Тортоделка (СИ)

— А Тане? — принимая напиток, расширила глазки Вика.
— Конечно, для Татьяны тоже взял, — и сунул в руки её напарницы свою порцию. Чёрт! За новой для себя теперь не успею. Девушки довольно прильнули к своим кружкам, вдыхая аромат напитка.
В носу тут же зазудило от аналогичного желания. Вика кинула на меня оценивающий взор. Таня поблагодарила и ушла вглубь цеха, работать дальше. А мы уединились возле рабочей аптечки, пока шеф-кондитер перебинтовывала мне ладонь.
— А что делать с тем супом? — спросила Вика и вдруг протянула мне свой стаканчик, предлагая отпить. Вопросительно глянул на неё. — Тот кофе явно был твой, — миролюбиво улыбнулась. — Давай напополам.
Усмехнулся и принял напиток. Сделал пару жадных глотков и вернул ей.
— Холодец из солянки придётся расфасовать на несколько частей и заморозить. Потом на цеховое прогоним, разбавляя мясным бульоном.
— Мудро, — кивнула девушка и вновь протянула стакан.
— После налоговой, отдам твой заказ курьеру. Думаю, дня через три всё приедет.
— Отлично.
— Мне нужно от тебя примерную себестоимость торта по продуктам. Сможешь расчитать?
— Примерно — да, — кивок и кофе в очередной раз возвращается мне в руки. — Допивай. Готово, — оценил работу кондитера по совместительству медсестры.
— Благодарю.
— Тебе спасибо за кофе, — робко улыбнулась.
— Не за что, кексик, — подмигнул, направляясь к выходу.
Вика, смущённо закусил нижнюю губу и незаметно помахала рукой. Румянец на её щеках и томный взгляд давал мне все признаки, что я нравлюсь этой особе, оттого меня всё сильней подмывало смотреть на этот эффект. Мне было приятно видеть в этих глазах не голимый секс и вожделение, приправленое деньгами, а простую симпатию, которая возродилась из нешуточного военного противостояния.
У самых дверей врезался в крупную грудь кондитера Саввы. Он со мной одного роста, оказывается?!
— Доброе утро, шеф, — мужчина широко улыбнулся и протянул мне руку для приветствия. Потряс.
— Доброе, — тоже растянул улыбку. — Ну, хорошего дня, кондитерам. Цеховое, к сожалению, сегодня будет чуть позже. Сами понимаете.
— Без проблем, — пожали ребята плечами. — И вам хорошего дня.
Угу. Хватит уже топтаться тут, Берм! Уходи! Бросил пустой стаканчик в урну, мимолетно глянув на притихшую Вику, и поспешил покинуть это царство.
Под вечер снова заглянул к ней в цех, но желанной девушки уже не было.
— Она повезла торт, а потом сразу домой, — спокойно ответила Таня. — Что-то случилось? Могу передать ей.
— Нет, подождёт. Завтра тогда, — натянул улыбку и, выйдя в коридор, стартанул к дяде Паше, едва не сбив тележку с заказом для номера.
— Легче, — рявкнул испуганный метрдотель.
— Извини, — крикнул, не останавливаясь.
На мою просьбу дать адрес шеф-кондитера управляющий сдвинул брови:
— Что опять у вас случилось? Не обижай её, она — хорошая девушка.
— Дядь Паш, с ней в опасности обычно всегда только я, — искренне рассмеялся.
Павел Леонидович — мужик старой закалки, прекрасно понимал зачем мне адрес Вики.
— Гера, мне она очень нужна. Я такого шеф-кондитера в Москве фиг найду.
— Дядя Паш, я сама милость, не переживайте так. Мне просто нужно с ней кое-что обсудить. Хотел здесь, но Вика уехала сегодня раньше.
Смерил меня недоверчивым взглядом и написал адрес на стикере.
Жила девушка не в элитном квартале. Обычный спальный райончик вперемешку со старыми и новыми многоквартирными домами. Двор тихий с небольшой детской площадкой и огромной стоянкой для автомобилей. Вот они приоритеты людей. Среди машин не увидел нужную. Видимо, ещё не приехала. Сориентировался на нужный подъезд, из которого, к моему удивлению, вышел улыбающийся Савва. Вот тебе сюрприз, Бермуд!
В груди вдруг закипела давно знакомая и забытая боль. Та, что навечно засела внутри и тлеет. Но в данную минуту забурлила со знакомой силой.
Ты клялся сам себе когда-то, что больше не испытаешь это чувство. Что никакая баба вновь его не воскресит.
Вцепился в руль, едва не вырвав. Звоночки адекватности приказывали мне успокоиться. Она для тебя лишь очередная миленькая игрушка. Никто никому ничего не должен. На любви и отношениях ты поставил давно крест. Чего тебя вдруг подбросило? Вика такая же, как и все остальные бабы. Уймись! Просто секса давно нет, от того и сперма в голову стреляет.
Дождался, когда её хахаль уедет и сам вырулил со двора домой.
Родные края ждали меня обычным одиночеством, которое мне раньше нравилось, только вот сейчас вдруг стало грустно. Мысли снова погнали в спальный район тортоделки. Да ну нахуй! Сраная кондитория!
Вошёл в квартиру и немного оторопел, обнаружив свет в гостиной. Чё за хрень? Раздевшись и пройдя дальше, остолбенел ещё больше. Рыжеволосая бестия из моего прошлого сидела грациозно в кресле и мягко улыбалась.
— Здравствуй, Гера, — пропела бархатным голоском.
— Лика, — процедил в ответ, а руки невольно сжались в кулаки. Чёрная дыра в груди загорела адским пламенем.
  
Безумный Фрогги
 
ГЕРА
С грацией кошки рыжее исчадие ада прошествовало по квартире к окну и повернулось ко мне.
— Я думала ты продашь эту квартиру, — голос звучал с тоской и ноткой издевки. — А клялся, что всё связанное со мной похоронишь в землю.
— Это моя квартира и твоего духа здесь даже близко нет, — от силы злости ныла грудная клетка и жгло уши.
— Даже эти гардины? — усмехнулась Лика. Сука!
— Чего тебе надо?! И какого хуя у тебя оказались ключи от моей квартиры?
— Ты не спрашивал о них, а я сохранила. Спасибо, что замки не сменил.
- Эту оплошность завтра же исправлю, — рявкнул я.
— Брось злиться, — сделала такое лицо будто мне всего лишь случайно на ногу наступила. — Я признаю, что ошиблась. И все эти два года жалею об этом… И дико тоскую по тебе.
— Я придушу тебя, если ты, сука, сейчас не заткнёшься, — прорычал со всей суровостью, но в груди пребольно ухнуло. Нет, Берм, не смей. Не поддавайся. Она нервно рассмеялась, пройдясь по гостиной.
— Брехливый пёс не кусается. Перестань. Нам нужен этот разговор, потому что мы взрослые люди.
— Ты реально, что-то путаешь, — теперь усмехнулся я, пылая возмущением. — О чём нам говорить? Сколько мужиков пристривалось у тебя между ног? Или в какой позе им нравилось тебя трахать?
— Тебя не было рядом, — повысила она голос.
— Ха, ещё и куколдом быть? — тут реально заржал, хотя понимал, что бывшая имела в виду другое.
Но силы воли этой рыжей мерзавке было не занимать, она выдохнула и проговорила более тихим и бархатным тоном, который раньше сводил меня с ума:
— Тебя не было рядом, а ты мне был так нужен. Ты всё время оставлял меня одну. Мне было одиноко.
Приехали. Теперь я во всём виноват.
— Ты всегда знала, что я много работаю и протирать штаны в офисах не моё. Я не блядствовал, а зарабатывал деньги на нас, на нашу будущую семью.
— Ты — сын выдающегося бизнесмена, — снова спор о старом. — Зачем тебе это кухарство?
— Да?! Но пожрать в ресторанах ты любила в день не по разу, — презрительно скривился, поражаясь её лицемерию. — Не нравился мужик в роли холопа?! Ну ты, думаю, смогла найти достойный кошелёк с деньгами.
Она отвернулась и горько сцепила губы. Помолчала, переводя дух.
— Я ошиблась, Гера. Оступилась, потому что не было твоей руки, чтобы остановить меня, вразумить, — вскинула на меня глаза, в уголках которых стояла вода. Цирк на гастролях. — Но я до сих пор люблю тебя и тоскую по тебе, — сделала осторожный шажок, — И ты, знаю, тоже, — хотел всколыхнуться от смеха, но её тело как-то резко прильнуло к моей груди. Знакомый цитрусовый аромат парфюма, который сводил раньше с ума, ударил по всем рецепторам. — Кричишь и пылаешь ненавистью, но лишь потому что до сих пор любишь меня и злишься из-за этого.
— Лика, свали от греха, — процедил сквозь зубы, чувствуя, что чары этой рыжей бестии сильны сейчас, как никогда. А парень в штанах одурел от её влияния на хозяина.