Власть долга
– Ты ранен? – послышался треск ткани, и Оли наконец повернулся.
Булгуня рвал на себе тунику. Глаза шальные, но сам решительный, собранный. Друг замер с широкой полосой ткани в руках и распахнул рот, глядя на Олтера.
– Пустяки! – пискнул Оли и сам оторопел от удивления. Края глубокого пореза затянулись на глазах, и рана перестала кровоточить. И желудь-амулет на груди уже не обжигал грудь.
– Ну, йок! – залопотал по-своему Юсси. – Ну, Оли!
Курши вскинули белесые брови, задумчиво разглядывая кровавую дорожку под ногами наследника.
– Из тебя же кровь ручьем хлестала! – пояснил Фиддал, осматривая руку друга и вертя ее во все стороны. – Пока тебя Булогичи из драки не выдернули. А сейчас даже шрама нет!
– Потом! – крикнул нетерпеливый Оли и вновь вытянулся на цыпочках, выглядывая из-за спин защитников. Теперь он глядел в другую сторону. Бой-то еще не окончен. Что там со старшим Булогичем, который шел впереди?
В переулке ярилась ожившая гора. Болотник уже успел стоптать троих, и теперь вокруг него крутились двое.
– Надо бы помочь… – Олтер толкнулся в мягкую, широченную как кровать спину, но его тут же отбросили движением плеча:
– Куда? Старшо́му под руку лезть? Не дури!..
«Не дури?» – Оли присмотрелся… И вскинул брови. Да враги и не думают нападать; обороняются из последних сил и только и помышляют, как дать деру! Старший Булогич ловко подставлял корзину под клинок и свистящую гирьку. Сухая лоза давно слетела, и чудной щит из железных полос позвякивал под ударами.
Вот один из противников резко подшагнул вправо, опасно качнулся, крутнул гирькой… и свинцовое било, описав дугу, тюкнуло подельника по затылку. Последний нападающий с силой толкнул незадачливого товарища под ноги Булогичу и задал стрекача. Красный после боя болотник швырнул корзину вслед, и она выбила крошево из массивной ограды. Шустрый вражина шмыгнул в дыру над мостовой.
– Э-эх! Упустил!.. – с широкой улыбкой протянул старший Булогич, утирая пот со лба. Дошел до дыры в заборе и подобрал хитроумно сделанную решетку из железных пластин. Болотник вогнал широченный короткий нож в неприметные ножны внутри. – Корзинку мне попортили, жабьи дети…
– Жив?! – Олтера схватили за плечи и развернули.
– Ни царапины, – успокоил горца наследник и присмотрелся. – Булгуня! Давай-ка Барата перевяжем…
Порезы казались неопасными, но Барата стоило чем-то занять: уж больно странно он поглядывал на Олтера. Вот и младший Булогич озадачился. Он припрятал топорик в корзинку, возвышался над недвижным противником Олтера в луже крови и чесал затылок. Дырища в груди мертвеца напоминала скорее рану от копья, чем след от кинжала в детской ладони.
– А чего это они?.. – спросил Кольша, оглядывая разбросанные тела.
Родичи-курши не теряли время даром и разбрелись по полю боя, собирая трофеи.
– Так ворье же… – пояснил Юркхи.
– Ворье-то ворьем, – наставительно произнес один из Булогичей, – вот только шепчутся на рынке – мол, они совсем нынче распоясались. – Он выразительно глянул на Олтера, и тот потупил взгляд.
А что тут скажешь?
– Вот-вот, – поддакнул другой толстяк. – Ночного-то хозяина нынче нет в городе.
– Кот из дома – мыши в пляс.
– А поскольку его нет, – прогудел старший Булогич, приводя себя в порядок, – то и дальше в это осиное гнездо не полезем. Так, наследник Олтер?
Олтер посмотрел на обшарпанные путаные улицы впереди и руины на холме неподалеку. Эх, не видать ему сегодня дома на скале! Придется ждать приезда дядьки Остаха!
– Так, – кивнул наследник, и Барат тут же выдохнул, не скрывая радости.
Протопали сандалии по мостовой, и Било перевел дух. Ф-фух! Чуть не спровадили к праотцам! Проклятые толстяки! Ведь чуял! Печенкой же чуял… Било затаился в двух шагах от проулка. Хвала Паготу, безумный жирдяй не стал заглядывать в дыру: ненадежный проход перекрыло рухнувшей стеной. Измотанный Било забился испуганной мышью в щель и невольно подслушал разговор жертв, которые обернулись охотниками.
Наконец речь нежданных для этих мест гостей затихла, и тонкие губы Било растянулись в ехидной улыбке. Пагот-злословец, Хохотун, слава тебе! Припас-таки и для меня подарок! Хорошая шутка, Забавник!
Било вылез из дыры, ободрав колени, и посмотрел на тела товарищей. Даже последние дрянные ножи у них забрали! Ну ничего, Пагот-свидетель! Посмотрим, кто будет смеяться последним!
– Олтер-наследник… – Било негромко повторил услышанное имя и ощерил гнилые зубы.
Слыхал он кое-что про важного козопаса с таким имечком… «Олтер-наследник, как же, как же!..» Било харкнул на мостовую. Значит, этот горский мальчишка с дорогущим клинком – ближник-родимчик самого Рыбака, нынешнего ночного хозяина!..
Стягивая с мертвых тел тряпье, Било размышлял. Косоротый Заяц про горские дела перед смертью успел кой-чего шепнуть Било… Про те дела немногие ведали – не тот человек был Заяц, чтоб с каждым болтать.
– Олтер-наследник! – на сей раз победно произнес Било. На такой знатный товар всегда найдется купец. И он, Било, похоже, уже знает тех купцов!
Новый учитель Малех бубнил неподалеку, а Олтер, сидя позади всех, глядел в окно. Скучно! Учитель, который раньше работал в архиве, к нему не цеплялся. Когда раздавал учебные листы, так и не произнес ни слова. Лишь зыркнул исподлобья.
«Еще один подонок. И как братка жил в этом гадючьем гнезде?»
Малех ему не понравился. Неприятный голос шелестел, словно осенний дождь, наводил тоску и дремоту.
«Ага, а как комната библиотекаря и тепленькое местечко освободились – небось сломя голову примчался. Еще и мзду кому-нибудь приплатил, чтоб учителем стать. Все у этих имперцев не как у добрых людей!»
Намедни Булогичи пересказали последние сплетни про нового учителя. А заодно Оли узнал наконец, что же случилось со старым Либурхом… Жалко! Так братка хорошо о нем отзывался! Так на него надеялся!
«Нельзя бить учителей? Как же! – Оли вспомнил ненавистного Сивена Гриса и содрогнулся от омерзения. – Сам бедного Либурха кулаками забил! Сволочь! А этот Малех и рад стараться – дождался своего: и комнатку Либурха занял, и работу учителя».
Оли стиснул край школьного стола. У него прибавился еще один счет к наместнику за смерть славного Либурха. На плацу за окном ученики старшей школы отрабатывали удары мечом, и Олтер невольно вернулся в мыслях к прошедшему бою. Как он с такой легкостью насадил на клинок неприятеля? Раз – и тот уже валяется под стеной. И шрам затянулся у всех на глазах… Чудно́… Олтер невольно потрогал свой амулет, подарок толгувского жреца Хариса.
Барат после того выхода в город ходил задумчивый и бросал на подопечного странные взгляды. С утра даже затеял тренировку – и без оружия, и с учебными клинками. Но ничего неожиданного не произошло: Барат легко одолел наследника, даже не запыхался.