Королева пламени

— А, так ты ждал. Ну подожди еще.
Безглазый широко раскрыл рот, выдохнул смрадный воздух в беззвучном крике, задергался на костяном кресле, попытался вцепиться в руку шамана, но в пальцах не осталось силы, они трепетали, скребли рукав.
Наконец шаман убрал руку и отошел. Безглазый обмяк, его лицо скривилось от боли, он заскреб ногтями по груди и лицу, оставляя борозды на грязной коже.
— Что ты сделал? — чуть слышно прохрипел он.
— Ты подождешь, а потом умрешь. Навсегда, — проговорил Мудрый Медведь и отвернулся.
— Но это же невозможно, — выдохнула тварь, попыталась встать, потянулась к шаману.
Тот, не оборачиваясь, пошел прочь, к пролому в ледяной стене. Медведь поковылял за ним.
Тварь соскользнула с кресла, поползла к Ваэлину, протянула к нему руки, завыла:
— Брат! Заставь его освободить меня!
Тварь ползла с трудом. В изможденных руках и ногах почти не осталось сил. Ваэлин подумал, что эта вязанка обтянутых кожей костей не переживет ночного холода. Ваэлин не ответил, но повернулся, чтобы идти за шаманом.
— Ты же любил Баркуса! — хрипло крикнула тварь. — Я Баркус. Я твой брат!
Ваэлин шел.
— Я знаю, что замышляет Союзник! Я знаю его планы!
Ваэлин остановился.
Тварь набрала в прогнившие легкие воздуха и захрипела:
— Я знаю, чего он хочет!
— Я тоже, — сказал Ваэлин, оглянулся и увидел, как тварь барахтается среди костей. — Он хочет все закончить. Мы тоже.
На ночь отряд встал среди ледяных колонн в тени огромной скалы. Лонаки разбили свои палатки в большем отдалении, чем обычно. Сентаров раздражали пять огромных боевых котов, сидевших будто истуканы вокруг шамана. Кара осторожно протянула коту кусок тюленьего мяса, но зверь не реагировал, пока шаман не посмотрел в его сторону. Тогда кот молниеносным движением выхватил мясо и проглотил.
— Мы прикончили его всего? — спросил Ваэлин.
Мудрый Медведь смущенно улыбнулся и покачал головой.
— Только часть, — сказал он.
Шаман растопырил толстые пальцы, показал, будто отрезает большой палец, и сжал кулак.
— Забираем один, другие остаются. Но вместе уже слабее.
— А если найдем другие части, ты сможешь то же самое?
— Если найдем, то да.
Ваэлин посмотрел на скалу. А если ведьмин ублюдок еще цепляется за жизнь? Он сказал, что терпелив, а у Ваэлина впереди долгая дорога. Хм, ублюдок знал, что Ваэлин придет, — но не знал зачем.
— Могу поспорить, они сами отыщут нас, — сказал Ваэлин.
  
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
 
Лирна
 
Самочувствие лорда Аль-Беры, владыки башни, намного улучшилось после освобождения Варинсхолда. Исчезла нездоровая бледность, перестали дрожать пальцы. Однако он не мог подолгу стоять, и Лирна поспешно усадила его в кресло. Она призвала Аль-Беру в старые отцовские комнаты за залом совета. Когда-то богато украшенные, теперь они были ободраны подчистую, лишь на голых стенах кое-где висели картины, несомненно, украденные лордом Дарнелом в домах погибшей знати. Королева приказала тщательно переписать всё оставшееся во дворце и распространить список, чтобы истинные владельцы могли забрать свои вещи. Но до сих пор явилась лишь горсть обнищавших купцов и лордов.
— Милорд, я помню, что отец называл вас бичом контрабандистов. Несомненно, этот титул дан заслуженно.
Лорд Аль-Бера с трудом поклонился. Лирна уже заметила, как неловко он чувствовал себя в ее присутствии. Должно быть, сказывалось его происхождение из низов.
— Ваше величество, в моей юности банды контрабандистов были больше и свирепее. До того как король Янус приказал мне возглавить своих таможенников, я был простым капитаном стражи. Таможенники оказались жутким отребьем, обтрепанными, пьяными взяточниками. Чтобы превратить их в достойную службу Королевства, потребовалось время и немалая толика крови.
— Но вы сумели сделать из них добрых солдат, переломали хребет контрабандистам, оседлавшим южный берег, и удвоили портовый сбор.
— С небольшой помощью Шестого ордена, — осторожно улыбнувшись, добавил Аль-Бера.
— Тем не менее вы целиком и полностью заслужили меч, который дал вам мой отец. К несчастью, я не могу дать вам другой. Как и следовало ожидать, воларцы украли всю отцову коллекцию оружия. Но я отыскала в руинах моих комнат свою старую реликвию.
Королева достала из деревянной шкатулки на столе древний амулет на искусно сделанной серебряной цепи. Амулет был простым бронзовым диском с синим камнем посередине.
— Говорят, этот диск носила мать короля Нариса, первого, заявившего о власти над всеми четырьмя фьефами Королевства. К сожалению, он был подвержен приступам безумия, и бремя управления Королевством приняла на себя его могучая и суровая мать, Белларис, первая, кто получил титулы камергера и регента Объединенного Королевства. К концу альпиранской войны и я носила эти звания — но недолго. Этот диск был символом моей должности.
Лорд посмотрел на амулет, будто ребенок, впервые увидевший змею. «Я сделала правильный выбор», — сказала себе королева.
— Ваше величество, меня хотят оставить здесь? — покраснев, с трудом выговорил лорд.
— Вы послужите Королевству так, как прикажет вам королева.
— Если дело в моей пригодности для битвы…
— Дело в том, кому я могу безопасно доверить управление моими землями в мое отсутствие, и ни в чем больше. Лорд-камергер Аль-Бера, наденьте знак своей должности.
Пытаясь унять дрожь в пальцах, держащих серебряную цепь, лорд-камергер стиснул зубы.
— Ваше величество, король Янус говорил вам, почему я так хорошо ловлю контрабандистов?
Лирна простодушно улыбнулась и покачала головой.
— Мой отец был контрабандистом, человеком очень добрым и приветливым дома, но свирепым в деле. Оно стало бы и моим, если бы я не сбежал в тринадцать лет и не поступил в королевскую гвардию. К тому времени я понял, насколько мой отец погряз в обмане и убийствах, и не хотел идти по той же дорожке. А теперь не хочу идти по этой.
Лорд убрал руку с амулета.
Продолжая улыбаться, королева взяла цепь, подошла к лорду сзади и почувствовала, как он сутулится, горбится, будто под едва переносимой тяжестью, ощутив прикосновение цепи, весившей всего несколько унций. Королева уложила цепь ему на плечи, нагнулась и осторожно поцеловала в щеку.
— Именно поэтому, — сказала Лирна.
Он вздрогнул и отшатнулся, неуклюже поднялся на ноги.
— Я оставляю вам двадцать тысяч королевских гвардейцев, — сказала королева. — Они должны раздавить все остатки преступников в границах Азраэля. Всех злодеев немедля казнить по Королевскому слову. Мне кажется, в последнее время мы стали чересчур мягкими. Однако предупреждаю вас, не пересекайте границы Кумбраэля без крайней необходимости либо прямого призыва госпожи Велисс. Я оставлю вам список первоочередных дел. Самые главные: реформа законов, предложенная аспектом Дендришем, и восстановление города.
Королева склонила голову, рассматривая лорда-камергера. Амулет шел ему. Вот только бедняга ссутулился еще сильнее.
— Милорд, вам идет эта цепь, — заметила королева.
— Благодарю вас, ваше величество, — едва заметно кивнув, равнодушно и устало проговорил лорд-камергер.
Орена любила танцевать после обеда, с радостной грацией кружила среди разоренных дворцовых садов, иногда хватала Мюрель за руку, по-девичьи звонко смеялась, тянула танцевать с собой. Сегодня Орена воткнула в прическу зимоцветы, и бледные лепестки сияли звездами в темных волосах, а она все кружилась, кружилась.
Наконец она утомилась, крутанула напоследок пышными юбками, устало, но довольно захихикала.
— Садись со мной, — предложила Лирна. — У меня есть пирожные.
Они расположились среди остатков прежнего тайного сада королевы. Лирна выставила на скамейку фарфоровый чайный прибор, разложила пирожные. Орена очень любила их, но совершенно забывала о манерах и, как только уселась, тут же запихала одно в рот, испачкав пальцы глазурью и кремом.