Трусливый ястреб
Без бортмехаников и пулеметчиков мы не провели бы ни одного боевого вылета. Они трудились в полевых условиях, по ночам, без перерывов, чтобы все вертолеты оставались в рабочем состоянии. На одной из фотографий изображен мой пулеметчик, рядовой первого класса Убински, сидящий в грузовом отсеке нашего «Хьюи». В книге я называю его Рубенски. Он был одним из моих лучших друзей в те времена. Сегодня я никак не могу отыскать его.
Джин Бёрдик (Ричер) сфотографирован бегущим с ботинком в руках во время вывоза раненых, после того как джип с солдатами подорвался на дистанционно управляемой дорожной мине.
Рядовой первого класса Томми Дорси попал под зенитный обстрел пятидесятого калибра во время высадки в зоне «Птичка» в 1966 году. Одна пуля срикошетила от его бронежилета, осколки отлетели в плечо и оторвали руку. Я видел, как он истекал кровью на полу своего же «Хьюи», пока его рука болталась на сухожилии. Пилот из экипажа Томми вышел на связь и сообщил, что возвращается в полевой госпиталь. В следующий раз я встретил Томми на собрании военнослужащих в Йа-Дранг. Рука была на месте. Врачи пришили ее обратно. Но он говорит, что рука плохо слушается.
Бортмеханик по имени Коллинс в книге – это Кит Майнард, человек, который умел достать из ниоткуда любую деталь вертолета и поставить машину на ноги.
В июле 2003 года мы были в Орландо на двадцатой ежегодной встрече членов Ассоциации вертолетчиков – ветеранов войны во Вьетнаме, и за столиком в зале «Синих Звезд» я обнаружил Перстня и Короля Неба. Я указал на них своей жене, Пейшнс, и мы подошли к столику. Король Неба, мой старый партнер по ледовому бизнесу в Дак То, поднял голову. Озорная ухмылка проскочила по лицу. Перстень, уже двадцать лет как генерал в отставке, с улыбкой посмотрел на меня.
– Мэйсон, рад тебя видеть! – воскликнул он. – А книга-то какая! Я и не думал, что у тебя такое воображение.
– Сэр? Это были мои мемуары.
– Мемуары? – Роупер ухмылялся. – Откуда ты выдумал всю эту ерунду про кражу оборудования с ремонтно-хозяйственной базы?
– Или легенду о том, как мы обменивали списанные «Хьюи» на грузовики?
– Вот-вот, и ее тоже.
Пейшнс, смеясь, добавила:
– Как насчет скорой помощи с кучей шлюх?
Он тряс головой.
– Исключено.
– Или как вы разрешили мне с Таулером смотаться в гости к друзьям на «Хьюи», словно это была семейная машина?
– Никогда бы такого не разрешил.
Перстень был все еще в форме, чувство юмора на месте. Он поднял бокал:
– Хоть это и вымысел… за «Ястребенка»!
Мы с Джеком Хорном и Джерри присоединились к тосту. Гарри Роупер, выпускник Уэст-Пойнта, генерал-майор в отставке, в одиночку бороздит Тихий океан на своей парусной лодке. В свои семьдесят два он выигрывает гонки.
Оказывается, что Джек Хорн, мой партнер по ледовому картелю в Дак То, успел стать партнером юридической фирмы в Атланте, которая специализируется на праве интеллектуальной собственности, патентах и договорах, и он желает помочь мне с моим проектом ВВП («Вертикальный Взлет и Посадка»). Безвозмездно, пока я не скоплю достаточно деньжат, чтобы вложиться, ну, вы поняли.
За два с половиной года, потраченных на написание книги, у меня не было возможности изучить официальные материалы о войне. Я положился на свои воспоминания и наделал ошибок. Перепутал Стоуни Стицла (Ступи Стоддард в книге), который жил в палатке со мной и Джерри в Дак То, с кем-то другим. Когда Перстню приказали перевести лучшего пилота в штабное авиационное подразделение в Сайгоне, я подумал, что Перстень выбрал Ступи как самого ужасного летчика. Командиры всегда пытались оставить лучших пилотов у себя. Но я ошибся и приношу свои извинения. Перстень отправил кого-то другого. Стоуни Стицл стал одним из самых заслуженных боевых пилотов «Синих Звезд» после нашего с Джерри отъезда на родину.
С капитаном Дэйзи мы нынче большие друзья, хоть он и просит не использовать его настоящее имя. Он считает, что я не совсем верно описал его поведение во время боевых вылетов, поскольку пилот все-таки имеет возможность управлять вертолетом в бою, одновременно скрючившись за бронезащитой. Наши точки зрения по этому вопросу до сих пор расходятся, но я уважаю Дэйзи за то, что он поехал во Вьетнам, участвовал в боевых вылетах и действовал на пределе своих возможностей.
Как было показано в кинофильме «Мы были солдатами», полковник Гарольд Мур (Ворчун-6) был первым человеком, ступившим на землю в зоне «Рентген» во время битвы в долине Йа-Дранг. Каждый год накануне Дня ветеранов на ежегодном собрании ветеранов битвы в долине Йа-Дранг Мур заставляет каждого вставать из-за стола и громко, «а не как бабы!», называть свое имя и позицию на момент пребывания в Йа-Дранг. Некоторые из пилотов, принимавших участие в битве, включая меня, сидят за столом со своими женами: Джерри Таулер, Ли Комич, Дэйзи, Даллас Харпер, Уолт Шрамм, Кен Дайкус, Билл Уэбер, Нил Паркер. Мы все отзываемся по очереди. Помню, как Дон Рейнольдс голосил: «Дон Рейнольдс, пилот вертолета, зоны высадки “Рентген” и “Олбани”!» Меня с Дайкусом, Джерри с Рейнольдсом и Кисса с Харпером упоминают в «Мы были солдатами» как пилотов, осуществивших полуночную вывозку солдат из зоны «Олбани». Некоторые солдаты, которых мы вытащили той ночью, приходят к нам на собрания. Они пожимают нам руки и благодарят за то, что вывезли их из ада. На рассвете следующего дня мы собираемся с генералом Муром возле стены Мемориала ветеранов войны во Вьетнаме в Вашингтоне, где генерал вместе с Джо Гэллоуэем проводит посмертную поверку погибших. Я вижу, что генерал Мур искренне и глубоко переживает о солдатах, которые не вернулись домой.
Я успел упомянуть лишь малую часть реально существующих людей. Рэй Уорд, мой товарищ по базовой летной подготовке, повышенной подготовке пехотинца и летному училищу – это Рэй Уэлч, строительный подрядчик из Нью-Гемпшира. Кен Клеймен, с которым я летел обратно на родину и которого я больше никогда не видел, – это Аарон Варон. Уорент-офицер первого разряда Том Вулф – мой однокашник Джим Нанн. Дика Армстронга мы называли Джеком Армстронгом, и он до сих пор должен мне камеру с фотографиями, что остались лежать в коробке с боеприпасами в грузовом отсеке его «Хьюи».
Люди, чьи настоящие имена мне неизвестны или чье право на личную жизнь я хочу оставить в неприкосновенности, не будут здесь указаны.
В 1993 году вышел сиквел «Ястребенка». Мой друг Майк Костелло (автор книги «A Long Time From Home») описал ее как «длинный перечень обломов, который заставляет выдохнуть и произнести: слава богу, я не Мэйсон!».
«Back In The World» планировалась как подробное продолжение укороченной последней главы, которая заканчивается словами «Наибольшее потрясение от случившегося испытал я сам». Это был намек на большие проблемы с законом. Теперь, пройдя курс реабилитации в федеральной тюрьме, я научился держать свои криминальные наклонности под контролем – я до сих пор превышаю скорость. В «Back In The World» я описал свою жизнь после Вьетнама, все свои попытки устроиться на работу или открыть собственное дело, проблемы в семье. Также я рассказал про свою поездку на парусной лодке в Колумбию за травкой, про свой арест, приговор и заключение. Моя жизнь – это открытая книга, которая, однако, продавалась с большим трудом, а в итоге ушла из печати. Купить эту главу теперь можно только с рук.