Цифрогелион (СИ)
Родить наследника престола не удалось — первой родилась девочка. Но твой отец был непреклонен: его наследником может быть только сын — и они решились на вторую попытку, а значит, мне предстоял ещё один год жизни в аду — девять месяцев смотреть, как моя жена вынашивает чужого ребенка...
Но мало того, что я позволил твоему отцу спать со своей женой. Мало того, что я позволил ей вынашивать его ребенка, так теперь я должен был воспитывать его дочь, твою родную сестру — Элли.
И вот близился день твоего рождения, я молил богов о том, чтобы родился мальчик… И они услышали меня: появился ты. Но моя жена умерла при родах…
И знаешь что? За радостью твоего отца я не увидел горечи по моей умершей жене. Он словно забыл о ней — ему было плевать на её смерть, он радовался появлению наследника…
Но я не забыл. Не забыл до сих пор. Я вспоминаю её каждый день и люблю так же горячо, как любил когда-то… И я полюбил тебя, потому что ты — её сын. И я люблю Элли — потому что она — её дочь.
Я положил все силы, чтобы подготовить тебя к становлению Губернатором. Ради твоего отца, а теперь, когда он умер, получается, что ради тебя я пожертвовал всем... И вот ты приходишь ко мне и заявляешь, что влюбился в Элли…
И я виню себя в том, что не заметил, как ваша типичная для брата и сестры, сошедшихся характерами, любовь переросла в нечто большее. Я должен был предвидеть эту возможность… Должен был остановить вас. Разделить. Найти Элли достойного жениха, или тебе найти супругу. Но я был слишком занят делами этого умирающего мира. Я был занят тем, что пытался не развалить его до того момента, когда смогу передать его тебе — сыну одного из лучших правителей Северной Столицы и величайшей женщины в мире...
Я возлагал на тебя надежды: я был уверен в том, что ты сможешь исправить то, что я не могу исправить вследствие своей глупости и низости. Я надеялся, что ты продолжишь величайший Губернаторский род, и дети твои станут ещё более великими, чем ты сам…
Но ты влюбился в родную сестру и пришёл просить у меня её руки, тем самым ставя крест на всём, ради чего я понёс немыслимые жертвы. Если ты женишься на родной сестре, Губернаторский род обречён, ты понимаешься это? И дело не в том, что поползут слухи об инцесте в Губернаторской семье — хотя людям всё равно троюродные вы брат с сестрой или родные — им важно только то, что вы брат с сестрой, и они не потерпят подобной связи. Но хуже всего то, что история знает немало примеров, когда у брата с сестрой рождались дети, но прочтя все книги о великих родах, ты не найдёшь ни единого упоминания о человеке великих дел и достижений, родившемся вследствие инцеста…
Желая взять в жёны родную сестру, ты обрекаешь свой род на вырождение, тем самым лишая будущего всех жителей Северной Столицы…
И сейчас я попрошу тебя о жертве. О совершенно ужасной, невыносимой для твоего молодого влюблённого сердца жертве, но всё же жертве, не сравнимой с той, которую пришлось принести мне ради будущего Северной Столицы...
Ты откажешься от своих чувств к Элли. Я уберу её из Дворца, чтобы она никогда не попадалась тебе на глаза. Я найду тебе десятки потрясающих молодых девушек, и ты выберешь себе другую супругу. Вы родите наследника, который унаследует твоё величие, которого ты несомненно добьёшься, ведь мы с твоим братом сделали всё, чтобы ты вырос настоящим Лордом, ставящим интересы Столицы выше собственных.
Да, возможно, всю оставшуюся жизнь ты будешь засыпать с щемящим ощущением грусти в груди. Засыпать, думая о том, что потерял лучшее, что мог обрести в этой жизни… Но ты научишься жить с этим, поверь мне…
Согласишься ли ты принести великую жертву ради всех нас? Проявишь ли ты волю настоящего Лорда Северной Столицы? Но прежде чем ты ответишь мне, подумай о моих словах, подумай обо всём, что я сказал. Я не прошу тебя принести жертв бо́льших, чем те, которые пришлось принести мне самому…
Какое-то время я молчал. Я должен был чувствовать хоть что-то, но, кажется, внутри меня была одна лишь пустота…
— Я отказываюсь от поста Губернатора, — тихо сказал я.
— Что? — глаза Адмирала вспыхнули яростью, он явно был готов к новой, куда более жаркой тираде. — Ты не можешь лишить Северную Столицу будущего из-за своих чувств к…
— Я не оставлю Северную Столицу без будущего, — оборвал его я. — Элли — будущее этого города. Не я. Я не выброшу её из Дворца ради своих и ваших амбиций, и не только потому что этот поступок слишком низок для настоящего Лорда. А потому что она подходит на этот пост куда больше меня самого. Я слушаю её мысли и поражаюсь тому, насколько ясно она видит нужды Северной Столицы, насколько чётко она знает, что нужно делать. Она упорна, умна, у неё есть всё, чтобы вернуть нашему краю былое величие. И да, я принесу жертву, о которой вы просите: откажусь от неё ради того, чтобы дать будущее жителям Северной Столицы. Но я не буду Лордом, потому что моя сестра подходит на эту должность куда больше меня.
— Она женщина, она не может… — начал было Адмирал.
— Может, — оборвал его я. — В случае отсутствия наследников по основной линии, пост наследуют двоюродные родственники. Ближайший родственник — вы, и вы уже исполняете обязанности Губернатора в ожидании моего тридцатилетия. Так как у вас нет сыновей, то ваша дочь сможет унаследовать пост после вашей смерти, а потом передать своему сыну. И история помнит множество случаев, когда великим правителем становилась женщина…
С этими словами я развернулся на месте и пошёл прочь. Совершенно опустошённый я вышел из кабинета Адмирала.
Спускаясь по лестнице, я увидел внизу Элли, и в тот же миг чувства вернулись. Они навалились на меня всей своей невыносимой тяжестью.
Она смотрела на меня взволнованно, с какой-то робкой надеждой. Спуск по этим сорока ступеням показался мне вечностью. Чувства разрывали меня изнутри, я хотел броситься к ней, обнять, рассказать всё, предложить убежать из Дворца, отказаться от всего — пусть Адмирал сам правит этим городом…
Этот спуск по лестнице я запомню навсегда. Уверен, он станет последним, что я вспомню перед своей смертью. Я прошел мимо Элли, не сказав ни слова…