Его поневоле (СИ)

— Что это такое? — буквально взвизгнула она, увидев, как её обожаемая дочь моет посуду, а я пью чай, словно хозяйка. Причем в гостиной.
Услышав крик матери, в гостиную вбежала Дайна и попыталась успокоить её. Поднявшись с места, не нашла, куда себя деть от жгучего стыда. Голова не кружилась, но я все еще остро реагировала на разные запахи. Поэтому закрыла нос, потому что запах духов Риммы невозможно было терпеть. Слишком сильным он оказался для меня.
— Мама, перестань!
— Да как она смеет? Она всего лишь служанка, шалава, которая ушла, бросив мать!
Чуть не выпустила чашку из рук, и в последний момент крепко обхватила посуду. Должно быть, мои глаза застила печаль и грусть, в носу начало щипать, и я понимала, еще минута, и я точно расплачусь. Ещё одна моя странность — забеременев, стала слишком чувствительной и сентиментальной.
— Хватит! — прогремел, словно гроза, голос старшего Юсупова, который смерил жену гневным, даже злым взглядом, тут же остудив её пыл. — Пора и твоей дочери научиться вести хозяйство. Не маленькая уже, должна уметь убираться за собой.
— Дорогой!
— Нина, заходи потом ко мне в кабинет, — спокойно попросил отец моей подруги. И я уверена в том, что это была именно просьба, а не приказ. Хоть и старший Юсупов выглядит серьезным мужчиной, которому не свойственна нежность, а скорее, грубость, но я каким-то образом истолковала его слова по-своему. Возможно, мне самой так хотелось думать, считать. Потому что у меня никогда не было отца, мама не рассказывала мне о нём, а отношение старшего Юсупова к своим детям меня всегда восхищало. Он находил время не только для работы, но и для семьи. Всю жизнь я мечтала о таком отце, но бог дал мне только маму.
— Простите, Ри…
— Ты уволена! — как ядовитая змея, прошипела женщина, когда за мужем закрылась дверь и в гостиной мы остались втроем. Одарила меня гневным взглядом и пыталась убрать руку дочери. — Собирай свои манатки и вали уже отсюда вон! Мы наняли на работу твою маму, но теперь её нет среди нас, поэтому тебе незачем оставаться здесь. Хватит и того, что мой муж так добр к тебе. Шалава! — бросила напоследок и ушла, грациозно двигая бедрами, как модель, и цокая десятисантиметровыми каблуками. И как она ходит на них и не падает?
— Нина, — подруга подошла ко мне и обняла. — Ты извини маму, знаешь же, какая она. Она завтра успокоится и тебе не придется никуда уходить, — на её слова мне только и оставалось, что кивать головой и натужно улыбаться.
— Можно?
Мужчина поднял голову от бумаг и мягко улыбнулся, разрешая войти.
— Садись, Нина, не стой столбом уже. Подожди немного, я закончу, и мы поговорим.
О чем мы можем поговорить с ним, я понятия не имела, но перечить не стала.
Заняв место на диване, который стоял в другом конце комнаты, стала ждать, когда мужчина закончит и скажет, почему хотел поговорить. В голову лезли идиотские и пугающие мысли, но я старалась отогнать их и не думать о плохом. В конце концов, мы же можем просто поговорить о его жене, он извинится за неё или я. Правда же? Правда.
— Так, — мужчина быстро поднялся, подошел к минибару и налил себе какую-то жидкость. — Держи, — неуверенно взяла из его рук бокал, но не спешила пить. — Не пьешь? — догадался он и после моего неуверенно кивка, отобрал бокал. — Нина, — голос старшего Юсупова, казалось, не сулил ничего хорошо, я не заметила после того, как произнесли мое имя, подобралась. — Да не пугайся ты так, — рассмеялся он и сел рядом. Наши колени соприкоснулись, и я отчего-то смутилась.
— Вы хотели о чем-то поговорить со мной? — тихо спросила, словно нас кто-то подслушивал.
— Да, хотел, — господин Малик замолчал, крутил в руке полупустой бокал и не спешил начать разговор. — Нина, ты не хочешь учиться в университете?
— Что?
Я ожидала все, что угодно, но не такого вопроса. И поэтому в первую минуту не нашлась с ответом, хлопала ресницами и пыталась понять его вопрос. Кажется, у меня это плохо получалось, информация с трудом доходила до моего мозга.
— Учиться, как твои ровесники. Учеба, подруги, тусовки, ну или что там у вас, молодежь, сейчас модно? — перевела взгляд на мужчину. Он что, сейчас шутит?
— Нет, — пока я думала над ответом, с губ сорвалось само собой это слово. Мужчина удивленно перевел на меня свой взгляд.
— Нет или не хочешь?
— У меня нет на это средств, — поспешила ответить.
— Но хочешь учиться? — уточнил он.
А хочу ли я учиться когда-нибудь в университете? Наверное, нет, никогда не любила учиться. От школы еле избавилось, потом еще три года торчала в колледже, училась готовить. Но это не было моей мечтой. Я мечтала рисовать, творить. Но не все это: учиться или готовить.
— Если ты хочешь, ты сможешь учиться. Я помогу тебе в этом.
— Нет, я, — закусила нижнюю губу. Какая еще учеба? Мне скоро рожать надо! — Я не хочу.
— Почему?
— Мне не нравится. К тому же, меня уже уволили, — тихо произнесла.
— Кто? Римма? Не слушай её. Я обещал твоей матери позаботиться о тебе. Да и куда ты пойдешь?
— У меня есть немного средств. Сниму однушку. Буду совмещать работу и курс по рисованию.
— Ясно.
Выйдя из кабинета Юсупова, столкнулась нос к носу с Демидом, который, скрестив руки на груди, стоял, опершись плечом о косяк. Увидев меня, подошел и вручил пакет.
— Что это?
— Витамины для беременных, врач говорил, что в твоем положении надо их пить и много отдыхать.
Заглянула внутрь пакета и ахнула. Сколько все это стоит?
— Демид, я не могу взять их. У меня нет столько денег, мне еще экономить надо.
Парень помрачнел. Быстро убрал руки в карман рваных джинсов.
— Что мне с ними делать? Пить, что ли? Так это не я беременный, да и Дайна пока не пытается обрадовать родителей внуками, мама тем более.
— Демид, но…
— Ладно, я пошел к себе. Устал чертовски. Спокойной ночи, малявка.
Парень круто развернулся и быстро исчез из поля моего зрения, оставив меня с пакетом в руках и с роем мыслей в голове. Если так и дальше продолжится, я не захочу уходить из особняка.
Вздохнув, поплелась к себе. Мне рано вставать на встречу с адвокатом.
Кажется, моя новая жизнь только начинается.
  
Глава 12
 
Глава 12
На встречу пришла раньше, и пока ждала мужчину, успела выпить две чашки чая, потому что мне теперь кофе было запрещено, а также записать номер владелицы кафе. Здесь, как раз набирали официантов, и если удача улыбнётся мне и возьмут на работу, счастью не будет предела.
— Извините, вы Нина Филатова? — вскинула голову и увидела перед собой мужчину среднего возраста, и кивнула головой. — Роберт Орлов, адвокат. Приятно познакомиться, Нина. Ваша мама много рассказывала о вас.
— Да? — мужчина мягко улыбается и, удобнее устроившись напротив меня, делает заказ подошедшему официанту. Между нами повисла минутная пауза. — Вы были знакомы с моей мамой? Нет, вы не поймите меня неправильно, — я смущенно улыбнулась. — Я не знала, что мама обращалась к адвокату. Ну, понимаете, у нас на это не было причин.
— Вы глубоко ошибаетесь, Нина. Мы с вашей мамой несколько раз виделись, наверно, поэтому она не говорила вам о наших встречах. Если честно, я ждал вас еще месяц назад.
— Я про вас узнала только позавчера. Когда вы сами позвонили на телефон матери. Так о чем вы хотели со мной поговорить?
Мужчина достал из портфеля какие-то бумаги и протянул их мне. Пролистав документы до конца, конечно, ничего не стала читать, а просто пробежала глазами, увидела подпись матери. Это несомненно была её подпись. Кривая и непонятная. Я никогда не могла повторить её, это была трудная задача для меня, а уже к окончанию школы забросила это дело. В школе мне чаще приходилось самой ставить подписи в дневнике, чтобы мама не видела мои оценки. Одни тройки и редкие четверки. Никогда не любила читать.
— Что это?
— Завещание вашей матери, — спокойно ответил Роберт, а я недоуменно вскинула голову.