Игра в «Потрошителя»
— Нет. Инспектор Боб Мартин расследовал это. Никто в университете или среди его спортивных команд, Красных Волков, не знал Эда Стейтона.
— Красные Волки? Может быть, речь идет не о связи, а о коде или послании? — предположила Абата.
— Красный волк, canis rufus, — один из двух существующих видов волков; другой, более крупный, — волк серый. В тысяча девятьсот восьмидесятом году было объявлено, что красные волки в дикой природе вымерли, но, получив потомство от нескольких особей, сохранившихся в зоопарках, вид удалось восстановить: на воле их сейчас около двухсот, — сообщил Кейбл, который изучил все о волках в прошлом году, когда внучка увлеклась ликантропией.
— Это нам совсем не пригодится, — протянул полковник.
— Пригодится все, — поправил его Шерлок Холмс.
Распорядительница игры предложила перейти к «двойному убийству с паяльником», и Кейбл показал раздобытую им фотографию ожогов на ягодицах жертв: у Майкла буква «Ф», а у Дорис — «А». Представил он также фотографии шприцев, паяльника и бутылки спиртного и объяснил, что ксанакс, которым усыпили супругов Константе, был растворен в пакете с молоком.
— Чтобы пара чашек подействовала, преступник положил по меньшей мере десять или пятнадцать таблеток в литр молока.
— Неразумно растворять наркотик в молоке: его обычно пьют дети, а не взрослые, — вмешался полковник.
— Дети ездили на экскурсию к Тахо. На ужин супруги всегда ели большие бутерброды с ветчиной или сыром и выпивали по солидной чашке растворимого кофе с молоком. Это мне рассказала Генриетта Пост, соседка, обнаружившая тела. В таком напитке привкус ксанакса незаметен.
— То есть убийце были знакомы привычки супругов, — отметил Шерлок Холмс.
— Как бутылка спиртного попала в холодильник Константе? — спросила Эсмеральда.
— Такой водки у нас в стране нет. С бутылки тщательно стерты все отпечатки пальцев, — разъяснила Аманда.
— Или за нее брались в перчатках, как за шприцы и паяльник, а это значит, что убийца положил ее туда нарочно… — проговорил Шерлок.
— Еще одно послание, — перебила Абата.
— Вот именно.
— Послание от одного бывшего алкоголика другому? От Брайана Тернера — Майклу Константе? — спросила Эсмеральда.
— Слишком тонкая мысль для Брайана Тернера: этот тип довольно примитивен. Если бы он захотел оставить послание, вылил бы на тела пару бутылок пива, а не клал бы в холодильник никому не известную сербскую водку, — заметил Кейбл.
— Есть подозрение, что убийца — серб?
— Нет, Эсмеральда. Но я думаю, что в каждом случае он нам оставил какой-то ключ. Он так заносчив, так уверен в себе, что попросту играет с нами! — вспылил полковник.
— Лучше сказать, играет с полицией, нас он совсем не знает, — уточнила Аманда.
— Я это и хотел сказать. Вы меня поняли.
— Не обнаружено никакой связи между подозреваемым, Брайаном Тернером, который подрался с Майклом Константе, и другими жертвами. Ночь, когда был убит психиатр, Тернер провел в тюремной камере в Петалуме: его задержали за очередную драку; это доказывает, что характер у него скверный, а также и то, что он не наш человек, — сказала Аманда.
— Ночь, когда был убит… — пробормотала Абата, но не закончила фразу: мысли у нее путались от голода и лекарств.
Распорядительница игры объяснила, что в «деле об электрошоке» основными подозреваемыми остаются Айани и Галант. Ее отец допросил всех, кто виделся с психиатром в последние две недели перед его смертью, особенно тех, кто заходил в кабинет; расследовал, не пропадал ли тайзер у полицейских или других лиц, имеющих разрешение на такое оружие; разыскивал человека, купившего в Калифорнии один тайзер или больше за последние три месяца — хотя убийца мог достать его многими другими способами. Психолог-криминалист, изучивший «Степного волка», роман, который Айани получила по почте вместе с носками мужа, нашел с дюжину возможных следов, но все они вели в тупик, поскольку книга очень сложная и ее можно интерпретировать на тысячу ладов. В кабинете обнаружили больше шестидесяти образцов ДНК, но только ДНК Галанга оказалась зарегистрированной: в две тысячи шестом году он шесть месяцев провел в тюрьме во Флориде за хранение наркотиков, но поскольку он работал в доме Эштона, то, естественно, оставил повсюду свои отпечатки.
— И наконец, в «деле о казненной» мы имеем полный отчет о вскрытии. Женщину удавили гарротой, — произнесла распорядительница игры.
— Гаррота — древняя казнь, — сообщил Паддингтон. — Жертву удушают медленно, продлевая агонию. Обычный инструмент представляет собой стул со столбом вместо спинки; осужденного привязывают к нему за шею веревкой, проволокой или металлической полосой, а потом поворачивают турникет, расположенный позади столба. Иногда завязывают узел под подбородком, чтобы сразу раздавить горло.
— Что-то подобное использовали для убийства Розен: рыболовную леску с шариком, возможно деревянным, — подтвердила Аманда.
— Когда гаррота закреплена, палачу не приходится прикладывать много усилий, достаточно повернуть турникет; тут не нужны ни сила, ни ловкость. Даже слабая женщина могла бы удушить таким образом могучего гиганта, — продолжил Паддингтон, всегда готовый поделиться своими знаниями на подобные темы.
— Женщина… это могла быть женщина — почему нет? — предположила Абата.
— Женщина могла убить Стейтона, Эштона и супругов Константе, но, чтобы справиться с Розен, поднять ее тело и повесить на вентилятор, требуется сила, — возразила Аманда.
— Не обязательно. Когда Розен положили на кровать с петлей на шее, оставалось лишь понемногу поднимать ее, — сказал Паддингтон.
— Кроме того, ей вкололи наркотик перед тем, как удушить, и она не сопротивлялась.
— Гм… Гаррота. Экзотический способ… — прошептал Шерлок Холмс. — Все жертвы были казнены. В каждом случае убийца выбирал особый способ казни: выстрел в голову для Стейтона, смертельная инъекция для Константе, электрический ток для Эштона, гаррота или виселица для Розен.
— Вы полагаете, что все эти люди заслуживали казни, причем именно такой? — спросила Эсмеральда.
— Это мы узнаем, когда у нас будет мотив и связь между жертвами, — ответил Шерлок.
Пятница, 9 марта
Педро Аларкон явился в лофт Миллера в четверг после десяти вечера, после того как целый день безуспешно пытался дозвониться до него. В полдень позвонила Индиана: она очень волновалась за Райана, поскольку накануне вечером переговорила с ним и сообщила, что собирается выйти замуж за Алана Келлера.
— Я думал, ты любишь Райана, — заметил Аларкон.
— Я очень его люблю, это прекрасный человек, но мы с Аланом вместе уже четыре года, у нас много общего, гораздо больше, чем у меня с Райаном.
— Что именно между вами общего?
— Не стоит говорить об этом, Педро. Кроме того, Райан должен решить некоторые проблемы прошлого, он не готов к серьезным отношениям.
— Ты — его первая любовь, так он сказал мне. Он собирался на тебе жениться. Очень похоже на Миллера — принять такое решение, не поставив в известность главное заинтересованное лицо.
— Он поставил меня в известность, Педро. Это я во всем виновата, потому что не была с ним откровенна до конца. Думаю, мне было очень плохо после разрыва с Аланом и я ухватилась за Райана, ища у него спасения. Мы были очень счастливы несколько недель, но даже рядом с Райаном я все время думала об Алане и ничего не могла с этим поделать.
— Сравнивала их?
— Может быть… Не знаю.
— Мне трудно поверить, чтобы Келлер от такого сравнения выиграл.
— Все не так просто, Педро. Есть еще одна причина, но я о ней не сказала Райану, его это не касается. Он возмутился. Сказал, что Алан меня подавляет и мной манипулирует, что я не способна принять разумное решение; что он меня защитит, не позволит наделать глупостей; потом раскричался, стал угрожать, что уладит дело по-своему. Он был сам на себя не похож, Педро; он словно обезумел, как тогда, в клубе Дэнни Д’Анджело, только что не напился. Райан — как вулкан: внезапно взрывается и извергает потоками кипящую лаву.