Забытые пороки. Том I (СИ)
— Куор, — Ниллс приблизился к брату, — Мы давно не виделись. Расскажи мне, как ты живешь?
— Магистр шпионажа не знает, как проживает простой воин? Не очень-то верится, Ниллс.
Куор, наконец, повернулся к нему и теперь сверлил его взглядом. Что ж, он говорил, а это уже немалого стоило.
— Мне хотелось бы услышать тебя. Куор, я не понимаю, почему ты зол на меня?
— В самом деле не понимаешь? Ниллс, ты хоть помнишь, что случилось с нашим отцом? Ты помнишь, что ты обвинил во всем его? Ты был все время с нами, ты знал, что он не виновен!
В который раз их разговор сводился к обвинениям. Ниллс знал в чем он виноват и никогда не отрицал этого. Но он понимал, почему поступил именно так, тогда у него не было времени на обдумывание ситуации, не было опыта за плечами, и никто не мог дать ему совет. Рядом с ним дрожал от страха его маленький братец, самое дорогое существо в этом мире. Теперь этот близкий человек даже не позволил ему лично познакомиться с племянниками.
— Я спасал нас! Ему уже не могло стать лучше или хуже, что бы я не сказал. Но наши жизни еще можно было спасти. Я не хотел умирать, Куор, и еще больше я боялся, что за отцом последуешь ты.
— Значит, ты благородный и могучий герой? Безупречный спаситель? — лицо Куора скривилось. Он презрительно усмехнулся и посмотрел Ниллсу в глаза.
— Нет… Нет, но я должен был, — старший брат ответил тем же и некоторое время они молча смотрели друг на друга. Магистр научился выдерживать презрительные взгляды уже очень давно, он ничем не выдавал свое волнение и Куор первым отвернулся и принялся шагать по помещению.
— Когда наша мать узнала обо всем, она предпочла покончить с собой. Пока ты был здесь, в замке, подлизываясь к милорду Редглассу, я доставал ее из петли! — он ударил себя по груди и доспех глухо прозвенел в небольшой зале, — Я, понимаешь? Она предпочла повеситься, Ниллс, когда узнала о вине отца! Разрушил нашу семью именно ты! — он указал пальцем в сторону старшего брата.
— Я не виноват в их смерти. О, Боги, Куор, я был ребенком! Да, я старше тебя, пусть на целых четыре года, но я был тогда еще совсем юнцом, я не мог сделать ничего другого. Я спасал нас, но не смог спасти мать. Я виноват, что предал отца. Но как я должен был поступить?
— Сказать правду. Милорд Редгласс простил бы нас все равно, он знал, что мы не виновны, — могучий и умелый воин в некоторых вопросах как был ребенком, так и остался, — Мы должны были сразу идти к матери и помочь ей справиться с горем, а ты ушел. Ты оставил меня там, я сидел на площади до самой темноты. Мне было страшно тогда!
— Прости меня. Я и правда должен был остаться. Но я думал, что, отправившись с милордом, я смогу помочь нам все исправить. И теперь мы занимаем достойные должности, ты стал прекрасным воином, как ты и мечтал, завел семью, а я…
— Именно! Что ты? Я слышал, что ты ведешь весьма непристойный образ жизни. Но это твое дело. Ты пошел по стопам отца, хотя помнишь, чем он занимался. Я тоже это видел. И я слышу, что за поручения тебе выдает милорд — это ли хорошая работа для достойного человека?
— Я должен отплатить ему за наше спасение, Куор. Он помог нам, спас наши жизни и помогал выживать, пока мы росли и учились.
— И ты не нашел ничего другого, кроме как повторить путь отца? Магистр шпионажа это единственное, что ты мог выбрать? Каждый раз, когда я вижу тебя, я вновь вспоминаю тот ужасный день. Те тяжелые годы без семьи, когда нам приходилось выживать и делать все, чтобы заслужить уважение и доверие. Мы с тобой, словно собаки, слушались команд и делали то, что нам говорили, но сейчас мы заслужили доверие. И что дальше?
Куор не походил на человека, что бесконечно привязан к своему правителю. Быть может, Ниллс и знал, как живет его брат, но он совершенно не знал, что творится у того в голове.
— А ты… Это проклятая должность и я не хочу, чтобы после того, как проклятие коснется тебя, я вновь потерял семью. Я не хочу видеть твою смерть, и я боюсь, что это может коснуться моей жены и детей.
— Ты сердишься, что я стал Магистром? — наконец-то одна из причин злости Куора стала известна Ниллсу. Это принесло радость и облегчение.
— Конечно! Все, кто занимал этот пост плохо заканчивали. И их семьи, их друзья, их дети, все плохо заканчивали. Зачем ты повторяешь путь отца?
— Куор! — Ниллс обнял остановившегося брата, тот вырывался и обзывал Магистра, но в итоге сдался и положил руки ему на плечи, — Я попрошу милорда придумать мне другое занятие. Может быть, мне придется обучить нового Магистра, среди моих людей есть те, кто подают надежды и способны занять мое место. Я выполню последнее поручение и поговорю с ним.
— Хорошо. Но не думай, что это многое изменит. Иди отдыхать, Ниллс, у тебя уставший вид. Мне тоже пора. До встречи.
— До встречи, брат.
Ниллс отсыпался двое суток. Он уже порядком устал проводить все время в разъездах, в дождливую погоду удовольствия от езды верхом мало, еще меньше его во время привалов вдали от таверн и постоялых дворов.
За эти два дня он набрал людей. Экрог отрядил ему четырех слуг для помощи со сборами, для чистки доспехов и ухода за лошадьми. Лорд планировал отправить двоих с Ниллсом в поход, но Магистр отказался.
Путь до Гринбиров занял всего двое суток — после того как Ниллс объездил все земли с севера на юг и с запада на восток, двухдневная дорога воспринималась как приятное путешествие. Неугодный лорду Редглассу род не славился многочисленностью, он находился недалеко от границ с Холдбистами, и сейчас их земли выглядели не лучшим образом. Многие их люди, несмотря на воинов, что должны были следить за группами грабителей и насильников, пользующихся накалившейся обстановкой для совершения набегов, пострадали.
Замок Гринбиров охраняло чуть и, наплевали на приказ лорда-правителя и остались помогать своим лордам. Но даже учитывая их возраст, расправиться с ними оказалось тяжелее, чем Ниллсу представлялось.
Один из них сообразил, что отряд под предводительством верного слуги Редгласса прибыл не просто так, и успел увести Гринбиров, тех, до кого отряд Экрога не успел добраться. Второй же отчаянно вдохновлял стражников умирать за своего лорда и сражался подобно раненному буйволу.
Но пусть сир и мог одолеть нескольких бойцов за раз, численный перевес оказался на стороне Магистра. Пожалуй, после такой встречи, слуга Редгласса с легкостью подтвердил бы слова Рорри — один рыцарь может одолеть десять воинов, а при лучших условиях и применении военной хитрости и два десятка. Разумеется, не стоит забывать о том, что сиры обучались военному искусству с детства, их доспехи и оружие, оплаченное королевской казной или казной лордов-правителей были значительно лучше, чем у обычных вояк, в то время как большая часть воинов чаще всего представляла собой бывших землепашцев, конюхов, мясников, изредка, кузнецов или горняков, отличающихся физической силой просто из-за свой профессии.
К моменту, когда Магистр со своим отрядом смог перебить всех защитников и пробился к лестницам замка, они потеряли двадцать семь человек из семидесяти, восьмерых отправили к Богам рыцари. Учитывая, что лордов застали врасплох, потерять стольких для Ниллса было почти личным оскорблением — абсолютный непрофессионализм.
— Ищите лордов! Слуг, которые не оказывают сопротивление вяжите и тащите вниз, остальных убивайте. Детей лорда Гринбира и молодых леди уводите, все остальные нам не нужны.
— А что с остальными делать? — молодой воин лорда Редгласса, всего два года назад заслуживший доверие и уважение, достаточное для таких вылазок, с готовностью сражался с рыцарями, не боялся убивать рядовых бойцов, но когда сверху на поднимающихся двое слуг начали сбрасывать все, что у них нашлось под рукой и непострадавшие люди Редгласса рванули вверх и зарубили сопротивляющихся захвату, он ужаснулся и попятился.
— Убивать.
— Всех? — в голосе воина Ниллс чувствовал страх.
— Да. Кроме детей.
— Но ведь они ничего…