Озаренный Оорсаной 1. Отрочество (СИ)

Дождавшись, когда я освобожусь, ко мне подошли мэр города и барон Бероорс. Мэр выглядел немного раздраженным, а барон, наоборот, светился от удовольствия. Был он невысок и пухловат. В каждом движении и в мельчайших деталях одежды ощущались достаток и уверенность в себе.
— Рад с тобой познакомиться, Семюсель! — проговорил он высоким голосом и, обратившись к молчавшему мэру, добавил, — ты бы хоть поздоровался.
— Здравствуй, Семи. Не могу сказать, что рад тебя видеть: с тобой вечно связаны какие-нибудь проблемы и неприятности. Но надеюсь, что все это осталось позади, — он высокомерно мне кивнул. Недолюбливает мэр меня. Да и обращение на «ты» слегка покоробило. Вон барон ко мне на «вы» — и ничего, нормально. А мэр…
— Я тут недавно гадал, зачем кому-то понадобились заброшенные лектории, — продолжал барон, — кто бы мог подумать, что их можно использовать для дела. Почти сотню лет стояли заброшенными. Поздравляю вас, отрок. Вы же еще не закончили школу? — я отрицательно помотал головой, — похвально. В таком молодом возрасте начать получать доход — и умудриться поссориться сразу с двумя баронами! Надеюсь, вы не планируете в свой список добавить еще и меня? — Он заразительно рассмеялся своей шутке.
— Не хотелось бы. Да и не ссорился я ни с кем. Просто мелкое недопонимание, — я постарался как можно более независимо пожать плечами чем вызвал у барона новый приступ смеха.
— Ну-ну, хорошо, если так. Не хотелось бы терять такого перспективного молодого человека, — и он, не попрощавшись, отошел от меня к столу с напитками. Как же тут быстро расходятся слухи. Вот, оказывается, все знают, что у меня проблемы с двумя баронами. Хотя, на мой взгляд, проблема только со Стахоорсом. Но есть шанс, что и она уже разрешилась, и он потерял ко мне интерес.
В субботу посетителей было немного. Я весь день провел в иллюзионе, считая их. Под вечер пришла большая группа ребят из школы. Оказывается, Дара и Нокс хорошо поработали, созывая своих друзей и одноклассников. А вот воскресенье оказалось удачным днем. В субботу в нескольких газетах вышли восторженные статьи о моем иллюзионе, и народ пошел. Все четыре сеанса оба зала были заполнены.
Следующую неделю я посвятил созданию амулета для Ромуала. Меня жутко бесила необходимость его делать. Было трудно сосредоточиться и выкинуть из головы свой развивающийся бизнес, который уже за первую неделю принес мне доход, за вычетом налогов, в районе пяти тысяч актов! Я понимал, что потихоньку ажиотаж спадет, появятся конкуренты, и надо ковать железо, пока горячо.
Мигран принес записи еще двух спектаклей, и я решил с ним вместе заняться монтажом новых картин. В этот раз все получилось быстрее. Все-таки, работать вдвоем оказалось куда как продуктивнее. На первый спектакль у нас ушло дней десять. Мигран осваивался, а дальше будет еще быстрее. За это время мы открыли второй лекторий, а ребята уже приводили в порядок третий.
* * *
Леопольд, Поль и Моррис стояли на заднем дворе моего дома, низко опустив головы и сложив руки на животах.
— Готовы ли вы служить верой и правдой мне, дворянину Семюселю Баркоорсу?
— Готовы, — хором ответили они.
— Вверяете ли вы свои заботы своему хозяину?
— Вверяем.
— Готовы ли вы в ответ взять на себя заботы хозяина?
— Готовы.
— Под взором Оорсаны принимаю вас в слуги. Обязуюсь вести свой род к процветанию, не забывая о тех, кто идет рядом со мной!
Я касался рукой каждой склоненной головы — и ощущал, как тонкая невидимая ниточка божественной энергии соединяет меня с новым слугой.
Этому обряду предшествовала целая неделя подготовки. Оказалось, что мне необходимо прийти в княжеский дом, который есть в каждом городе, и получить свой собственный родовой символ. Мне выдали знак, на котором были изображены две стрелы, смотрящие в разные стороны. Дедок, заведующий этим делом, разъяснил его значение. Оказывается, моя фамилия переводится, как «колыбель», или «лодка богини», в зависимости от толкования. Мой символ — две стрелы, означающие круговорот жизни в мирах Лучезарной. «Это — как инь и янь», — провел я мысленно параллель.
Следующим шагом стала необходимость заказать кольца с моим символом, а затем в том же княжеском доме зарядить их и поставить на них магический знак. А я, как дворянин, у которого в роду появятся слуги, рядом с символом дворянства обязан носить и свой знак, который говорит о том, что за моими плечами стоят люди. Я немного офигел от всех этих сложностей, но дело сделал. Решил, что лучше разобраться в этом сейчас, пока я молод, и у меня хватает свободного времени.
После обряда пригласил ребят в свой дом на обед.
— Слушайте, тут такое дело, — начал я после того, как мы поели, — в общем, примерно через неделю ко мне в гости придет брат барона Стахоорса. И мне нужна страховка. Может кто-нибудь из вас поприсутствовать? В принципе, я нахожусь в своем доме, у меня хорошие защитные амулеты, здесь есть Лаист, который ведет непрерывную запись, и, по идее, мне нечего бояться. Но… подстраховаться все-таки стоит. Нет у меня к нему доверия.
— Правильно. Не стоит доверять барону и его семейству, — подтвердил мои слова Леопольд, рассматривая кольцо на своей руке, — в селе все обзавидуются, — заключил он и посмотрел на своих друзей.
— Да-а, — согласился с ним Поль. Моррис, как обычно, молча кивнул головой.
Моя жизнь с появлением слуг не сильно переменилась. Теперь с утра на пробежку я отправлялся с кем-нибудь из троицы. Сначала это меня веселило. Я бежал впереди, а за мной степенно бежал Поль или Моррис, изображая телохранителя и зорко следя за округой. Ребята серьезно отнеслись к своим обязанностям и провожали меня теперь даже в школу.
Борут попытался подшучивать надо мной, мол, я теперь — очень важная персона, но, так как я не реагировал на его слова, ему это быстро надоело.
После школы я отправлялся в один из своих иллюзионов — посмотреть, как там идут дела. Оттуда я обычно возвращался с Миграном и с кем-нибудь из ребят. Мы садились втроем монтировать очередной спектакль. Затем Мигран отправлялся в иллюзион — контролировать вечерний сеанс, а я занимался ушу за домом, на удобной площадке, чаще в одиночестве, но иногда ко мне присоединялись Дара, Нокс и Жюль.
После занятий я иногда отправлялся к Семи — поболтать, и затем, наконец-то, ложился спать. Последний амулет Ромуалу я все-таки доделал, и получил заслуженную оплату в размере трех тысяч актов. Но за новые заказы решил пока не браться. Спасибо кино — деньги у меня теперь были. Хуже дело обстояло со свободным временем. Мне его катастрофически не хватало. Даже подумать о своей жизни и составить нормальные планы на будущее. Но я надеялся, что с окончанием школы все изменится. Тем более, теперь я мог не переживать насчет практики. Мой бизнес как раз подходил в этом качестве.
Однажды Эдик сообщил, что ко мне пришел гость. За дверью нетерпеливо переступал с ноги на ногу Ларис Стахоорс.
— Заходите, — открыл я ему дверь. Он прошел в гостиную, и с улыбкой посмотрел на Морриса:
— Ты, я смотрю, не один? Могу зайти в другой раз, — шутливо произнес Ларис, делая вид, что готов прямо сейчас уйти.
— Это мой друг. Он проследит за нашей с вами сделкой. Надеюсь, никаких проблем не предвидится?
— Парень, какие проблемы? Открываем тайник, выгребаем оттуда все — и делим пополам. Тебя устраивают такие условия? — он вопросительно посмотрел на меня, подчеркнуто игнорируя Морриса, и всем своим видом показывая, что у него куча дел и забежал он на минутку. Типа, как пришел, так и ушел, если кого-то что-то не устраивает.
— Устраивают, — я согласно кивнул головой.
— Ну что же, не будем терять времени, — он достал из кармана небольшой кубик, — завтра в герцогстве баронское собрание, и мой брат уже туда уехал. Амулет достать не составило никакого труда, так что я готов, — он выжидательно посмотрел на меня.
— Как вы спешите, — поддел его я.
— Чем раньше мы начнем, тем больше у меня будет времени замести следы, — пожал плечами Ларис.