«Кстати…»
– Барат, – окликнул охранника наследник. – А как бы мне меч прикупить?
– Зачем покупать? – чуть слышно ответил горец на дорча. – На смотр пойдем под землю – подберем тебе клинок. Из темной бронзы, Старой Империи еще… Наши с такими сражались у Скошенной горы.
Олтер припомнил рассказ брата о битве подле Матери Предков и загрустил. Вот где справедливость? Братка везде дрался: и в подземельях, и на городских улицах, и в битве у Скошенной горы побывал!.. А он? Оли встряхнулся. Глупости! Зависть не пристала наследнику дана! Не след думать о подобном, ведь зловредная Йотль только и ждет своего, чтобы проучить завистника…
Сразу пятеро выскочили из-за угла, и Оли понял: поздно. Вредная Йотль уже подслушала малодушного горца и тут же приготовила наказание.
– Назад! – скомандовал старший Булогич, забрасывая корзину на сгиб локтя.
Толстые Булогичи с удивительной сноровкой перекрыли улицу и умело разошлись, выставив перед собой корзины и пряча за широкими спинами своих спутников.
Позади раздались лязг и брань на дорча. Оли крутнулся на месте. Барата, который шел последним, атаковали сразу трое, прижав к облупленной стене дома. Один из нападавших уже шипел от боли в располосованной руке.
– К Булогичам! – приказал Барат и качнулся влево, уклоняясь от выпада, и вновь коротко резанул по вражеской руке. Попал!
Мимо бойцов проскочили трое оборванцев и устремились прямиком к Олтеру. Юный горец стиснул зубы и выставил клинок. Согнул ноги… и тут его вдруг подняло в воздух и откинуло назад. Розовощекий Булогич отшвырнул его за спину, словно котенка! Молодой болотник выставил перед собой дурацкую корзинку, удерживая ее левой рукой, и выдернул изнутри небольшой поварской топорик.
Набегающие воры разделились, обходя толстяка. Босяк в темных обносках напрыгнул на корзину, выставив нож и метя болотнику в пузо. Булогич коротким движением зарядил донцем корзинки по роже врагу, и тот вскинул руки, зажимая разбитые губы. Второй замахнулся коротким копьецом, но болотник ловким движением корзины увел удар.
Вот это да! Вот это чудо-корзинка!
А потом Олтеру стало не до шуток. Третий нападающий метнулся понизу и катнулся мимо Булогича. Заорал Барат, зазвенел железом Булогич – но они не успевали. Ловкий хромоножка с длинным острым ножом подскочил к Олтеру, увернулся от выпада наследника и умело полоснул по ладони, сжимающей отцовский клинок. Кожа разошлась, упали кровавые капли. Вдоль хребта Олтера вдруг прокатилась горячая волна, желудь раскалился, ожег грудь, а в ушах на миг послышался шелест листвы.
Колченогий прищурился, подсел и снизу вверх попытался пырнуть Олтера ножом в живот. Наследник подставил предплечье, отбил удар, и противника развернуло. Завершая движение, Оли засадил клинок под ребра врагу. Оборванца отбросило назад, он жутко захрипел и сполз по стене.
Тут же, разом, вернулись звуки.
– Наследник! Олтер! Наследник Олтер! – причитали вокруг Булогичи.
Олтер обнаружил себя в окружении широких спин, рядом с друзьями. Болотники хоть и причитали будто бабы, но дело свое знали крепко. Уже знакомым движением ухватив корзины и выставив их наружу, они мигом притиснули спутников к стене и окружили несокрушимой стеной. Из корзинок они достали оружие: короткие дубинки, ножи и топорики.
– Ты ранен, наследник? – подобрался Булгуня.
Не глядя, Оли отмахнулся и вытянулся на носочках. Как там Барат?
Младший Булогич взмахнул своей корзиной – и худосочный оборванец полетел над переулком с залитой кровью головой. Болотник метнулся вперед, подсобить горцу, – но и Барат не подвел. Единственный оставшийся на ногах противник задергался, и горец поймал его на противоходе. Воткнул кинжал в шею и тут же отпрыгнул. Не издав ни звука, враг рухнул в пыль.